Глава №3
Длинные коридоры, большие деревянные окна, коричневый линолеум с геометрическими фигурами, который наверняка можно найти на полу в среднестатистической школе где-то в глубинке страны. Так невзрачно и печально выглядел сектор А изнутри.
Герман примерно так себе и представлял обычную психиатрическую лечебницу, без каких-либо излишеств, скромно, местами требовался ремонт, но абсолютно не жутко, по крайне мерее в обед, при свете дня. Пациенты сидели в палах, ожидая обход, врачи и санитары были заняты своими прямыми обязанностями, а медсёстры в недолгий перерыв укрылись в довольно просторной подсобке, которая вмещала в себя стол и много стульев, там воняло колбасой с чьих-то бутербродов, принесённых из дома, и кофе явно быстро растворимый из пакетика – «Три в одном». Быстро. Дёшево. Невкусно.
Одна из медсестёр неохотно согласилась на интервью. Не столько от желания прославиться или рассказать свою историю, сколько чтобы Герман не мешал её коллегам доесть свои вонючие бутерброды и допить свой остывшей кофе. Они вышли в коридор и расположились на обычной деревянной скамейке.
Медсестра Галина, тридцати пяти лет отроду, выглядела на все сорок пять, с серыми мешками под глазами, сальными волосами, связанными в пучок и очень красивыми, неподходящими под её неряшливый вид толстушки, длинными пальцами. «Наверное, она совсем не больно ставит уколы» - почему-то пронеслось в голове у журналиста. Да, сегодня он был совсем не собран. Может не стоило отказывать от дешёвого кофе в подсобке?
- Галина...
- Сергеевна, - голос медсестры был грубым, прокуренным.
- Галина Сергеевна, скажите, как давно вы работаете здесь?
- Ну, уже третий год пошёл.
- Если не секрет, то почему вы выбрали именно это место? Призвание? Льготы?
- Смешной ты, - медсестра впервые улыбнулась Герману. Пусть улыбка была полна насмешки, но журналист был доволен. Лёд растаял. Контакт налажен, - Я тебе для интервью могу что хочешь наболтать, призвание там, льготы. А если правда хочешь...
- Хочу.
- После училища моего сельского, когда мы с мужем сюда в город перебилась, мало куда брали. Родители то его померли, а дом тут стало быть наш. Он то быстро работу нашёл, конечно, слесари сейчас нужны. А я помыкалась, не берут нигде.
- А сюда взяли? - Герман потерял всякий интерес к медсестре, ведь рассказ про её личные трудности мало заинтересуют публику, а он просто зря тратит с ней время. И тут внимание журналиста привлекала одна, казалось бы, незначительная фраза, - Конечно взяли, здесь же никто работать не хочет. Да не из-за пациентов. Место плохое тут, рядом, - Галина замолчала и пододвинулась ближе к журналисту, - говорят, что проклятое. Я не очень-то в это верю, - загляну в глаза медсестре он понял, что ещё как она верит. Нужно было подробнее расспросить её про место и его странности, но Галину позвали – «Работа».
- Я завтра в это же время найду вас, - крикнул Герман в след, уходящей медсестре. Ответа не последовало. Но журналист был слишком воодушевлён открытием, чтобы придавать значение подобным мелочам. Что может быть лучше, чем развеять миф? Написать разгромную статью и пошатнуть суеверие местных.
Герман довольно устал и собирался домой, но взглянув на наручные часы вспомнил, что может попытать удачу ещё в одном месте. Вчера Екатерина назначила ему встречу в церкви и чисто теоретически он мог попытаться застать её там. Возможно она знает что-то про проклятое место. Хотя надежды мало, но стоит попробовать, хуже не будет.