Глава VI
Советник
Заседание Палаты Верховных Лордов проходило, как и следовало ожидать, в крайне напряженной атмосфере. Министры, обычно перед началом собрания шумно обсуждающие последние новости и сплетни, в этот раз сидели за овальным столом в мрачной тишине. Не было ни ослепительных белозубых улыбок, ни разговоров о новых баснословных покупках и молодых любовницах.
Даже погода за витражными окнами соответствовала всеобщему настроению – впервые за несколько лет под защитным куполом столицы собрались тяжелые свинцовые тучи, и зарядил непрекращающийся уже несколько часов ливень, время от времени сверкали молнии. Конечно, это не было случайным совпадением – просто Советник послал срочную депешу в департамент погоды с требованием активировать осенний сезон, чтобы лишний раз не раздражать ярким летним солнцем Его Величество.
Советник занял привычное место справа за королевским креслом и наблюдал теперь за лордами, почти незаметный в тени величественного трона. Это было символично: он всегда старался оставаться позади, почти растворяясь в тенях и полутонах, действовать окольными путями и чужими руками. Эта тактика давала отличные результаты, хотя и требовала немалых усилий и аккуратности. Одна маленькая ошибка могла стоить жизни, но вот уже несколько лет он держался на своей должности и только укреплял позиции.
Мрачные и нервные министры, представители самых влиятельных родов Королевства, уже больше часа ждали председателя правительства, Круела Унгурабута. Король задерживался сильно даже по его меркам, но никто не смел произнести ни слова возмущения – Великого Пророка и в обычное-то время боялись, а уж теперь и подавно.
Наконец, двери зала распахнулись, и тяжелой походкой, мрачно глядя под ноги, к своему месту во главе стола прошел король. Медленно сел на трон и молча уставился на испуганно переглядывающихся министров.
По правилам этикета, во время подобных собраний все маски должны были быть свернуты, и лорды чувствовали себя некомфортно под изучающим и проницательным взглядом короля.
- И что молчим, господа? - заговорил Унгурабут, - кто-то сможет нам прокомментировать происходящее? Давай, Элсен, расскажи-ка нам для начала, что у нас с деньгами, и кого вы нашли на место казначея Вар-Дена?
- Ваше Величество, - голос министра экономики лорда Элсена Эмаса дрожал и сбивался, что абсолютно не сочеталось с его благородными сединами и не менее благородными тремя подбородками, - если вкратце, то все очень плохо.
- Вкратце мы и так знаем, конкретней.
- Ну, во-первых, никто из моего ведомства не хочет рисковать жизнью и принимать должность казначея, поэтому пока функции Вар-Дена выполняю я. Во-вторых, военные действия на дальних рубежах теперь стоят нам в месяц в три раза больше, чем все операции по зачистке за прошлый год вместе взятые. Тут уже, наверное, лорд Кафраш расскажет лучше меня...
- С Кафрашем мы пообщаемся позже, к министерству обороны у нас вопросов не меньше, чем к тебе. Твои предложения по стабилизации обстановки, Элсен? Вариант «отозвать все войска» нас не интересует – нам нужно отбить Вольную Империю как можно дальше от наших заселенных границ, вы все это прекрасно знаете.
- Ваше Величество, тогда единственный вариант все такой же, как и раньше: снова сократить траты на содержание городов и провинций и повысить налоги с населения и мелких предпринимателей. Но Вы сами помните, что началось после наших аналогичных действий три месяца назад.
- Ничего страшного, направим пару отрядов и утихомирим недовольных. Это не проблема. Значит, так и сделаешь: к завтрашнему утру подготовь все необходимые документы. И не забудь, что столицу мы не трогаем, - Король перевел взгляд на министра обороны, моложавого подтянутого мужчину пятидесяти лет, одетого в синий генеральский космокостюм,- Кафраш, теперь ты. К тебе у нас два вопроса: когда вы уже разобьете основные силы Империи в пятом квадранте, и что вы успели выяснить про Фрактуру.
- Ваше Величество, я выслал Вам подробнейший доклад...
- Ты думаешь, мы будем тратить наше время на твою писанину? Советник вот вроде читает весь этот бред, а нам это не интересно.
- Мой господин, военные действия в пятом квадранте будут закончены предположительно через три столичных месяца, в данный момент мы тесним имперцев по всем фронтам. По поводу второго вопроса все несколько сложнее. Детальный анализ докладов двоих выживших в зачистке офицеров показывает странное: отчет генерала Савоне однозначно содержит ложь от начала и до конца. При этом отчет лейтенанта Аргомантиса абсолютно правдив. Записи допросов проверены всеми возможными детекторами: оба офицера говорят в точности одно и то же, но при этом Савоне врет, а Аргомантис – говорит правду. Мы пока не можем разобраться с этим.
- Савоне все еще не нашли? Ясно. Тогда возьмите под арест Аргомантиса и разберитесь с этим вопросом. Надеюсь, наш глубокоуважаемый и сильно уставший Рор не сильно обидится, что вы пообщаетесь с его сыном.
Советник надеялся, что отсутствие Рора Аргомантиса не будет комментироваться на заседании, но напрасно. Король был крайне недоволен тем, что самый опытный и полезный член правительства спешно взял отпуск и улетел в свою резиденцию в тяжелейшее для страны время.
- Ваше Величество, как я понимаю, речь сейчас идет о Кеваре Аргомантисе. Если так, то сейчас он не в столице, - тихо проговорил Онест Плисмон, бессменный комиссар полиции столицы. На заседаниях Правительства он всегда был белой вороной: единственный (не считая Советника) не благородного происхождения, не министр и не лицемер. Насколько знал Советник, Онест был одним из немногих людей в руководстве страны, кто честно заслужил свое кресло, пройдя весь путь от постового до комиссара. Возможность принимать участие в заседаниях ему дали неохотно, но выбора не оставалось: слишком много важнейших вопросов было завязано на него.
- Он проходит по твоему ведомству?
- Не совсем, Ваше Величество. Он оказывает помощь в расследовании дела Кровавого Фанатика, и сейчас, насколько я знаю, покинул город.
- Ты хочешь сказать, что вы допустили к расследованию человека, лично заинтересованного в деле? И при этом отставного офицера, совсем недавно скомпрометировавшего себя? Вы там что, вообще с мозгами не дружите?
- Ваше Величество, я не был в курсе освещенной выше ситуации с Савоне и Фрактурой, однако мой лучший детектив отзывался о лорде Аргомантисе-младшем крайне положительно, и я не видел никаких препятствий к его привлечению к делу. К слову, возможно, было бы неплохо получше наладить информирование всех подразделений, в том числе и полиции, о текущих делах...
- Это уже не твоего ума дела, Онест. Раз уж сам заговорил об этой твари, Фанатике. Что с расследованием? Когда вы принесете нам его голову? Это, кстати, не оборот речи: мы действительно хотим подержать в руках его голову.
- Расследование движется, хотя и затруднено постоянными мелкими стычками с революционерами: сил и личного состава нам не хватает категорически, как и финансирования...
- Фанатик.
- Да, мой господин. Преступник определенно сейчас находится в городе: все корабли, покидающие столицу, проверяются и сканируются, сверяются с полученным от генерала Кам-До фотороботом. Кроме того, мы подозреваем, что он может скрываться в Нижнем городе, но у нас не хватает людей, чтобы начать прочесывание лабиринтов.
- Понятно. Даем вам месяц на поимку ублюдка. Если не уложитесь – будут жесткие наказания. Так, господа, по всем остальным вопросам с вами пообщается Советник, а сейчас он зачитает вам наш последний приказ, который коснется вас всех.
Советник сделал маленький шаг вперед, выступив из тени, достал планшет и без вступлений начал читать:
- Приказ Его Королевского Величества, Великого Пророка Круела Унгурабута номер девятьсот девяносто восемь, от пятнадцатого месяца три тысячи двести пятидесятого года от планетарного исхода. О применении особых способностей во время чрезвычайного положения в стране, - по залу пробежал тихий ропот, но Советник, не обращая внимания на удивленный шепот министров, продолжил, - с этого момента любой гражданин, посвященный в пакт об особых способностях и прошедший курс обучения (список граждан прилагается), получает разрешение на применение знаний и умений в целях самозащиты. В ситуациях, грозящих такому гражданину смертельной опасностью (список подобных ситуаций прилагается), допускается применение особых способностей всех уровней и классов. Однако, согласно пакту, применение способностей в присутствии лиц, не посвященных в существование способностей, является уголовно наказуемым и карается смертной казнью.
- Вот так, господа, - довольным голосом сказал Унгурабут, - теперь вы все можете, так сказать, колдовать, в случае, если за вами придет Фанатик. Те из вас, кто захочет получить именное разрешение, смогут в течение недели прийти к Советнику, и мы снимем все программы-ограничители. Но, мы еще раз напомним, если информация о существовании способностей окажется обнародованной, кара будет страшна.
- Ваше Величество, а к каким именно способностям будет дан доступ? – осторожно подал голос Кафраш.
- Ко всем. И помните нашу доброту.
Кевар
Кевар уже привык к тому, что последнее время с ним творится что-то невероятное и абсурдное. Поэтому когда по всему кораблю замигали оранжевые огни боевой тревоги, он даже бровью не повел. Неторопливо подошел к навигационному компьютеру и лениво посмотрел в монитор. Кроме многочисленных скоплений кристаллов вокруг, радар показывал маленькую красную точку, обозначенную как «враг».
- Эхо, доложи обстановку, - спокойно попросил Кевар.
- Прямо по курсу боевой безднолет. Его траектория пересекает нашу, и в точке пересечения мы окажемся одновременно. Предполагаю, что это пираты, - Эхо еще не до конца отошел от перезагрузки и потому, вероятно, был немногословен.
- Ты уверен, что именно пираты, а не военное судно Королевства?
- Ну, ты сам посмотри.
На большом центральном дисплее появилось немного искаженное расстоянием, но вполне читаемое изображение. Дредноут, длиной около трехсот метров, покрытый крупными кинетическими бронелистами, находящимися в постоянном движении. Окрашен в матовый черный цвет, с белыми светящимися полосами, за которыми, насколько было известно Кевару, скрывались крупнокалиберные энергетические пушки. На корабли этого класса никогда не ставили маленькие орудия – только такие, одного выстрела которых было достаточно, чтобы уничтожить пару-тройку безднолетов вроде «Эхо». Форма корабля была стремительной, вытянутой и агрессивной. По мере сближения Кевар смог различить на немного выступающей над корпусом рубке символ, который развеял последние сомнения в принадлежности безднолета к пиратской братии. Ворон, расправивший крылья, светящийся белым светом – знак вольных искателей приключений и добычи, самых непредсказуемых, неуловимых и загадочных представителей пиратской профессии. Этим вороном в Королевстве с детства пугали каждого непоседливого ребенка: «Прилетит Хмурый Лэйстэс и отберет твои игрушки, если будешь плохо себя вести».
- Я даже знаю, что это за корабль, - Змей стоял за спиной Кевара, разглядывая через лобовой иллюминатор неумолимо приближающийся дредноут. Поза монаха говорила о полном спокойствии и безмятежности, и это встревожило лорда.
- Откуда знаешь?
- Приходилось сталкиваться в свое время, - с уже привычной загадочностью ответил Змей, - это же знаменитый «Ронк», корабль адмирала Кали Самудри-даку – посмотри на ворона. Только на «Ронке» он с расправленными крыльями, да еще и светится. В общем, главное, что тебе надо о них знать – это что они первые два выстрела делают из оглушающей пушки. Вырубают электронику, грабят и иногда даже отпускают. Вот если начнешь трепыхаться, отстреливаться, пытаться вообразить себя бабочкой и упорхнуть от них – вот тогда они тебя точно зажарят.
- То есть ты предлагаешь нам просто сдаться на их милость и понадеяться, что из нас не сделают чучела для украшения интерьера? – тут Кевар вспомнил короткий рассказ Эхо о биографии Змея: там точно фигурировало слово «пират»,- и вообще, а ведь это же ты их и вызвал на наши головы, сволочь!
- Ну да, а зачем вы им еще могли понадобиться? Да ты не переживай, капитан Кали обещал вас особо не трогать. Правда, он не всегда держит обещания... Но я его хорошо попросил, а он мой должник. Так что расслабься, дружище, и не бойся. Страшные пираты тебя и пальцем не тронут. Скорее всего, - Змей хохотнул и уселся в пассажирское кресло.
- Ну, как скажешь. Кто я такой, чтобы спорить с таким профессионалом в этом деле, - Кевар старательно изобразил покорность, пожал плечами, смущенно улыбнулся: мол, ну, что делать, со всеми бывает.
В следующий момент он выскочил из кресла и, вкладывая в удар всю свою силу и импульс прыжка, ударил наемника по темени. Гвидоний столкнулся с гвидонием, раздался оглушительный грохот, и Кевара откинуло на пару метров назад. Металл не повредился, но костюм Змея от встряски, видимо, начал принудительную перезагрузку систем: визоры замигали, роботизированные суставы прижали руки костюма к туловищу. Аргомантис не сразу пришел в себя, но, тем не менее, успел воспользоваться моментом и, оттащив Змея в трюм, запихнул его в бронированный сейф для боеприпасов. Захлопнул крышку, активизировал кодовый замок и, пошатываясь, вернулся в рубку.
«Ронк» был уже совсем близко, но у Кевара созрел отчаянный план. Он вспомнил свой, хоть и небольшой, опыт в роли боевого пилота-истребителя и один прием, который всегда срабатывал. Нужно дать противнику, превосходящему в боевой мощи, почувствовать вкус победы. Достоверно изобразить покорность. А потом, когда враг расслабится и уверится в своей победе, нужно начать действовать.
Кевар тянул на малом ходу, пристально вглядываясь в огромную тушу мрачного пиратского линкора, которая уже закрывала весь лобовой иллюминатор. Передатчик внешней связи заиграл любимую мелодию лорда, оповещая о входящем видеозвонке. Аргомантис собрался с мыслями, смастерил на маске суровое выражение и ответил:
- Я вас слушаю, капитан Самудри-даку.
На экране появилось изображение. Черная маска с ярко-белыми визорами. Маска была такого же типа, как и у Кевара, повторяла черты лица владельца и отображала эмоции. Необычно смотрелась металлическая борода, сплетенная в причудливые косы, особенно когда она шевелилась, будто жестикулируя в такт словам. Лицо капитана (а Кевар ни секунды не сомневался, что это был именно легендарный капитан Кали) было, насколько можно было судить по маске, приятным и даже интеллигентным, но выражение на нем застыло суровое и жесткое. Однако больше всего лорда поразило не лицо собеседника, а задний план: за спиной Самудри-даку был виден, судя по всему, капитанский мостик, и более мрачного помещения Кевар в жизни не видел. Все поверхности были окрашены частично облупившейся черной краской; на стенах горело несколько тусклых бордовых фонарей, отовсюду торчали какие-то трубы и штыри. Аргомантис, увидев все это великолепие, однозначно решил для себя, что, пожалуй, сдаваться в плен людям, живущим в таком интерьере - это верх безумия.
- Приветствую вас, лорд Кевар Аргмантис из древнего и уважаемого рода Аргомантисов Варских, - ответил пират тихим размеренным голосом, абсолютно не подходящим ни суровому образу пирата, ни витиеватым словам, - я вынужден сообщить вам пренеприятнейшее известие: сейчас мы начнем вас немножко грабить. Клянусь своей бородой, что мы возьмем самую ничтожную малость. Однако у вас на борту находится пленник по имени Змей, и я бы очень хотел забрать его с собой. А поскольку мы пока еще планируем вас отпустить, нам необходимо вас все-таки ограбить, уж примите мои нижайшие извинения – имидж превыше всего. Ведь если мы будем отпускать каждого, кого встретим, неограбленным, то какие же мы тогда будем пираты, верно? Предлагаю вам простой и безболезненный обмен: вы передаете нам Змея, а вместе с ним – ваш личный космокостюм, уж больно он мне понравился. После этого я вас отпускаю. Примете предложение – отделаетесь малой кровью. Иначе же мы вас будем очень долго наказывать... Но потом, правда, все равно отпустим, наверное.
- Это отличная сделка, капитан. Как будем осуществлять ограбление?
- Правильный подход, лорд! – обрадовался пират, - сейчас я вам всё подробно расскажу, чтобы не возникло никаких заминок и вопросов. Смотрите: сейчас мы подойдем к вам еще чуть ближе, примагнитим абордажными кошками и перекинем абордажного ворона – это такой пиратский шлюз. По нему мы заглянем к вам в гости, пообщаемся, заберем все, что нужно, и уйдем. Вот и все, просто и аккуратно. Если еще есть какие-то вопросы, то задавайте их сейчас – потом будет уже не до того.
- Да уже не до того, - ответил Кевар, активируя оба маршевых двигателя на полную мощность. Связь с капитаном он отключил.
Теперь все зависело только от него самого и его умения пилотировать корабль. Лорд пожалел, что не успел вывести из криосна генерала – сейчас опыт Савоне оказался бы очень кстати. Но отвлекаться от управления было слишком рискованно, и Кевар взял на себя и функции второго пилота.
На максимальной скорости крошечный кораблик летел прямо на «Ронка», будто собираясь его протаранить. В последний момент Кевар резко потянул штурвал на себя, и «Эхо» взмыл свечкой вдоль гигантских двигающихся пластин пиратского дредноута. Пока беглецы были в относительной безопасности, но вот когда они начнут удаляться от линкора, мощные пушки пиратов станут реальной угрозой. Кевар выкрутил рычаги управления, и корабль, сделав широкую петлю, устремился прочь от «Ронка». Хвостовая камера транслировала изображение на один из экранов. Черная махина безднолета лениво поворачивалась в направлении, в котором удалялся «Эхо», однако корсары с погоней не спешили.
Носовая энергопушка выполнила первый, пристрелочный, залп. Сгусток пронесся чуть правее «Эхо». У них отличный наводчик, подумал Кевар, и принялся закладывать сложные виражи, пытаясь сбить прицел. То резко включал рулевые двигатели, подбрасывая корабль на сотни метров вверх, то уходил вбок и нырял вниз. «Ронк» продолжал неторопливо расцвечивать серые полупрозрачные клубы Бездны и маленький кораблик огромными вспышками энергетических сгустков. Складывалось впечатление, будто неизвестный стрелок просто играет со своей жертвой.
Так оно, по-видимому, и было. Несмотря на все уловки Кевара, десятый выстрел энергопушки все-таки достиг своей цели. За секунду до удара лорд увидел на экране приближающийся комок энергии, светящийся нестерпимо ярким зеленым пламенем. «Оглушающие» - успел подумать Кевар, прежде чем инерцией от резкого торможения его вышвырнуло из кресла и впечатало в лобовой иллюминатор. Все основные системы «Эхо», кроме подачи кислорода и криокамеры, вновь отключились.
«Не везет тебе в последнее время, Эх»,- прохрипел Кевар, пытаясь подняться и выбраться из придавившего его центрального монитора, который он сбил при падении.
Не успел лорд оправиться от удара и хоть как-то подготовиться к встрече с пиратами, как в проходе между переборками появился темный силуэт.
- Парнишка, ну ты действительно проверился бы у психиатра – у тебя же совсем с головой беда. Я ж тебе четко и ясно сказал: не рыпайся и все будет отлично. А теперь что? Теперь молись всем богам Бездны, чтобы у капитана Кали оказалось хорошее настроение, иначе он тебя лично четвертует и сделает еще много чего, что тебе не очень понравится. Хотя кто тебя знает... - Змей, как ни странно, продолжал пребывать в хорошем настроении и будто бы даже забыл о том, как Кевар с ним только что обошелся, - с другой стороны, если ты ищешь способ как-нибудь заткнуть своего говорливого помощника, то постоянно отрубать для этого все системы корабля вовсе необязательно. Можно просто покопаться в настройках.
Кевар не стал ничего отвечать – а что тут скажешь? Он уже понял, что совершил неимоверную глупость, попытавшись удрать от пиратов – надо было просто довериться судьбе и будь что будет. Теперь шансы на спасение значительно уменьшились.
Потом ему пришло в голову, что начал совершать глупые поступки он еще раньше – например, когда с какой-то стати решил полететь в этот дурацкий храм. Или, возможно, еще раньше – кто его знает...
Тем временем лобовой иллюминатор вновь заслонила огромная туша «Ронка». С глухим металлическим стуком к «Эхо» примагнитились абордажные тросы, по ним от дредноута поползли несколько шустрых теней, и в то же время из пиратского корабля вылез телескопический шлюз-канал и, быстро разложившись, присоединился к корме маленького безднолета. Теперь уже деваться было некуда. Кевар встал и, пошатываясь, пошел открывать грузовой люк - еще не хватало, чтобы они разбомбили полкорабля, чтобы войти.
Люк открылся, и за ним показался полупрозрачный коридор, ведущий на пиратский корабль. Шлюз был пуст. Фигуры, двигавшиеся по абордажным тросам к «Эхо», теперь застыли на его крыше. Видимо, на тот случай, если Кевар опять решит выкинуть какую-то глупость. Он же решил на этот раз попытаться поступить по уму и медленно пошел по слегка качающемуся коридору в сторону мрачной неизвестности. Одна из фигур снаружи следовала за ним по крыше шлюза.
Шлюз привел Кевара в пустой трюм, огромный и мрачный. В просторном помещении царил идеальный порядок. Военные космобайки и несколько истребителей, по всей вероятности, трофейных, расположились вдоль стен. В дальнем конце трюма были составлены многочисленные контейнеры – наверное, добыча, подумал Кевар. Все было закреплено в специальных пазах, аккуратно и симметрично. Атмосфера давила: черные стены и тусклые красные фонари, крюки непонятного назначения вдоль стен. Кевар поежился: интуиция подсказывала, что ничего хорошего его тут не ждет.
- Да не переживай ты так, парень. На самом деле эти ребята очень даже приятная и веселая семейка искателей приключений, хотя атмосферу напускают будь здоров, - Змей тоже перебрался на «Ронка» и все также продолжал веселиться.
- Это заметно. Вон как у них на корабле весело и приятно – сразу становится ясно, что здесь живут душевные люди, - от безысходности запас язвительности Кевара стал еще богаче.
- Ты это зря, на самом деле. Да что я тебе говорю: сейчас сам увидишь.
Ворота в дальней части ангара со зловещим шипением открылись, и в проеме появилась необычная парочка: капитан Кали Самудри-даку, рослый, широкоплечий и суровый, а с ним крошечное существо, ростом едва ли до колена спутника. Присмотревшись внимательней, Кевар признал в крохе представителя одной из самых странных рас Королевства: феньков-добытчиков.
Разумные малютки-лисы с огромными ушами, прямоходящие, необычайно обаятельные и крайне хитрые существа. Будь у нечеловеческих рас возможность участвовать в большой политике, феньки непременно смогли бы добиться огромных успехов, благодаря любопытному сочетанию невероятного обаяния и мощной деловой хватки. Эти милейшие с виду существа могли быть крайне жестокими, и на пути к выгоде их не останавливали никакие преграды. За те несколько сотен лет, что эта раса входила в состав Королевства (а включена она была насильно, как и большинство других народов), количество феньков значительно сократилось. Вероятно, потому что они привыкли жить крупными семействами, и во времена гонений против существ нечеловеческого происхождения группам гвардейских карателей было намного проще уничтожать сразу большое количество феньков. Так или иначе, а встретить в современном Королевстве фенька было необычайно сложно, оттого Кевар и был крайне удивлен, увидев на пиратском корабле представителя такой редкой расы.
- Капитан Кали! – радостно воскликнул Змей, направляясь к забавно смотрящейся парочке, - Бездна тебя дери, ты, кажется, еще подрос!
Кевар помотал головой. Куда уж капитану еще расти – в нем и так было как минимум два метра роста, что вкупе с широкими плечами и мрачным костюмом производило неизгладимое впечатление.
- Таки приходится вертеться, чтобы выжить в этом жестоком и опасном мире, дорогой мой друг, - последовал ответ. Говорил вовсе не суровый обладатель зловещего костюма, а его спутник, карлик-лис. У него был спокойный, негромкий и будто убаюкивающий голос с небольшой хрипотцой и картавостью, - и, к величайшему моему огорчению, мы все чаще встречаемся с такими вот, - кивок маленькой головы, от которого закачались громадные уши, в сторону Кевара, - умниками. Таки, никакого уважения уже нет в обществе к жестоким и ужасным пиратам с легендарного «Ронка»!
Собеседники хохотнули, Змей наклонился, чтобы пожать руку феньку.
- Я не понял: капитан Самудри-даку – это вы? – в недоумении спросил Кевар. От удивления он даже забыл о хороших манерах и правилах приличия.
- Мальчик, а ты таки думал, что этот верзила? – с издевкой ответила кроха, - слышишь, Абдула? Этот молодой господин тебя только что повысил в звании! Давай-ка представимся нормально: капитан Кали Самдри-даку – к твоим услугам!
- Кевар Аргомантис. К вашим.
- Вот и славненько. Змей, а что мы таки будем делать с нашим юным пилотом-асом? Ты же знаешь, мы обычно таких беглецов в живых не оставляем.
- Кали, дружище, прости ты его. Он не со зла, ручаюсь – просто еще никогда с пиратами не сталкивался. Кевар – хороший парень, вытащил меня из тюряги, и не поладил с Инисио, кстати.
- Вот оно как. Ладно, на первый раз прощу таки, так уж и быть. Особенно раз с твоей монашкой не подружился – это дорогого стоит. И знаете что... Даже ничего не заберу в качестве трофея. Я сегодня щедр, как никогда. Радуйся, мальчик. Что ж, раз у нас все так мирно складывается, то, что нам в предбаннике стоять – милости прошу на борт «Ронка». Специально для тебя, Кевар: никому и никогда не рассказывай о том, что увидишь. Иначе – кирдык, - фенек провел острым когтем по шее, а потом сделал приглашающий жест.
То, что Кевар увидел внутри «Ронка», превзошло все его ожидания. Он не был удивлен, не был шокирован. Просто его представление о мире немного поменялось в тот день. То, что он раньше воспринимал как данность, те знания, которые в него вкладывались с детства, пожалуй, впервые на поверку оказались ложными. Все, что он знал о пиратах – это что они бесчестные, жестокие, жадные и грубые люди, находящиеся за гранью закона и преследуемые военными силами Королевства по всей Бездне и во всех кристаллах миров. Пираты, как всегда рассказывали детям – это сброд, обитающий на боевых кораблях в ужасных условиях, и живущий только жаждой наживы. Кроме того, в народе ходили легенды о пиратских пытках, подлости и даже каннибализме.
И все эти знания, никогда не подвергавшиеся даже малейшему сомнению, в одночасье оказались неправдой, причем неправдой в высшей мере.
«Ронк» внутри оказался самым необычным кораблем из всех, что Кевар когда-либо видел. Коридоры были широкими и светлыми, стены и полы покрыты деревом различных сортов, потолки обиты тканями преимущественно пастельных тонов. Повсюду были лестницы: узкие, широкие, винтовые, веревочные. На стенах висели картины и гобелены тончайшей работы, а по громкой связи раздавались невесомые звуки скрипок.
При всей этой легкости и воздушности обстановки не было ни малейшего ощущения стерильности и неестественности. Дополнительный, скрытый от глаз, но явно ощутимый слой атмосферы создавали мелкие детали: где-то лежала горка разноцветных подушек, где-то вместо обычного желтого фонаря в воздухе кружились разноцветные огоньки, или неожиданно можно было попасть на просторную палубу-атриум с панорамным потолком, освещенную только светом звезд.
Всюду встречались спешащие куда-то или прогуливающиеся неторопливым шагом члены команды. В основном это были крохи-феньки, но были и люди, и представители других рас. Все почтительно, но с достоинством кланялись процессии с капитаном во главе, а те, кто был в головном уборе, приподнимали в знак приветствия шляпу.
Капитан Самудри-даку провел гостей через сеть коридоров и центральный атриум в корабельную библиотеку, впечатляющий своими габаритами зал, до отказа забитый книгами. Живыми, бумажными книгами – если сейчас продать такое собрание, то можно было стать чуть ли не самым богатым человеком во всем Королевстве. Странно, что пираты хранили на своем корабле несметное сокровище, не реализуя его в валюту.
В центре зала, между высокими полками обнаружилась небольшая «площадь» с круглым столом и несколькими мягкими креслами.
- Господа, таки рад видеть вас в моем скромном кабинете. Книги, знаете, дают ведь не только знания, но и радость просто находиться рядом, дарят вдохновение и ясность мысли одним лишь своим запахом и видом. Присаживайтесь. Сейчас нам принесут небольшой обед. Устали, небось, с дороги. А пока предлагаю начать. Змей, дорогой мой друг, расскажи-ка мне, как тебя затащило в это великолепное приключение.
Монах вкратце, но в красках рассказал историю освобождения из «Рая», вскользь упомянул Фрактуру, но без подробностей. Фенек помолчал, задумчиво поглаживая белую бородку, потом спросил:
- Я только не очень понял, зачем тебе понадобился я. Судя по всему, мальчик, - капитан кивнул на Кевара, - зла тебе не желал, и проявил себя как отважный и честный человек.
- Так-то оно так, парень молодец. Но в столицу мне нельзя, да и вообще мне некуда податься. Куда бы я ни отправился, Инисио меня найдет – ты сам это прекрасно знаешь. А в столице мне вообще крышка, у нее там теперь не только ручная крыса при королевском дворце, но и небезызвестный тебе Омбро Кашита.
- Этот больной человек в столице? Странно, я это упустил. Слишком долгий выдался у нас в этот раз рейд...
- Да, этот психопат в столице и начал уже убивать людей. Расправился с братом Кевара – извини, дружище – с главным королевским казначеем, и даже, представляешь, убил королеву-мать.
Капитан присвистнул и вновь задумался.
- Кевар, прими мои соболезнования, - обратился он, наконец, к лорду, потом вновь повернулся к Змею,- да, дело серьезное. Видимо, твоя хозяйка начала активные действия, а значит, в столице сейчас никому не будет безопасно. Останешься у нас?
- Она мне не хозяйка, - неожиданно злым голосом ответил монах,- а по поводу остаться... Если ты позволишь – я буду счастлив.
- Отчего бы не позволить? Позволю. У меня как раз недавно освободилась должность первого помощника первого помощника первого помощника капитана, устроит?
- Устроит, Кали. Спасибо тебе.
- Потом отблагодаришь, теперь-то мы таки квиты. Так. Теперь ты, молодой человек. Что будешь делать?
- Вернусь в столицу. Я должен найти убийцу моего брата, этого вашего Омбро Кашиту. Теперь можно сказать, что слетал я не зря: хотя бы выяснил, как его зовут и как он выглядит. Если все сложится удачно, то вместе с полицейскими или военными вернусь на Фрактуру и попытаюсь разведать побольше о храме, Инисио и их плане.
- Хм... Неплохой план. Не думаю, правда, что тебе удастся сделать все так, как ты планируешь, но попробовать таки стоит. А, вот и еда, - в кабинет по коридору между стеллажами трое молодых феньков внесли подносы с кружащей голову своими ароматами пищей: цыпленок с фенхелем, жареная форель с травами, тушеные мидии, - у нас лучшие поставщики продуктов во многих провинциях Королевства, поэтому мы можем позволить себе питаться не суррогатной отравой, а качественной и полезной едой – не хуже, чем в самых дорогих ресторанах столицы. Кстати, Кевар. Я этот вопрос задаю всем приятным мне людям при первом знакомстве. Мне было бы интересно узнать твое мнение о внутренней политике нашего правительства: как тебе последние законы, сложившийся уклад жизни? Проекты твоего отца мы уж обсуждать таки не будем, из уважения, так сказать.
- Политика? Я ей, если честно, не очень интересуюсь, да и мне сложно судить: я все-таки рос в одной из богатейших семей страны, а потом кучу лет провел на войне. Могу только сказать, что король со свитой истощают страну всеми возможными способами – от войны до непомерно завышенного содержания столицы. И, конечно, политика относительно нечеловеческих рас – это варварство. Но, с другой стороны, разве есть у нас какая-то альтернатива? Это я, к примеру, про революционеров. Можно сколько угодно обвинять действующую власть, но если не предлагать чего-то разумного взамен – то никакого смысла в этом нет.
- Надо же! – капитан Самудри-даку тихо зааплодировал, - такой молодой, а так мудро мыслишь. Молодец, мальчик! Полностью согласен. Я вообще придерживаюсь такого мнения: любая власть суть зло, но и безвластие – не меньшее зло. Поэтому вариантов у народа немного, выбирать приходится из, уж извините за грубость, двух сортов говна. Хотя нынче и выбора-то как такового нет, так, одна иллюзия. Вот поэтому-то мы, вольные искатели приключений, и живем вне общества и государства. У нас есть хоть какая-то свобода, хотя бы ее иллюзия. Но нам, мне кажется, живется намного веселее и легче, чем какому-нибудь аристократу в столице и уж, тем более чем крестьянину на дальних рубежах или старателю на астероидных каменоломнях. Так что, мальчик, если ты когда-нибудь решишь сменить поганую жизнь обывателя на что-то более интересное и полезное – то свяжись со старым капитаном Кали. Для тебя мы, пожалуй, сможем найти место на «Ронке». Только таки не пилотом, а то недолго нам останется летать.
- Спасибо, капитан Самудри-даку, - с искренней благодарностью ответил Кевар.
- Вот и славненько... Так, господа хорошие. Предлагаю на дорожку выкурить немного кристальной пыли, никто таки не возражает? Ах, Змей, дружище, постоянно забываю об особенностях твоего организма, желешка ты наша, – капитан достал инкрустированный камнями кисет, набил трубочку и протянул коробочку Кевару, - лучший в Королевстве, прошу заметить. Тебя, кстати, никогда не смущала мысль о том, что, раз кристальная пыль делается из остатков разрушенных кристаллов миров, то там в каком-то, пусть и ничтожно малом, количестве присутствуют частицы населявших эти миры живых существ? А мы их, получается, скуриваем...
- Ну нас же не особенно смущает, что границы кристаллов, создающие форму миров, состоят из энергетических остатков все тех же живых существ, - ответил Змей, - летаем себе сквозь эти скопления душ и в ус не дуем.
- Кстати, да. Почему-то никогда об этом не думал. Вроде это так очевидно, что и не стоит этим заморачивать голову. А что тогда происходит с остаточной энергией существ, умерших в Бездне? – проговорил Кевар, набивая себе трубочку. Легкое вино, поданное к столу, оказалось не таким уж и легким: лорд ощущал, как теплая волна накатывает на него, а в таком состоянии он всегда был не прочь поговорить на отвлеченные темы.
- Надо будет при случае спросить у вашей общей знакомой Инисио. У нее на эту тему вроде была своя теория, связанная как-то с Планетарным Исходом, - уже слегка заплетающимся языком ответил фенек и закрыл глаза.
Собеседники покивали, а потом расслабились, и каждый ушел в свою собственную нирвану.