По ту сторону

Многие люди боятся смерти и темноты по одной причине — они страшатся неизвестности.
Дж. Роулинг, «Гарри Поттер
и Принц-полукровка».

Ребекка застонала и с огромным усилием оторвалась от подушки. Дневной сон не принёс облегчения наоборот, кажется, ей стало только хуже. Голова уже не раскалывалась, а пульсировала тупой болью, и девушка даже пожалела о решении подремать часик-другой.

Она потянулась к телефону, который лежал рядом на кровати. Даже странно, что тот не разбудил её уведомлениями – обычно друзья в общем чате спамили так, что телефон просто разрывался от сообщений. Один только Арден с его глупыми картинками чего стоит.

Бесконечная лента из букв, цифр, фотографий и «прочитано минуту назад». Стэнтон пролистала переписку вниз, к новым сообщениям, и обомлела, вчитываясь во фразы.

Мэви: Майли Криденс куда-то пропала после вечеринки и теперь я еду в полицейский участок.

«Что? При чём она здесь вообще? Даже если какая-то девчонка не пришла домой, это не повод обвинять Мэви!».

Майли Криденс... В памяти Бекки всплыла девчонка в дурацком сером свитере, которая строила глазки Ардену. Что ж, отлично, одной смазливой дурочкой меньше!

На секунду Стэнтон испугалась собственной жестокости. Кем бы ни была эта Майли и к кому бы она не лезла, если с ней что-то случилось, это ужасно. А может, она ушла, потому что это Макрэй сказал ей что-то обидное?

«Уж это в его стиле».

Ан: А какое отношение к этому имеет Мэви? Поругалась с родителями и свалила, с кем не бывает.

Арден: Она из семьи священника, оттуда так просто не свалишь. Мутно это всё.

Бекка злобно хмыкнула, прочитав последние слова. Ей вдруг стало чертовски обидно: за эту малознакомую святошу он переживает, а с ней особо не церемонился. Подумать только, Арден Макрэй и человеческие чувства – небывалый тандем.

Пальцы сами собой застучали по клавиатуре, и уже через пару секунд девушка нажимала на кнопку «отправить».

Ребекка: Давно ты у нас стал главной сплетницей в городе? Всё про всех знаешь.

А его, похоже, забавляла эта игра. Сразу же прочитав, Арден принялся набирать ответ. Стэнтон почувствовала, как её распирает изнутри от отчаяния и ярости, но абсолютно ничего не могла с этим поделать. Совершенно нездоровая привязанность заставляла её ждать его сообщения и одновременно ненавидеть себя за это.

Арден: Ревнуешь, принцесса?

Неудивительно, что никто и виду не подал. Со стороны это казалось его обычным поведением, но только Бекка знала, что крылось за этой безобидной фразой. Ещё чего! Стэнтон наморщила носик, вновь пробегая взглядом по буквам. Нет, конечно, она и раньше знала, что он самоуверенный нахал, но сейчас лишь снова убедилась в этом.

Ребекка: Сдался ты мне больно.

Лесли: Мэви, ты как?

Эмерсон в любой ситуации оставалась  собой. Ребекке казалось, что для этой девчонки не существовало никаких других слов, кроме «люблю» – будь на то её воля, она бы заменила ими все остальные. Лесли поражала своей заботой и какой-то странной, поистине детской невинностью. Она была старше всех, но при этом казалась той самой младшей сестрёнкой из фильмов, которая ласково погладит по плечу и всегда поддержит. На секунду Бекка почувствовала себя плохо: они с Мэви были так близки, а её самочувствием интересуется не она, а Лесли.

И всему виной этот придурок, окончательно захвативший её мозг.

Мэви: Готова прикончить их всех к чертям. Сейчас буду звонить маме Бекки.

Отлично, значит, миссис Стэнтон за ней присмотрит. Ребекка облегчённо вздохнула. Мама обычно не делилась историями из своей практики, но здесь девушка явно вытрясет из неё всю возможную информацию.

Арден: А вот прикиньте, в городе появился маньяк какой-нибудь. Вот придёт и зарежет нас всех :)

Ребекка: Тебя увидит – испугается.

Верить в его слова не хотелось. В конце концов, пропажа одной девчонки может быть чем-то вполне обыкновенным. Ребекка готова голову на отсечение поставить, что Майли вернётся сегодня же вечером.

Кончик пальца сам собой скользнул по экрану к иконке Инстаграма. Щелчок, ещё щелчок – и Ребекка уже листает архив на много месяцев назад. Там, в историях для близких друзей, почти в каждой видеозаписи упомянуто имя одного и того же человека, и Стэнтон нажала на значок «удалить».

Не помогало. Жаль, что нет такой кнопки как «стереть человека из памяти» – она бы решила многие проблемы.

Всплывающие уведомления немного отвлекли её, и Ребекка вновь открыла сообщения.

Ан: А наша встреча-то в силе?

Мэви: Естественно. Надо развеяться, а то слишком много всякой хрени вокруг.

— И то правда, — пробормотала девушка и вновь откинулась на подушку.

*****

Мэви Коллинвуд элегантной кошачьей походкой вышагивала по коридору полицейского участка. Взгляды стражей порядка притягивались к ней магнитом: они смотрели на длинные ноги в высоких сапожках на каблуке, на стройную фигурку, а затем стыдливо отводили глаза.

— Ну-ну, не плачь, мама, — успокаивала рыдающую женщину какая-то высокая девушка. — Всё будет хорошо.

— Ты не понимаешь, Стефани! — пронзительно завопила плачущая. — Я говорила этой несносной девчонке, что она не должна была туда ходить! Бог покарал её, и нас всех покарает!

Увидев эту картину, Мэви скривилась от презрения. Очевидно, женщина была матерью пропавшей Майли. К религиозным фанатикам Коллинвуд тёплых чувств не питала – как-то раз она видела по телевизору фильм, в котором девочка из такой же семьи в один прекрасный момент прикончила собственных одноклассников. (1) Насколько нужно было травмировать психику ребёнка, чтобы он совершил такое?

Коллинвуд встретилась взглядом с миссис Криденс – та раскрыла рот, как рыба, а через несколько секунд заверещала:

— Ты!!! — женщина подлетела к Мэви и и схватила её за рукав пальто, чуть поднимая руку вверх. — Это всё ты виновата! Ты испортила мою девочку! Бесноватая развратница!

— Отпустите немедленно, — властно прошипела Коллинвуд и впилась когтями прямиком в руку женщины. — Вы хоть знаете, сколько это стоит? Порвёте – за всю жизнь не расплатитесь. Придётся позолоту с алтаря соскребать.

— Простите, — Стефани оттащила мать от Мэви, и зашептала разъярённым шёпотом: — Что ты вообще творишь?

— Очень по-христиански, — саркастично подметила девушка.

— Мисс Коллинвуд, проходите, — подошедший полицейский открыл ей дверь в одно из помещений. Наградив семейство Криденс одним из своих фирменных взглядов, Мэви последовала за стражем порядка.

Небольшая комнатушка с серыми стенами напомнила девушке о тех дурацких детективных сериалах, которые они раньше частенько смотрели с мамой. Здесь было так же, только выглядело в разы беднее. Вместо чистого белого света лампочки горели грязно-жёлтым, а обшарпанные стол и стулья вызывали неприятные ассоциации.

— Присаживайтесь, — Джефф кивнул на стул и, дождавшись, пока девушка займёт место, сел напротив.

— Я не собираюсь отвечать на ваши вопросы, — надменно заявила Мэви, на что Джефф лишь слегка приподнял брови. — Ваши действия неправомерны. Мне восемнадцать лет. Допрос несовершеннолетнего проводится в присутствии родителей или законного представителя. Где вы видите здесь кого-то из упомянутых?

— Допрос может быть проведён при участии штатного психолога, — парировал мужчина, с удивлением наблюдая, как губы Коллинвуд расползаются в ухмылке.

— Я не нуждаюсь в психологе. Позовите его той чокнутой, которая чуть не оторвала мне руку в коридоре.

— Вы не желаете сотрудничать со следствием? — пальцы Джеффа отбили по столу ритмичную дробь. — Неужели вам есть что скрывать?

— Скрывать мне нечего, — Мэви слегка наклонилась и подпёрла голову ладонью. Наглая улыбка так и не сходила с её лица. — Если вы думаете, что мне есть дело до замухрышки Криденс, то вы глубоко заблуждаетесь. Но так и быть, в присутствии адвоката я расскажу всё, что знаю.

— А не слишком ли много вы берёте на себя, мисс Коллинвуд? — поинтересовался полицейский, поражённый такой реакцией девушки. — Кем вы себя возомнили?

— Капитан Джефф, — ласково обратилась к нему девушка, — вы, кажется, не понимаете, с кем говорите. Вы хоть знаете, кто мои родители? За ними стоят такие влиятельные люди, что стоит волоску с моей головы упасть, они разнесут весь этот город по кирпичикам.

— Угрожаете сотруднику полиции?

— Констатирую факты, — Мэви сжала зубы, и её аристократические черты лица стали ещё более чёткими. — Я не скажу ни слова, пока здесь не будет адвоката нашей семьи. Можем посидеть тут ещё, вам же совершенно не нужно искать Майли.

Последняя фраза была брошена с откровенной издёвкой, и Джефф сдался. Девчонка хочет адвоката? Пусть зовёт кого угодно, ему плевать.

Ещё полчаса ушло на то, чтобы подождать миссис Стэнтон – маму Ребекки и по совместительству семейного адвоката Коллинвудов. Мэви справлялась со скукой как могла, и обмахивалась ладошкой. Всё-таки в маленькой комнатке становилось довольно душно. 

Тугой пучок на затылке, цокот высоких не по возрасту каблуков – Кассандра Стэнтон ворвалась в кабинет ураганом с поистине королевской грацией. Резким рывком она отодвинула стол и села рядом с торжествующей Мэви.

— Я полагаю, мы можем начать, — процедила она, давя на капитана тяжёлым взглядом золотисто-карих глаз.

Восстановить полную картину вечера не получилось – Мэви многого не видела, многого не помнила. Однако все те детали, которые она сообщала, капитан старательно записывал в блокнот.

Когда вопросы казались миссис Стэнтон не касающимися дела или чересчур провокационными, она не стеснялась вмешиваться в ход допроса.

— Вы утверждаете, что Майли Криденс ушла из вашего дома с остальными ребятами, верно? — ещё раз отчеканил мужчина. — Во сколько это было?

Адвокат любезно улыбнулась, сжимая руку девушки — мол, ничего не говори, дальше я сама.

— Кажется, вы перегибаете палку. Моя клиентка уже несколько раз сказала, что это случилось после окончания грозы, а точное время она не помнит. Также у неё есть алиби, которое могут подтвердить все те дети, что остались вместе с ней в доме. Мэви рассказала вам всё, что знала. Какие-то вопросы?

Аккуратно отложив в сторону бумаги, полицейский снял очки и принялся двумя пальцами нажимать на виски. Голова раскалывалась. Никакой полезной информации он не получил, хотя весь день допрашивал то хозяйку дома, то девочек, которые почти до самого дома шли с Майли.

Возникала дилемма.

— Можете быть свободны, — устало махнул рукой он, вновь утыкаясь в бумаги. Чуть ухмыльнувшись, Мэви встала со стула, аккуратно перекидывая через плечо свою кожаную сумочку, и на цокающих каблучках направилась к выходу.

Её там уже ждали. Хмурый Джен, одетый в какую-то непонятную черную толстовку и отчего-то с красными глазами, и стоящие рядом Ан, Лесли и Брайан, которые, очевидно, эксплуатировали парня в качестве водителя.

— Ты в порядке? — тут же подскочила к ней Лесли, обнимая девушку.

— Я была готова придушить и этого придурка капитана, и всю семейку Криденс в придачу, — отозвалась она и с напускным неудовольствием прильнула к подружке. — Это какой-то ужас. Куда она могла деться?

— Не знаю, если честно, — задумчиво произнесла Ан. Девушка защёлкнула ремни безопасности и бросила косой взгляд на Джена. — Может, пошла страдать по нашему Ардену.

— Я тебя умоляю, — закатила глаза Лесли, с силой открывая дверь и влезая внутрь. — Если бы каждая девчонка по нему так убивалась, в Аспенвуде уже не хватило бы кладбища.

— Кстати, птичек уже нет, — вклинился в разговор Брайан. По спине у Эмерсон пробежали мурашки, а воображение услужливо нарисовало картинку окровавленных трупиков. — Так быстро расчистили дорогу, будто бы ничего и не было.

— Ага, я слышала, что все прихожане из церкви пошли подметать улицы, — пожала плечами Ан. — Странные люди.

— Можно подумать мы — нормальные, — фыркнула Мэви и положила голову на плечо Эмерсон.  — Джен, твоя машина похожа на консервную банку.

— Какая есть, — невесело отозвался парень, нажимая на кнопки, чтобы включить музыку. — Ноктюрн Шопена или Холзи?

— А есть что-то попозитивнее? — уточнил Брайан, на что лишь Джен усмехнулся. Он явно заставить всех слушать классическую музыку, но вместо неё в машине раздался жуткий скрежет. Он больно бил по ушам, словно кто-то когтями скрёб динамики. Анна молниеносно выключила магнитолу.

— Сломалась, наверное, — изрекла она, кашлянув. — Поехали в нашу в кафешку

— Ты и кафешки. Какое-то невиданное сочетание, — произнесла Лесли, и Мэви тихонько захихикала.

— О вас забочусь, конечно же. Меня накормили дома, — не моргнув глазом соврала девушка, поймав на себе косой взгляд Джена.

— Я на каблуках буду шататься по городу? Ладно, Лес, по пути заскочим к тебе и возьмём твои кроссы, если, конечно, можно.

— Да без проблем.

— Полицейские организовали поиски, вместе с волонтёрами будут прочесывать всё. Как думаете, Майли найдут в лесу? — произнес Брайан, переводя тему с чуть было не начавшихся разговоров о моде.

— Надеюсь, что нет, — протянула Лес, смотря в немного грязное стекло. Все пары глаз, кроме, разве что, водителя, уставились на неё.

— Почему это? — произнесла Мэви, недовольно поведя плечами.

— Не думаю, что человек смог бы невредимым провести ночь в лесу во время бури, — вдруг серьёзно подметила она крайне тихим голосом. — Ну, или, по крайне мере, живым.

*****

— Так что, говоришь, за родственник у тебя там? — поинтересовалась Ребекка у Ан, листающей меню их любимой кафешки.

— Какой-то итальянский придурок! — мгновенно охарактеризовала новоявленного дядю Анна, которая почему-то чувствовала себя героиней дешёвого мексиканского сериала. — Вчера приехал, и весь день промывал нам с матерью мозги тем, как хорошо и прекрасно было в Тоскане. А сегодня утром я прихожу, и мать мне заявляет, мол, всё, он будет жить с тобой, а я сваливаю.

— Подожди-ка, подожди-ка! — прервала её Лесли, которая ещё из слов «родственничка Маттео» поняла, что Ан не ночевала дома, и теперь её волновали подробности. — Почему утром? Где ты ночью была?

Ан почувствовала, как к щекам стремительно приливает кровь. То ли дело Джен, просто образец спокойствия, который невозмутимо пил свой чай. Мэви, Ребекка и Брайан покосились на Ан, и на лицах всех троих было написано одинаковое удивление. Лесли лукаво улыбнулась — она слишком хорошо знала этих двоих, и их лица говорили сами за себя.

— Ан ночевала у меня, — бесстрастно ответил за неё Джен.

— А чего вы удивляетесь? — спросил Арден, глядя на изумлённые лица друзей. — В жизни каждого мальчика наступает такой момент, когда он превращается в мужчину.

— Ой, Макрэй, заткнись, — раздражённо сказала Ребекка, реагирующая на каждое слово Ардена как бык на красную тряпку.

— Пожалуй, Ребекка, я с тобой согласен, — поддакнул девушке Хилл, всё так же не заинтересованный в разговоре.

— Между прочим, ты должна мне двести баксов, Мэви, ты проспорила, — Арден ослепительно улыбнулся Коллинвуд. — Я же говорил, что они сойдутся до Хэллоуина!

— Что-о? — Ан, наконец, взяла себя в руки и была возмущена таким поворотом событий. — Какие ещё двести баксов? Вы на что там спорите, а?

— Вот и мне интересно, какие двести, если речь шла о сотне, — хмыкнула Мэви.

— Вы встречаетесь? — спросил, наконец, Брайан, и его слова прозвучали как-то слишком резко. Лесли удивлённо выгнула бровь.

— Нет! — воскликнула Ан, напугав официантку, ставившую на стол её кофе. — Ребят, ну хватит уже, просто так получилось.

— Слышал? — победно спросила Мэви, показывая Ардену неприличный жест. — Хрен тебе, а не двести баксов.

— Ещё не вечер! — Арден игриво погрозил ей пальцем. — Ну что, ребятки, как вам вместе-то ночевать? Понравилось?

— Арден!

— Ну что сразу Арден-то? Как вместе спать – так они, а крайний опять я...

— Вы вообще видели её вчера? — спросил Джен, обводя взглядом всех присутствующих. — Как Ан должна была домой пойти? Пьяная, да ещё и с синяком на половину лица, спасибо Брайану.

— Что ты сейчас сказал? — мгновенно отреагировал Сандерс, сжимая в руках вилку, которой до этого он ел спагетти.

— Что слышал, — спокойно отозвался Джен. Он равнодушно отхлебнул из чашки, даже не смотря на юношу, что ещё больше выводило Брайана из себя. Тот отложил вилку, и его кулаки сами по себе сжались от подступающего гнева. Ан посмотрела на Лесли, и по её взгляду поняла, что та думает о том же самым – ничем хорошим это явно не закончится.

— Прекратите этот цирк! — злобно прошипела она, больше адресуя эту фразу Джену, чем Брайану, которого после вчерашнего удара немного побаивалась.

— Это ты зря, — ответила вместо мальчиков ей Мэви, постукивая длинными ногтями по экрану телефона – девушка писала сообщение матери о том, как прошёл допрос и как она съездила в участок.

— Действительно, малышка, давно по морде не получала? — заржал Арден. Ан смерила его уничтожающим взглядом.

— А ты? — парировала девушка, кивая на Ребекку. Она припомнила ему вчерашнюю ситуацию во время игры, и Арден помрачнел.

— Ну, чего ты замолчал? — Брайан продолжил подначивать Джена и гаденько улыбнулся. — Или струсил? Мамочка не разрешает разговаривать со взрослыми мальчиками, да? Надо бы научить тебя вежливости.

— Тебя, видимо, вежливости не учили, — холодно ответил Хилл, вновь вставая, и Ан с удивлением услышала в его голосе нотки металла и решимость, которой не было прежде. — Это не я, а ты ударил девчонку. Которая в два раза меньше и слабее тебя, между прочим!

— Я и сейчас могу ударить девчонку, которая меньше и слабее меня, — расхохотался Брайан. — Вот она, сейчас стоит передо мной и строит из себя крутую.

— Я никого из себя не строю, в отличие от тебя, — огрызнулся Джен, нервы которого уже доходили до предельной точки. Никто из ребят раньше не видел его таким эмоциональным, и даже Ан, которая, казалось бы, знала его досконально, шокировано хлопала глазами. Обычно юноша игнорировал любые нападки в свою сторону, но теперь взбесился из-за такой мелочи – уму непостижимо!

— Джен, перестань! — взмолилась Ан, хватая юношу за перебинтованную руку. — Ты вчера уже покалечился, тебе мало?

— Не лезь! — заорал Брайан.

— Хватит, вашу мать! — прикрикнула Мэви, привлекая к их столику внимание других посетителей кафешки. — Ни у кого из нас нет желания слушать ваши истерики, успокойтесь!

Но парни не послушали её. Они продолжили свою перепалку, притягивая к себе всё больше и больше любопытных взглядов. Ан беспомощно посмотрела на Мэви и Лесли в поисках поддержки, и Эмерсон, словно прочитав её мысли, потянулась к Брайану, чтобы успокоить его. Сандерс грубо оттолкнул её, и она вновь опустилась на диванчик.

— Вот об этом я и говорил! — злобно воскликнул Джен, уже не обращая никакого внимания на Анну, просившую его успокоиться. — Для тебя нет никаких границ! Ты делаешь больно тем, кто не может дать тебе отпор чисто физически!

Брайан вдруг посмотрел на Ан. Девушка встретилась с ним взглядами всего на каких-то пару секунд, но даже за эту пару секунд он успел прочитать в её голубых глазах то же самое чувство страха, которое видел в глазах матери, когда та находилась рядом с отцом. В голове вдруг всплыла противная физиономия родителя с его пьяной улыбкой и заплывшими глазами.

«Неужели я становлюсь таким же?».

*****

Ледяная вода стекала по ладоням и щекам, отрезвляя сознание. Ребекка уже не могла находиться рядом с друзьями – нервы всей компании уже летели к чертям после вчерашнего проишествия. Творилась какая-то сверхъестественная чертовщина, которая мешала всем адекватно мыслить. Но самой главной чертовщиной в жизни Бекки был Арден.

Ребекка ненавидела его – до дрожи, до глубокого отвращения. Так почему же всякий раз, стоило их глазам встретиться, её сердце предательски замирало и словно падало куда-то вниз, а дыхание на секунду прекращалось? Почему когда он заигрывал с очередной тупой раскрашенной куклой из школы, Стэнтон хотела придушить и её, и в придачу самого Макрэя? Почему каждое его слово отпечатывалось в душе так глубоко, что не вытащить никакими средствами? На эти вопросы Ребекка ответить не могла.

Ей владела какая-то страстная одержимость. Это была не любовь, нет. Любовь была у других людей – придурки Ан и Джен, которые относились друг к другу с безграничной нежностью, до сих пор отрицали её. Ребекку порой тошнило от этих розовых соплей. Её чувства к Ардену были абсолютно другими: она хотела, чтобы он был с ней. Это собственническое чувство не оставляло её ни на секунду, заставляло мучиться от ревности как от лихорадки и просто сходить с ума. Она хотела, чтобы он принадлежал ей.

Дверь туалета распахнулась, и кто-то приблизился почти вплотную к Ребекке. Стэнтон посмотрела в зеркало, висящее напротив раковины, и увидела Ардена.

— Чего ты тут забыл? — девушка обернулась к нему и недобро прищурилась. — Вообще-то это женский туалет.

— Ну, я просто девочка с сюрпризом, — Арден подошёл ещё ближе, сводя расстояние между ними к минимуму. Его глаза скользнули по лицу девушки, по чёрным потёкам туши на гладких щеках и разводам алой помады. — А я и не думал, что ты такая истеричка, Стэнтон.

— А я и не думала, что ты такой урод, Макрэй, — ответила ему Ребекка, пытаясь стереть следы косметики с кожи.

— Давай помогу, — Арден коснулся её щеки. Юноша провёл по лицу Ребекки большим пальцем, стирая размазанную тушь.

— Чего ты хочешь? — спросила девушка, окончательно во всём запутавшись.

— В смысле? — Арден изумлённо посмотрел, как Ребекка с интересом склонила набок голову.

— В прямом. То оставляешь мне синяки и грозишь уничтожить, то ведёшь себя как истинный джентльмен и помогаешь мне. Сначала спишь со мной, потом избегаешь, а теперь приходишь в женский туалет чёрт знает зачем. Я не понимаю тебя.

Ладонь Ардена скользнула чуть ниже. Теперь его пальцы едва касались шеи Ребекки и медленно-медленно спускались вниз, вырисовывая на бархатной коже какие-то странные, ему одному понятные узоры. Девушка глубоко вздохнула.

— Ты, конечно, та ещё стерва, Стэнтон, — его рука замерла у ворота рубашки, а затем и вовсе отстранилась. — Ты меня ужасно бесишь, и всё же меня к тебе безумно тянет. Ты кажешься другой. Не такой, как все.

Дверь снова отворилась и страдальчески скрипнула – на пороге комнаты показалась Мэви. Арден отстранился, бросил на Ребекку беглый взгляд, и вышел, чуть задевая Коллинвуд плечом. Мэви с удивлением посмотрела ему вслед.

— Да какого хрена тут происходит?

Ребекка повернула голову, смотря на своё отражение и медленно поджимая губы.

— Что ты мне не договариваешь? Вы оба? — раздражённо произнесла Мэви, становясь рядом с девушкой..

— Просто... — Ребекка на мгновение растерялась, понимая, что ещё чуть-чуть и она порушит всё, разрушит как карточный домик всю их компанию. — У нас с ним проблемы. Точнее, у него.

— Какие? — лицо Мэви внезапно приняло скорее серьёзный, нежели раздражённый вид. — Бекки, скажи мне.

— Ему кажется, что это он виноват в пропажи Майли, — ляпнула она, аккуратно доставая из сумочки корректор. — Я расскажу, а ты пока поможешь? Только осторожно, безумно дорогой.

— Конечно, — блондинка приняла небольшой тюбик из рук подруги, осторожно придерживая изящными пальчиками её подбородок, — Подними голову.

Ребекка почувствовала, как Коллинвуд аккуратно впечатывает слой консилера нежными подушечками пальцев под её опухшие глазки.

— Ему кажется, что он в неё влюблен, и просто переживает. Вот и всё. Зашел за мной, чтобы поделиться этим. — коротко обозначила ситуацию девушка, чувствуя, как Мэви слегка поворачивает её голову вправо.

— И все? — она усмехнулась, убирая ладони и подставляя из под холодную воду. — Не похоже на Ардена. Да и относился он к ней... Крыша, что ли, съехала?

— Наверное, — пожала плечами Стэнтон, чувствуя, как её подташнивает от всей этой лжи. — Пойдем к нашим, только никому не слова.

— Конечно, — подтвердила Мэви, выходя из дамской комнаты и направляясь к столу, за которым все присутствующие уплетали мягкие сочные бургеры и картошку фри. Разве что одна Ан сидела чуть
нахмурившись, и делая вид, что вот-вот потянется за едой, но каждый раз отвлекается из-за разговоров.

— ... в любом случае, её должны найти, — заключила Лесли, чуть разводя руками. — Сами подумайте, у нас маленький городок, в такой ливень особо не разгуляешься. Как считаете?

— Жаль, что мой родственничек не решил его переждать где-то на Сицилии, — злобно фыркнула Ан и отхлебнула воды из стакана.

— Да чего ты на него взъелась? — Арден махнул рукой, даже не глядя в сторону присевших подруг. — Хочешь, придём к тебе домой, побеседуем, он просто нас услышит, испугается нашей ненормальности и сам свалит.

— Плохая идея, — чуть качнула головой Лес и откусила кусочек золотистой картошки. — Да и вообще, вам не кажется, что все последние события странные? Вы не находите, что эта череда совпадений... пугает?

— Поддерживаю, — с готовностью выпалила Ребекка.

— Ну серьёзно, то эти духи, то двери, пропажа доски, а затем и Майли, дождь из трупов птиц? По новостям, конечно, могут говорить, что хотят, но магнитных бурь не было уже неделю.

— Вы там вина не перепили? — сочувственно поинтересовался Брайан, вздыхая. — Ну какая сверхъестественная шняга пришла в ваши головушки?

— Вообще-то никакая, — Мэви кашлянула, смотря на своих друзей. — Да, мне тоже кажется все это странным, но что, если это очередные аутсайдеры, которые хотят навести панику. Или просто идиоты, даже взрослые, пытаются создать шумиху. Птицы — какие-нибудь сигналы, которые сбивают ориентацию у животных. Красные кресты — попытки припугнуть нас, чтобы мы в страхе об этом всем рассказали. Майли может быть с ними заодно и сидеть у какой-то из своих подружек. С кем она общается, Ар?

— Я ей в друзья не набивался, — раздражённо ответил он, и Коллинвуд чуть скосила глаза на Ребекку, но та сразу же отвела взгляд.

— Теория хорошая, — согласилась Лесли, после чего сделала глоток приторной колы. — Но вам не кажется, что это странно? В доме у Мэви, Ардена и Бекки стоят камеры, которые нужно будет глянуть, сомневаюсь, что там видны лица, но всё же. И да, надо разобраться, кто нам угрожает и зачем, потому что, извините, но какие-то слова про смерти на тусовке и кровавые крестики мне доверия не внушают. С этим нужно разобраться как можно скорее.

— О боже, Нэнси Дрю (2) и компания, — Брайан, вмешался в разговор, закатив глаза, но внешне выглядел все еще раздраженным. — Но Лес так-то права. Хотя... явно найдутся скептики, которые снова будут ворчать.

— Это ты на меня намекаешь? — внезапно слишком громко произнёс Джен, разворачиваясь к нему. — Провокатор несчастный.

— Несчастный тот, кто из френдзоны вылезти не может, — парировал юноша, который явно всё это время сидел на взводе.

— Аналогично, придурок.

— Парни, прекратите, — Арден угрожающе шикнул на них, замечая, насколько сильно изменилось лицо обоих. — Хотя бы не сейчас.

— Может, выйдем поговорить? — предложил Сандерс, хрустнув суставами в шее. — Или ссышь?

— Пошли, — Джен согласился с лёгкостью, будто драться с главным заводилой школы для него было обычным делом.

Они повскакивали со своих мест и двинулись к выходу из кафе. Следом за ними бросилась Ан – её тоненькая фигура отчётливо выделялась на фоне более крупных юношей.

— Вы совсем охренели?! — рявкнула она на всё кафе. — Совсем, блять, кукухой поехали? Драться они собрались, идиоты!

— Скажи это Брайану, — тихо прорычал Джен, явно намереваясь добавить что-то ещё, но не успел. Удар пришелся прямо в нос, да так, что перед глазами буквально заплясали звёзды. Парень несколько раз тяжело вдохнул, смутно увидев, как Брай резко разворачивается, и, сжимая кулаки, буквально бежит к двери.

Юноша вышел в тёмную ночь, чувствуя, как холодный воздух постепенно отрезвляет и наполняет легкие.

Вдох-выдох.

Он злился на себя, на Джена, на чёртову Ан, на всех сидящих, но больше всего — на собственное тёмное «я». Ему хотелось бить кого-то, видеть кровь, видеть, как его гнев буквально превращается во что-то большое, выходя из души.

Брайан перевёл взгляд на кирпичную стену. Ухмыльнувшись, юноша занёс руку для удара — и его костяшки пальцев встретили холодный камень. Затем еще и еще, пока кровавое месиво не стало образовываться на стертых пальцах.

— Брай, — он услышал девичий голос, но даже не повернулся. — Брайан, чёрт возьми!

Внезапно его кулак схватила маленькая женская ладошка. Запыхавшаяся Лесли держала его руку, и на её одежду попало несколько капель крови. Несколько секунд он молча смотрел на неё, а затем снова вдохнул – этот раз свободнее, легче.

— Что ты делаешь? — почти что срываясь на крик, произнесла она.

Подоспевший Арден был, кажется, в замешательстве. Непонимающе смотря на окровавленные руки друга, он понял, как к его горлу подступил ком тошноты и отвёл глаза в сторону.

— Лес, иди к остальным, надо отвезти этого придурка в травмпункт, — всё также не глядя на кровь, произнёс юноша уверенным голосом. — Давай, быстрее.

— Никуда я не поеду, заслужил. — тихо проговорил парень, на что получил злой и полный растерянности взгляд Эмерсон.

— Вспылил, с кем не бывает, — проговорила она успокаивающим голосом, а после повернулась к Ардену.

— Я сейчас предлагаю всем тихо и мирно разойтись по домам, — раздался у входа в кафе властный голос Мэви. Рядом с ней стояла Ребекка и испуганным взглядом смотрела на ребят. Ан и Джена не было видно. — Мы поговорим завтра в школе. Сейчас все на эмоциях, это просто бесполезно.

— Брайан, хватит, — Лесли осторожно взяла его за окровавленную ладонь. Юноша смягчился. — Пойдём домой?

— Ты его руки видела? — поинтересовался Арден, стараясь не смотреть в сторону Брайана. Взгляд Макрэя встретился с глазами Ребекки, и та спешно отвернулась.

— Мы зайдём ко мне, у меня есть аптечка, — предложила Лесли, быстро перебирая в голове возможные варианты развития событий. — Или к Ан...

— Нет, — резко оборвал её Брайан.

— Хорошо, пойдём ко мне, — Лесли, вздохнув, покосилась на Ардена, который явно чувствовал себя некомфортно. — Надо забрать вещи и предупредить Ан и Джена, что мы уходим.

— Мне кажется здесь нужно в больницу, вдруг есть перелом, — неожиданно заговорила приблизившаяся к ним Ребекка. Следом за ней царственно плыла Мэви.

— Попрошу маму осмотреть, она разберётся, — продолжала настаивать Эмерсон. Арден удивлённо переглянулся с Коллинвуд.

Брайан облокотился на кирпичную стену. Перед глазами всё плыло от собственного гнева, который он сейчас еле-еле сдерживал внутри. Лесли скрылась в здании кафе и через пару минут вернулась с их куртками.

— Ну давайте, — она на прощание обняла Ребекку и Мэви, и кивнула Ардену. Брайан прощаться ни с кем не стал, лишь набросил на плечи куртку, и отвернувшись, зашагал по тускло освещённым улицам. Лесли, чуть отставая, пошла за ним.

— И правда, само очарование,— хмыкнула Ребекка. Стоящий рядом Арден резко расхохотался, не обращая внимания на шокированную его смехом Коллинвуд.

— Ну что, девочки, вы как насчёт прогуляться под луной? — спросил он, когда закончил смеяться, и приобнял закатившую глаза Мэви. — А то что, у всех романтика, а мы чем хуже?

— Пожалуй, откажусь, — хмыкнула девушка, чуть отодвигаясь от его объятий. — На улице уже холодно, я не хочу заболеть и простудиться. Да и как-то не особо горю желанием тащиться через весь город пешком — вдруг опять дождь пойдёт.

— А как же романтика? — притворно вздохнул Макрэй.Однако его вздохи были напускными — в голове у парня так и застыл образ окровавленных рук Брайана, и от этих мыслей Ардена невольно передёрнуло.

— Ой, иди в задницу со своей
романтикой.

— А я бы прогулялась, — неожиданно заявила Ребекка, посмотрев Ардену в глаза. Макрэй уловил лёгкую насмешку в её словах, и та маленькая игра, которую он затеял, на мгновение показалась ему очень глупой, но Стэнтон уже согласилась на его правила. — Хватит уже эксплуатировать Джена. Когда-нибудь он нам такой счёт за водительские услуги выставит, что мы охренеем. А мне как-то не хочется тратить свои кровные.

Оправдание прозвучало неубедительно, и Мэви с недоверием посмотрела на подругу. Та со спокойным выражением лица сверлила взглядом Ардена, и Коллинвуд даже не догадывалась, как быстро колотилось сердце Ребекки в этот момент.

— Отлично, вот и гуляйте, — отмахнулась она. — Пойдёмте в кафе, нечего тут на холоде стоять, нам ещё за счёт платить.

*****

Гнетущее молчание, кажется, стало постоянным спутником их отношений.

Кухню дома Ан озарял неяркий свет уже перегорающей лампочки, и в этом плохом освещении она пыталась рассмотреть лицо юноши. Сам Хилл лишь морщился от боли, когда ледяные пальцы девушки касались его носа, хотя Ан и старалась сделать всё аккуратно.

Росси злилась. Её до безумия раздражал Брайан – хоть они и общались в одной компании, отношения между ними периодически накалялись до предела. «Что за идиотская манера решать все проблемы кулаками! Правильно, мы же неандертальцы, мы не умеем разговаривать!» – думала Ан, изо всех сил сдерживаясь, чтобы не сказать этого вслух.

Но ещё больше её бесило желание Джена геройствовать. Ан разделяла его  точку зрения, но спорить со злым Брайаном было равносильно самоубийству. Ещё повезло, что он отделался всего одним ударом.

Глубоко в душе она прекрасно понимала, что задевает её совершенно другое – Джен ведь вступился именно за Анну. Считает её слабой? Наверняка.

— Больно? — спросила девушка, подавляя внутри себя раздражение и беспокойство. Рано или поздно одно из этих чувств обязательно одержит верх, но сейчас нужно быть спокойной.

Ага, конечно. Скорее мир рухнет, чем Анна-Мария Росси сохранит хладнокровие.

— Больно, — подтвердил Джен. Голубые глаза подруги пристально следили за ним из-под веера пушистых ресниц, и юноша увидел, как в них сверкнули злобные огоньки.

— Ну простите! — взорвалась Ан и отстранившись, направилась к холодильнику. Дверца морозильной камеры отворилась с громким хлопком, и раздался скрежет – девушка искала среди мяса и рыбы кусочки льда. — Зачем ты к нему полез? Что и кому ты хочешь доказать?

— Я никому ничего не хочу доказывать! — возразил Джен. — Его надо было поставить на место. Он толкнул Лесли, ударил тебя. А дальше что? Пойдёт бить девочек на детских площадках?

— Ему бесполезно что-то доказывать, он придурок! — Ан скривилась, когда пальцы коснулись формочки для льда. — Ты сказал, а что в итоге? Он ничего не поймёт, а ты пойдёшь завтра с фиолетовым носом!

— Ты ведь думаешь точно так же, как и я! Зачем психовать?

— Зачем психовать? — Росси засыпала лёд в пакет и закрыла его. — Я тебе объясню. Представь, что я полезла в драку, а ты стоишь и наблюдаешь, как мне стучат по башке. Что ты будешь чувствовать?

— Вот именно, Ан. Я не хочу, чтобы тебе снова давали по башке, — холодно ответил Хилл, и зашипел, когда девушка приложила пакет к его носу. — В конце концов, могла просто сказать спасибо.

— Спасибо большое, что получил из-за меня по морде, низкий поклон, — саркастично ответила Росси. — Только вот я и сама могу за себя постоять. Мне не пять лет, Джен. Не надо меня защищать, тем более, такой ценой.

— Я ему не позволю так себя вести по отношению к тебе. Он уже совсем берега попутал. Ты сама говорила, что бить девчонок – это низко.

— Ты прав, но я сама решу свои проблемы, без твоего вмешательства! — почти прорычала Ан.

— Да какого хрена ты возмущаешься? Я пытаюсь тебе помочь, вот и всё. — От криков девушки виски запульсировали болью, но Джен на этом не остановился. Он казался совершенно спокойным, но внутри его просто раздирало от ярости. Росси особенно сильно надавила ему на больное место, и он едва сдержал вздох.

Рука Ан дрогнула. Она внезапно почувствовала себя виноватой. Мало того, что это из-за неё Джену досталось, так она ещё и ругает его за это! Девушка убрала руку и посмотрела на него каким-то совершенно новым взглядом.

— Что? — поинтересовался Хилл, увидев внезапную перемену в лице Анны.

— Ничего, — она поджала губы и снова прислонила лёд. — Извини меня.

— Проехали. Всё в порядке.

— Пожалуйста, прекрати ввязываться в неприятности, — попросила Росси, но как-то тихо. Всё её негодование куда-то мгновенно испарилось. — Я и так виновата в том, что ты порезал руки. Теперь ещё и это. Не надо, оно того не стоило.

— Ещё как стоило, — хмуро ответил Джен. Неожиданно для Ан и самого себя он улыбнулся. — Ты – моя самая лучшая неприятность.

— Иди ты в задницу.

Совершенно беззлобно, даже, скорее, шутливо. Атмосфера в комнате разрядилась, и Джен наконец расслабился, когда девушка наконец ответила ему такой же лёгкой улыбкой.

— Весело тебе? — что-то внутри отозвалось странной нежностью по отношению к юноше, и теперь она переживала за него. — А мне вот вообще не весело.

— Мы с тобой уже три года вместе влипаем во всякую хрень, пора бы привыкнуть, — пожал плечами Джен.

— Три года? — девушка прикинула в уме, сколько прошло с момента их знакомства. — Жесть...

Маленькая восьмиклассница Ан переодевалась в шумной школьной раздевалке и с завистью смотрела на стайку взрослых девчонок-черлидерш. Те весело хихикали над какой-то шуткой Грейс Фокстер – самой главной в их компании.

— ...Ну а потом эта дура мне и говорит «Грейс, а я не умею делать колесо!» , — она надула огромный пузырь из жвачки и лопнула его. — Посмещище!

Росси ужасно хотела стать частью всего этого мира тренировок и матчей, коротеньких юбочек и пушистых красно-золотых помпомов. Только вот после слов Грейс черлидинг не казался ей таким уж привлекательным. Ан считала несправедливым то, что Фокстер насмехается над кем-то, вместо того, чтобы показать как правильно.

— Может, нужно было её научить? — раздался робкий голосок. Грейс удивлённо подняла брови. — Ржать каждый может.

— Кто это у нас тут пищит? — насмешливо процедила капитан черлидеров. Она подошла поближе, и оказалось, что Фокстер была почти на полторы головы выше Ан. Но её это не испугало, и девочка без тени сомнения в своей правоте смотрела на Грейс. — Сначала попади в команду, малявка, а потом поговорим.

— Попаду, не сомневайся! — воодушевлённо заявила Росси.

— Ну это вряд ли, — Грейс потрепала Анну по пухлой щеке. — Видишь ли, лапусик, в черлидинг не берут хомяков.

По раздевалке прокатился смех. Ан совершенно растерялась, не зная, что ответить. Она села на лавочку у выхода. Горькие слёзы обиды обожгли ей щёки, а в ушах так и звучали слова Фокстер.

— Девочки, выходим, разминаемся!

Одна за другой спорстменки неспешно покидали раздевалку, весело болтая. Грейс выходила последней. План мести созрел мгновенно, и Ан, повинуясь совершенно нелепому желанию, вытянула ногу вперёд. Девушка споткнулась и полетела на пол.

— В администрацию, немедленно! — бушевала тренер спустя пять минут.  — Ты хоть думаешь, прежде чем делаешь? А если бы Грейс разбила голову об лавку?

— Ну хоть какой-то толк был бы от её пустой башки, — пробурчала Ан.

— А ну вон отсюда! – тренер погнала девочку в административное крыло.

Сидеть возле кабинета заместителя директора было скучно, и девочка с унылым видом рассматривала плакаты на стенах. Внезапно она услышала шаги в конце коридора и повернула голову к источнику звука. К ней направлялись двое: странно знакомый темноволосый мальчишка и мисс Нельсон, школьный психолог.

— Посиди пока здесь, а я пока схожу за твоим личным делом, — попросила мисс Нельсон. Мальчик присел напротив Ан, полностью игнорируя её присутствие. Раздался цокот каблуков, и психолог удалилась.

Росси совершенно без стеснения оглядела своего товарища по несчастью. Лицо этого мальчика она определённо где-то уже видела. Он выглядел совершенно убитым, и Ан захотелось хоть как-то его подбодрить:

— Неудачный день, да? Я поставила подножку одной стерве, а ты что сделал?

— Родился, — без тени улыбки ответил мальчик, и Анна поняла – он не шутит.

— У тебя сегодня день рождения? — она невинно похлопала ресницами. — А почему ты не отмечаешь?

— Да какое это имеет значение? — в его словах проскользнула горечь. — Не лезь не в своё дело, а? Пришла слушать нотации – слушай, а меня не трогай! Ты...

Цокот каблуков прервал его, и он повернул голову. Педагог-психолог летела в их сторону на всех парах,

— Джен! — принялась отчитывать его мисс Нельсон. — Ну совершенно неуправляемый! Зачем ты обижаешь девочку?

— Я не... — начал мальчик, но женщина даже не дослушала его, и он сразу сник, грустно усмехнувшись.

— Ты, кажется, Анна-Мария? – Росси утвердительно закивала. — Пропустишь нас вперёд? Нам надо очень срочно переговорить с заместителем директора.

Ан просидела ещё минут двадцать, однако ни ожидание, ни разговор с администрацией остались в памяти лишь туманной дымкой. Отчётливо в ней отпечатался совсем другой момент: залитое дождём крыльцо школы и чьё-то графитовое пальто впереди.

Теперь она вспомнила этого мальчика. Именно этот серый цвет она каждое утро видела в соседнем дворе – Джен, оказывается, жил совсем рядом с ней. Анна ускорилась и теперь оказалась возле него. Джен посмотрел на неё и устало закатил глаза. Вот только сопливых девчонок ему рядом не хватало!

— Ну привет, Джен Хилл, — радостно объявила она и раскрыла зонт над их головами. Мальчик остановился и растерянно покосился на неё.

— Ты откуда меня знаешь?

— Ты мой сосед. Нам всё равно в одну сторону, пойдём вместе? — предложила она, уже представляя, куда её сейчас пошлют.

— Совсем чокнутая? Я тебя знать не знаю, — Джен покрутил у виска и зашагал быстрее. Странная девочка с зонтиком осталась позади, но как только он облегчённо вздохнул, Анна нарисовалась прямо перед ним, преграждая путь. — Да что тебе надо?

— Не хочу, чтобы ты оставался один в день рождения, — просто ответила она, и собеседник растерянно посмотрел на неё.

— С чего ты взяла, что я один?

— Ну, я видела, у тебя родители уехали вчера, — пояснила Ан. — Сумки там выносили, всё такое.

— Не родители, а только отец, — Джен и сам не понимал, почему он откровенничает с малознакомой девчонкой, но почему-то этой захотелось рассказать. Его боевой настрой растаял, как утренний иней, и от Росси это не укрылось.

— Оу... Прости, — виновато произнесла она. — Знаешь, мой тоже уехал.

Хилл молчал. Явно колебался: послать ли её куда подальше или пойти вместе с девчонкой, которая проявила к нему такую доброту?

— Как ты, говоришь, тебя зовут?

Ан сморгнула набежавшие слёзы. Напротив неё сидел всё такой же мальчик Джен, правда, теперь он намного выше, и волосы стали чуть темнее. Когда-то совершенно чужой, незнакомый, а теперь – самый лучший друг. Нет уже больше ни психолога мисс Нельсон, ни вредной Грейс Фокстер. Остался только Джен.

Совершенно нелепое знакомство круто поменяло их жизни. Со временем связь росла, и приятельский «привет» по утрам перерос во что-то серьёзное, искреннее, настоящее. Миллионы километров ночных переписок, сотни стоптанных аспенвудских дорожек, десятки песен в общих плейлистах – спустя три года эту дружбу уже нельзя было измерить никакими цифрами.

— Ты что, плачешь? — Хилл внимательно следил за прозрачной капелькой, которая замерла в уголке её глаза. — У-у-у, девчонки.

— Не плачу я, отстань, — отмахнулась она, но Джен только снисходительно улыбнулся.

Он ведь прекрасно знал, что Ан вспомнила историю их знакомства. Юноша и сам часто прокручивал её в памяти, до сих пор не понимая, что она нашла в таком озлобленном придурке, как он.

— Добрый вечер.

Размышления Хилла прервал голос, раздавшийся у входа в кухню. Ан резко отстранилась, услышав его, а Джен встретился взглядом с Маттео Росси.

*****

— Я не травматолог, но мне кажется, что у тебя выбита костяшка, — изрекла миссис Эмерсон после долгого изучения ладоней Брайана. — Это с кем ты так подрался, что все руки в кровь?

Лесли едва удержалась, чтобы не ответить «со стеной» – мать всё равно не поняла бы. Брайан отвёл глаза, морщась от боли, когда мама Лесли осторожно рассматривала его руки. Эмерсон-младшая посмотрела на него со смесью сочувствия и злости. Нечего было стенки бить.

— Да там, с Дженом, — как можно беспечнее ответила девушка. Брайан по-прежнему молчал. Миссис Эмерсон подняла на него удивлённый взгляд.

— Если у тебя так разбиты руки, то на нём, наверное, живого места нет, — прокомментировала она, встретившись глазами с дочерью. В них скользнуло недоверие, и Лесли поняла, что мать не особенно ей верит. — Что у вас там произошло?

— Ничего страшного, мам, — отмахнулась Лесли, чувствуя, как напряглась женщина.

— Брайан, тебе нужно в больницу, — мама Лесли поднялась с кресла и направилась к выходу из гостиной. — Я принесу аптечку. Сейчас нужно зафиксировать сустав, чтобы не травмировать его ещё сильнее.

Миссис Эмерсон вышла, и её шаги особенно громко звучали в пустом коридоре. Лесли села на диван и подвинулась ближе к Брайану. Тонкие пальцы коснулись израненных рук, отчего парень зашипел. Но Лесли не отстранилась.

— Зачем? Чего ты хотел этим добиться? — спросила она, осторожно проводя пальцами по неповреждённым местам. — Думаешь станет легче? Даже если и станет, то ненадолго. Потом всё равно будет больно, и уже не только морально, но и физически.

— Я не могу держать себя в руках, — признался он ей, почему-то стараясь не встречаться с Лесли взглядами. — В такие моменты мне кажется, что мной что-то управляет. Что это не я.

— Я понимаю, — сказала девушка, вспоминая про свои резкие приступы зависти к другим. Такое дурацкое чувство, заставляющее рыдать по ночам, сравнивать себя с другими и сходить с ума, чувствуя себя тенью. Лесли прекрасно знала каково это – бороться со своим внутренним демоном и каждый раз проигрывать эту войну.

— Нет, не понимаешь, — Брайан горько усмехнулся. — Ты не калечишь других людей, если они сказали что-то хреновое в твой адрес.

— Не калечу, ты прав, — девушка придвинулась чуть ближе. — Но я понимаю, что ты чувствуешь. Когда ты не можешь контролировать свои эмоции и мысли. Я тоже с этим сталкивалась, Брайан, уж поверь.

— И перед Ан теперь так стыдно, — продолжил размышлять он, словно не заметив слов девушки. — Она действительно ничего не сделала. Джен прав в чём-то, как бы по-идиотски сейчас это ни звучало.

— Вы оба были неправы, — поправила Лесли.

Мысли Сандерса возвращались к тому взгляду, каким посмотрела на него Ан. В голове возникла картинка – тот же самый страх, другая женщина, у которой он его видел, чужой кулак, не его, и худую фигурку, отлетающую в сторону от сильного удара. Тихий вскрик матери он слышал как будто наяву. Осознание больно ранило его: он стал таким же, абсолютно таким, как его отец, хотя всё детство клялся себе в том, что никогда не поступит так. Не ударит слабую и беззащитную женщину. И вот он это сделал.

Его мама всегда с такой трепетной нежностью относилась к нему, и к отцу тоже. Брайан помнил, как на его день рождения она всегда прихорашивалась, надевала любимое платье в красных маках и пекла торт – неизменно с вишней, потому что папа вишню очень любил. А потом пятна от случайно упавших с тарелки ягод смешивались с пятнами крови на белоснежной скатерти. В ход порой шли даже ножи, и Брайану пришлось научиться защищать себя и мать.

Женский крик, полный боли и отчаяния. Любимое платье мамы из розового атласа, разорванное по шву, и багровое пятно на блестящей ткани.
Вишня и кровь.

Юноша закрыл лицо руками, пытаясь избавиться от воспоминания, но оно лишь крепче цеплялось за подсознание. Лесли осторожно погладила его по плечу, словно прикасалась к раненому зверю, который мог наброситься на неё в любой момент.

— Брай, — её голос прозвучал с такой нежностью, что юноша даже удивился. — Всё в порядке. Люди ссорятся, такое бывает. То, что ты один раз вспылил, не делает тебя плохим человеком.

— Ошибаешься, Лесли. Как раз это и делает.

— Нет, — она коротко мотнула головой, едва вздыхая. — Конечно, всегда надо стремиться к идеалу, но знаешь что? Неужели ты считаешь, что у того же Джена нет недостатков? Или Ан –безгрешный ангел во плоти?

Брайан хмыкнул, чувствуя, что ему хочется разубедить её, крикнуть буквально в лицо о том, что он — кровожадная скотина, которая совершенно не видит ничего в момент красной пелены гнева на глазах.

— Я не заслужил этого, — коротко произнёс парень, слегка виновато потупив глаза, рассматривая черные носки своих кроссовок.

— Не заслужил чего? — Лесли непонимающе захлопала ресницами.

— Таких слов и твою заботу, — чуть раздраженно ответил Брайан, откидываясь чуть назад. — Тебе надо было поступить как остальные и просто перестать возиться со мной.

— Арден тоже переживает за тебя, — быстро протараторила девушка, нарочно пропуская последние слова мимо ушей. — И я уверена, что Ан тоже, да и Джен. Дружба, любовь – это не сказка, в которой всё радужно и все счастливы. Это большой труд. Здесь приходится принимать чужие недостатки и искать компромиссы. Посмотри на меня.

Юноша молчал. А как тут что-то скажешь, когда в словах Лесли столько правды?

— Ты – мой лучший друг. Косячный, вредный, временами невыносимый, но всё ещё лучший. Иногда ты меня безумно бесишь, иногда тебя раздражаю я, но ведь мы как-то общаемся столько лет.

— Не поверишь, самому интересно, — попытался сострить Брайан.

— Просто ты мне дорог. И остальным тоже. Мы ссоримся, но каждый раз миримся, потому что не хотим терять друг друга. — Лесли понизила голос, потому что мама зашуршала чем-то в соседней комнате. — Понимаешь? Жизнь – это череда ссор и перемирий, иногда с другими, а иногда с самим собой.

— Я понял, понял, не продолжай, — Сандерс закатил глаза с таким видом, будто слушал нудную нотацию учительницы. — Мне нужно принять свои недостатки и недостатки этого придурка... Джена, я хотел сказать.

— Брайан!

— Шучу я, шучу, — парень вскинул руки в успокаивающем жесте, и травмированные кости тут же заныли.

— Посмотри на меня.

Юноша поднял глаза, с толикой вызова смотря на решительное лицо девушки, которая слегка поджала свои пухлые губки.

— Каждый раз, когда хочешь вдарить кому-то, то смотри на кого-либо так. Сосредоточься на глазах, щеках, родинках, спокойно все обдумывая.

— Услуги частного психотерапевта? — кажется, впервые за весь вечер, он по-доброму усмехнулся, едва сдерживая смешок.

— В нашем случае, бесплатного. — Лесли осторожно подняла свой безымянный пальчик, помотав им в разные стороны. Брайан понял, что против воли его лицо расплывается в улыбке: совсем как в детстве, когда они давали таким образом клятвы друг другу или мирились после мелких, казавшимися тогда огромными и значимыми, ссор. — Обещаешь, что будешь так делать?

— Торжественно клянусь, — притворно серьёзно продекламировал он, цепляясь своим пальцем за её, такой крохотный и маленький. — Договор дороже денег.

Лесли чуть скосила глаза на окно, видя, как за ним словно промелькнул тёмный силуэт. Чуть прищурившись, она встряхнула россыпью светлых волос.

— Эй, ты в порядке? — слегка обеспокоено спросил юноша, видя, как взгляд подруги перемещается с их скрепленных пальцев за его спину.

— Честно? — блондинка горько усмехнулась, стараясь придать своему голосу как можно более юморной оттенок. — Мне кажется, что я схожу с ума.

*****

Ребекка шла по улице и наблюдала, как один за другим медленно зажигаются на столбах фонари. Арден брёл чуть поодаль, всё ещё не глядя на неё и немного хмурясь, словно хотел уйти прямо сейчас.

— И чего ты дуешься? — немного обиженно произнесла Ребекка, замедляя шаг, чтобы он мог её нагнать.

— Ну как тебе сказать, Стэнтон, — протянул Арден последнее слово, насмешливо складывая губы трубочкой, но во взгляде все равно читалась какая-то легкая грусть. — Мой лучший друг превратил свои кулаки в кровавую кашу из-за какого-то пустяка. Я, конечно, скотина, но не настолько бесчувственная.

Он едва хмыкнул, и девушка чуть отвела взгляд в сторону.

— Знаешь, мне почему-то кажется, что ты расстроен не только из-за этого, — сделала маленькую попытку проникнуть в ход его мыслей Бекка, но получила лишь гневный взгляд в свою сторону.

— Тебе кажется,— сухо отрезал юноша, доставая из кармана пачку красных «мальборо». — Будешь?

Ребекка едва кивнула, аккуратно доставая из протянутой пачки сигарету. Арден аккуратно поднёс огонек, сорвавшийся с зажигалки, к её губам, чтобы дать прикурить, а после уже затянулся сам.

— Какой твой главный секрет? — внезапно спросил он, и с его губ сорвалось облачко дыма, едва заметное в вечерних сумерках. — Главный секрет, который, конечно же, не знаю я.

— Не уверена, что у меня они есть, — чуть погодя произнесла Стэнтон, задумчиво делая затяжку. — Я слишком открытая книга для некоторых придурков.

Они оба фыркнули, почти что одновременно.

— Но если честно, — призналась вдруг Ребекка, смотря прямо в глаза Ардену, внезапно вспоминая, какой дьявольский огонёк в них горел, когда он целовал её скулы, оставлял красные следы своими губами на тонкой шее, когда проводил длинными пальцами по её ключицам, прикусывал маленькую мочку уха с золотистой сережкой. — Хотя нет, ничего, забудь.

Юноша усмехнулся, цокнув языком.

— Строишь из себя девушку-загадку? — он криво улыбнулся, но уже через пару мгновений резко стал серьёзным. — У тебя был кто-то после меня?

Ребекка вопросительно подняла брови, благодаря Бога за то, что здесь сейчас темно и не видно, как к её щекам прилила кровь.

— Тебе это так важно? — чуть язвительно ответила она, вновь затягиваясь.

— Стэнтон, — требовательно произнёс Арден. Он бросил сигарету прямо на асфальт и аккуратно притушил её носком кроссовок. — Это не ответ. Скажи мне.

— А был ли кто-то у тебя? — задала встречный вопрос Ребекка. В конце концов, лучшее защита — нападение.

— Были,— коротко бросил он, едва ухмыляясь. — Нела, твоя одноклассница, Джози из гуманитарного профиля, подруга моей сестры.

Бекка чуть отвернула голову, понимая, что на неё медленно накатывает злость, и ей хочется со всей силы ударить этих девушек, ударить этого придурка, идущего рядом, ударить саму себя, за то, что она такая дура, за то, что она не понимает, с кем связалась и чем ей это обернётся.

— У меня не было, — как можно увереннее проговорила девушка, коротко вздыхая.

— Неужели я так хорош? — произнёс Арден, поднимая бровь. Макрэй вдруг ощутил какое-то непонятное внутреннее ликование, буквально опьяняющее сознание.

— Скорее, плох настолько, что секса мне больше не хочется, — парировала Стэнтон, заправляя за ухо выбившуюся прядь волос.

— Ну, сравнить тебе в любом случае не с чем, — подмигнул он, окончательно смущая девушку.

Рядом возникла высокая тень дома семьи Макрэй. Юноша остановился, внимательно посмотрел на Ребекку, а затем приблизился к ней, буквально вжимая девушку в забор. Она даже не сопротивлялась, чувствуя лишь учащённое дыхание, и с немым укором смотрела в его глаза.

— Стэнтон, — ласково произнес Арден, поднося свою ладонь к лицу девушки и ощущая, как она вздрогнула. — Если я увижу тебя хоть с одним парнем, то, поверь, месиво на руках Брайана тебе покажется пустяком. Я сделаю с ним такое, что ты его даже не узнаешь.

Он наклонился к её ушку и обжёг его своим горячим дыханием.

— Спокойной ночи, сладких снов. — парень резко отстранился, и напоследок обратил внимание, каким взглядом провожала его девушка.

Ребекка смотрела ему вслед, на его спину, пока он заходил во двор, почувствовав как бешено стучит сердце, готовое выпрыгнуть из грудной клетки.

— Ненавижу, — тихо, почти что неслышно сорвалось с её губ.

Бекке хотелось спрятаться, буквально закрыться в спальне с Мэви и корзинкой фисташкового мороженого, рассказать всё то, что тяжким камнем легло на душу. Рассказать, что она хочет его объятий и вместе с тем набить ему лицо за все выходки, прижаться к нему, положив голову на крепкое плечо и вместе с тем ударить своими маленькими ладошками грудь. Девушка поняла — она запуталась в себе, сама загнала себя в этот адский угол непонятной действительности, чувствуя, что если сейчас не вызовет такси, то просто упадет прямо здесь, около его дома, оставшись лежать на подкосившихся ватных ногах, едва всхлипывая.

Как же это низко. Что будет, если узнают другие? Да засмеют. Подстилка Ардена — звучит настолько унизительно, что в её глазах слегка потемнело. Что происходит между ними? Что он от неё хочет? Ребекка не могла дать ответ на эти вопросы.

Да и не хотела, заранее понимая, что ответ окончательно разобьёт её сердце на тысячу мелких осколков.

*****

— ...Да я понятия не имею, что это вообще за Майли, — раздался приятный голос из динамика телефона. — Ни с кем из наших она не общалась. С компанией из трейлер-парка мы не пересекаемся.

Мэви лежала на кровати, поглощая сладкий виноград и весело болтая ногами. В одной ладошке она держала телефон, поставленный на громкую связь, а другая периодически тянулась к тарелке с золотой каймой за очередным лакомством.

— Ай-ай-ай, Моника, — усмехнулась Коллинвуд, осторожно касаясь пальчиком лица, на которое нанесла маску с ароматом апельсина. — А я-то думала, ты у нас всё про всех знаешь.

— Ну, титул главной сплетницы школы по праву твой, — Моника зашуршала чем-то в трубке. — Сейчас, сейчас, погоди.

— Что ты там делаешь? — Мэви оглядела свой безупречный маникюр, и вновь закинула в рот сладкую ягодку.

— Шоколадку ем, — даже по фразе было слышно, что Джордан улыбается. — Вкусную такую, с орешками... Мэви, слюни подбери, а то на телефон капают.

— Вот ты сучка, Моника, — вполне безобидно констатировала девушка. — Знаешь же, что мне нельзя, и всё равно дразнишься. Ты в курсе, что за такое без очереди в ад пропускают?

— Все там будем, — из телефона послышался звонкий смех, который, однако, затих спустя несколько мгновений. — Погоди, что вспомнила. Когда мы записывали последнюю песню, какая-то дура из этих церковников начала затирать, что мы за это поплатимся и всё такое. Ну, ты помнишь наш репертуар.

Песни «Ковена» в основном были посвящены потустороннему – девочки пели в о ведьмах, призраках и заблудших душах. К Хэллоуину группа готовила какой-то новый альбом, который, как обещала Моника, должен зайти на «ура».

— Ты, типа, намекаешь, что это была Майли? — Мэви задумчиво поджала губы. — Не думаю, дорогая. Будь она настолько двинутой, Арден бы даже на неё не глянул.

— А к чему вообще вопрос? — снова послышалось шуршание, и Коллинвуд едва разобрала слова подруги. — Тебя вроде раньше девочки не интересовали. Ну, по крайней мере, такие посредственные.

— Как знать, как знать, — томно прошептала Мэви. — Вот ты во мне сомневаешься, а я самая лесбиянистая лесбиянка. Возьму и зажму тебя в уголочке.

— А я и не против, — почти точь-в-точь копируя её интонацию, ответила Моника. — Тебе б в сексе по телефону работать.

— Звучит как оскорбление. Всё же я гожусь на что-то большее, чем развлекать старых импотентов и мелких сопляков. — Её слова прозвучали слегка надменно, в фирменной коллинвудской манере. — А что насчёт Криденс, так мне было бы глубоко плевать, если бы не одна деталь.

Мэви принялась рассказывать об услышанном от Ребекки, мол, Арден влюбился в Майли, и теперь в полном смятении. Она была вполне уверена, что Джордан никому об этом не расскажет – в конце концов, за всё время их дружбы, она не выдала ещё ни одного секрета. Моника молчала, видимо, сомневаясь в реальности такого поворота событий, и заговорила лишь после того, как Коллинвуд проверила, на связи ли она.

— Ты серьёзно, Мэв? — недоверчиво спросила Моника. — Мне порой кажется, что у тебя совсем поехала крыша. Ну где Арден и светлые чувства?

— Возможно ты права, — сдалась Мэви, кидая взгляд на массивные часики на запястье. — Мне нужно смыть маску, дорогая. До встречи в школе.

Нажав на красную кнопочку, она включила один из треков какой-то малоизвестной мужской группы с бархатными голосочками и направилась в ванную, и как назло какой-то умник решил позвонить в дверь. Недовольно закатив глаза, девушка смыла остатки средства со своего лица, запахнулась посильнее в шёлковый халатик, и спустилась вниз, где дверь буквально разрывало от звонков.

Мэви бросила взгляд на дисплей охранной системы. Никого.

— Пап! — позвала она отца, однако тот не услышал её. — Па-па!

— Да, милая? — усталое лицо мистера Коллинвуда высунулось из гостиной.

— Вот, посмотри, — она кивнула на экран. Папа подошёл ближе, вглядываясь в изображение. — Никого нет, но звонки продолжаются.

— Разберёмся, — мистер Коллинвуд потянулся к дверной ручке: — Возможно, какое-то замыкание контактов, или хулиганит кто-то. Ты иди, ложись, поздно уже.

«Что творится в этом дурдоме!» — промелькнуло в её сознании, пока она отходила от двери, за которой, как ни странно, уже весь вечер напряженно наблюдали.

*****

— Добрый вечер.

Ан с недоумением уставилась на своего родственника, словно не понимая, чего он тут забыл. Джен, впрочем, был шокирован не меньше девушки – после рассказов Ан он питал некую неприязнь к этому человеку.

— Может, представишь нас? — Маттео явно наслаждался ситуацией, и Ан отчётливо разглядела искорку заинтересованности в его глазах.

— Это Маттео, мой дядя, — произнесла девушка, чувствуя, как отчего-то начинает смущаться. Чёрные глаза мистера Росси словно видели её насквозь. — А это Джен Хилл, мой... лучший друг.

Ан запнулась буквально на секунду или даже меньше, но от Маттео это не укрылось. Он с насмешливой улыбкой посмотрел на племянницу, а потом перевёл взгляд на Джена. Вдруг мужчина подошёл прямиком к нему, и протянул руку.

— Приятно познакомиться, Джен, — пальцы Маттео крепко сжали ладонь юноши.

— Взаимно, мистер Росси, — Джен ответил ему любезной полуулыбкой, хотя взаимностью тут даже и не пахло.

— Скажите, откуда синяки? — поинтересовался Маттео, посмотрев сначала на лица обоих ребят, а потом на забинтованные после вечеринки руки Джена. — Вы подрались?

— Нет! — сказала Ан как-то слишком громко. — Это получилось случайно. Сначала Джен упал, а потом наш друг... В общем, это не важно. Долгая история.

— Моя дорогая Анна, я думаю, нам некуда спешить, — произнёс мистер Росси, наконец, отлипнув от Джена. Хилл вздохнул с облегчением. — Ничто не расслабляет после тяжёлого дня так хорошо, как чашечка чая. Возможно твой друг не откажется немного посидеть с нами.

— Я бы с удовольствием, только нам с Ан завтра в школу. Нужно готовиться, — Джен горестно вздохнул, и девушка уловила в его голосе нотки притворства.

— Да-да, ему ещё алгебру за меня делать, — подыграла Ан, встретившись с парнем взглядами.

— Ты знаешь, что рабство отменили ещё в тысяча восемьсот шестьдесят пятом? — уточнил Маттео. — Нельзя так эксплуатировать мальчика.

— Ничего страшного, он на добровольных началах, — усмехнулась девушка.

Отчасти это было правдой – Джен частенько помогал ей с математикой и физикой, а она порой коротала вечера, переписывая его сочинения по английскому и литературе. Им обоим так было проще, и обоих это устраивало, к тому же часто они сидели так вдвоём, делая друг за друга домашнее задание и болтая обо всём на свете. Ан невольно заулыбалась, вспомнив несколько таких вечеров, и Джен, словно прочитав её мысли, сделал точно так же. Однако потом улыбка сползла с его лица.

— Да, я наверное пойду. До свидания, мистер Росси, — Хилл спешно засобирался, как-то не особо горя желанием распивать чаёк с новообретённым родственничком подруги.

— Я тебя провожу.

Они оба вышли на крыльцо. Ан зябко поёжилась от ночного холода, и Джен закатил глаза – Росси была в своём репертуаре.

— Ты б хоть куртку надела, а? — произнёс он негромко, будто боясь, что кто-то услышит их. — Заболеешь.

— Как тебе мой родственничек? — должно было прозвучать иронично, но прозвучало почему-то горько. Девушка отвела взгляд, скрывая набежавшие слёзы. Почему-то Маттео воспринимался ей как символ каких- то страшных грядущих перемен, и ей это не нравилось. Рано или поздно мать всё равно вернётся, и несмотря на все уговоры, заберёт её. А потом? Что будет потом?

— Мутный тип, если честно, — Джен слегка поджал губы, демонстрируя неодобрение. — Припёрся чёрт знает откуда, и чёрт знает чем это закончится. Что у него на уме?

— Понятия не имею, — вздохнула Росси и тоже задумалась об этом. Мысли в голове стали ещё более невесёлыми.

— Ан, послушай, пожалуйста, — в голосе юноши слышалось неприкрытое беспокойство. — Старайся особо не маячить перед ним. И дверь в комнату на ночь запри.

— Вот ты сейчас меня напугаешь, и я вообще не усну, — Ан попыталась выдавить из себя улыбку, но как-то не получалось.

— Если что вдруг, сразу звони, поняла? Или можешь придти.

— Ой, так бы сразу и сказал, что опять хочешь оставить меня на ночь, — отшутилась девушка, но уже через несколько мгновений мысленно обругала саму себя.

«Какой на ночь? Боже, что я несу!» – подумала она, видя, как брови юноши удивлённо поднимаются вверх.

— Ладно, спокойной ночи, лягушонок, — Джен проигнорировал её шутку и родительским жестом чмокнул в макушку, пахнущую яблочным шампунем. Анне вдруг резко захотелось расплакаться. — Заходи домой, блин, а то и правда заболеешь.

— Спокойной ночи, — сдавленно произнесла она, еле-еле сдерживая себя, но голос предательски дрогнул. Джен окинул её долгим, внимательным взглядом.

— Я за тобой зайду завтра без пятнадцати девять, хорошо?

— Хорошо.

Ан, помахав ему маленькой ладошкой на прощание, скрылась за дверью,

на которой ещё виднелись следы красной краски. Джен бодро зашагал по дорожке к своему дому, вдыхая какой-то особенный запах ночи. Аспенвуд в это время суток пах мокрой травой, и чем-то ещё, настолько неуловимым, что Хилл даже не мог понять, что это было. Он любил ночь, ведь ночью почему-то дышалось легче и думалось лучше. Но в мыслях его отпечатались почему-то не те многочисленные часы, которые он проводил у окна, смотря в звёздное небо над городом. Почему-то ему хотелось вернуться именно во вчерашнюю ночь.

Джену было тревожно. Маттео Росси казался ему странным и совсем не внушал доверия. А если этот придурок окажется маньяком или начнёт к ней приставать? А что, если...?

Размышления парня прервал какой-то шорох в кустах соседнего дома. Через секунду он повторился, только в совершенно других кустах – в доме неподалёку от жилища Джена. В тусклом свете уличного фонаря мелькнула тёмная тень.

— Вот и белочка пришла, — с печальной усмешкой произнёс парень, ускорив шаг.

*****

— Всем доброе утро, котики, — Арден подсел на лавочку к нахмурившейся Ребекке и Мэви, которая достаточно мило грызла свой чупа-чупс.

— Мое чёртово утро началось в шесть часов из-за всех этих поисков, — немного раздражённо проговорила Коллинвуд, аккуратно закидывая одну ножку на другую. — Всю ночь я слышала крики и сирены, поспать не удалось.

— Поддерживаю, — устало зевнула Ребекка. — Из дома свалила Криденс, а страдать должны мы.

— Мне, конечно, безумно грустно это осознавать, — с притворным разочарованием произнес юноша, разводя руками. — Но сегодня я спал как убитый, даже нечем себя было занять такой тёмной, прекрасной но...

Договорить он не успел — сзади на него налетела Лесли, достаточно сильно хлопнув по его плечам. В руке у неё была зажата кипа белых листовок с фотографией Майли: застывшая полуулыбка, довольно широкие, но аккуратные брови, зачёсанные в конский хвост волосы. Ребекка нервно сглотнула, вспоминая, как всю ночь фамилия и имя этой девушки эхом раздавались в разных частях города.

— Что за макулатура? — поинтересовался юноша, выхватывая верхний листик и сразу же мрачнея, аккуратно сжал губы. — Нам помочь расклеить тебе после школы листовки?

— Я — пас, — хмыкнула Мэви. — Будто кто-то в городе не слышал о пропавшем ребёнке, ребят, вы серьёзно?

— Конечно, это формальность, — брови Лесли взлетели вверх, но половина стопки всё равно упала прямо перед Мэви, которая лишь фыркнула. — Но это важно. Возможно, не все горожане видели её лицо.

— Почему мы вообще должны всем этим заниматься? — недовольно заметила Коллинвуд. — 

Прозвенел звонок, и ребята разочарованно цокнули языками, вставая с лавки. Арден повернулся лицом к идущим не в совсем хорошем настроении одноклассницам, и зашагал спиной вперёд.

— Лес, Мэви, ну реа-ально, — весело протянул он. — Может хватит уже? Жизнь не закончена. Поиски и листовки — после школы. В школе — слабоумие и отвага.

— Ты сейчас поцелуешь затылком стену, слабоумный наш, — хихикнула Лесли, и Мэви улыбнулась, представив подобную картину.

— А что, завидно? — Макрэй несколько раз дёрнул бровями. — Я сексуален настолько, что меня мечтает поцеловать любая стена в этой школе, и не только в ней!

— Это ты про своих бывших? — любезно поинтересовалась Мэви, и они втроём, обмениваясь шутками, зашли в класс.

Ребекка слегка разочарованно посмотрела вслед удаляющимся ребятам, проклиная ко всем чертям очередной урок истории и направилась в соседний кабинет, думая о том, что стоит сесть с Ан и спросить у неё, как, в принципе, поживает Джен, но внезапно со всей силой врезалась во что-то. Точнее, в кого-то.

— Глаза потеряла? — слегка нахально, с легким вызовом проговорил паренёк, внимательно смотря на девушку.

— Мои как раз на месте, Коллин, — едко произнесла Бекка, приседая, чтобы поднять выпавшую из рук тетрадку. — И в отличие от тебя, я не иду в противоположную от кабинета сторону.

— Какое тебе дело, куда я иду, а? — он поправил растрепавшуюся чёлку и на его пальцах блеснули несколько массивных перстней. — В отличие от вас, богатеньких детишек, мне колледж не светит.

— Какая муха тебя укусила? — немного злобно и непонимающе спросила девушка. Она хотела пройти, но парень подвинулся вправо, буквально заграждая проход.

— Майли была моей подругой, — с нажимом произнес Коллин, и в его чёрных глазах блеснула ненависть. — И как только она пошла на эту долбанную вечеринку, с ней что-то случилось. И я уверен, что твой дружок Арден в этом замешан...

— Конечно, легко спустить всех собак на Макрэя. Может, ты сам виноват, в том, что она пропала? Пошёл бы с ней, раз такой умный. Или ты слишком нищий, чтобы ходить на подобные мероприятия?

— Я ненавижу таких людей, как ты, и иметь никаких дел я с вами не собираюсь,— его зрачки сузились, и он резко схватил девушку за ворот кофты. — В любом случае, я предупредил тебя. Лучше не попадайся мне на глаза, пока Майли не найдётся.

— Если она найдется, Коллин, — сухо бросила Стэнтон, сбрасывая его руки. — Твои угрозы – пустой звук. Живёшь в трейлерном парке, семья по уши в кредитах, шляешься с отбросами и будешь что-то говорить?

— Не все в этом мире измеряется деньгами. Но тебе не понять, да?

Ребекка молча отвернулась и достаточно быстро пошла по направлению к кабинету, понимая, что ей хочется увидеть всех своих друзей прямо сейчас, рассказать им об этом нищем выскочке, чтобы Брайан и Арден доступно объяснили ему, что к чему.

Но его можно тоже понять? Он ненавидит её лишь из-за денег. За то, что родился в неполной семье уборщицы, а она росла с обеспеченными родителями-адвокатами, которые ни разу не отказали ей в подарке, будь то новый айфон или очередное золотое колечко. Взгляды детей из трейлер-парка Ребекка ловила на себе давно, но только сейчас поняла, насколько сильно они не переносят компанию её друзей.

И сейчас вся эта неприязнь на свободе.  Витает здесь, в воздухе, разделяя школу на враждующих Монтекки и Капулетти. Пропажа Майли вызвала страх, но самым ужасающим было то, что она стала предлогом для выражения того негатива, который годами зрел в каждом из учеников. Она буквально выпустила его наружу.

— ... И таким образом греческий менталитет можно легко понять на примере легенды о ящике Пандоры, — звонкий голос мисс Эми нарушил размышления Ребекки, которая  плюхнулась на стул рядом с Анной.

— Извините, — произнесла она, а после повернулась к подруге, хватая её за тоненький локоть и намного снижая голосок. — Ан, мне кажется, у нас проблемы.

— Какие у нас там проблемы? — Ан с недоумением посмотрела на подругу. Ребекке почему-то показалось, что она немного раздражена. — Чего ещё случилось? Динозавры вернулись? В Китае кто-то сожрал летучую мышь, и мы все умрём от ветряной оспы?

— Ан, ты чего? — осторожно поинтересовалась Ребекка, глядя на то, как девушка злобно перечёркивает слова в тетради. — Случилось что-то?

Ан отложила ручку и помахала ладонью, словно ей было жарко. Её уставший взгляд никак не мог сосредоточиться на доске, где мисс Эми, молоденькая учительница истории, писала вопросы для самостоятельной работы.

— Извини, у меня слегка едет крыша, — виновато произнесла она. — Чёрт, не пишет. Дай ручку, пожалуйста.

— Ты с ума сошла? Это же настоящий «паркер»! — Бекки убрала лежащие школьные принадлежности в сторону, подальше от пальцев Ан. Росси лишь закатила глаза, расписывая свою ручку на полях тетради.

— Так что такое? — спросила она у Ребекки, которая заниматься историей не спешила. Стэнтон выглядела очень обеспокоенной.

— Знаешь Коллина? — начала она, неосознанно выводя кривые завитушки в тетради. — Я не помню его фамилию, в общем, парень из компании ребят трейлерного парка.

— Митчелл? Ну, допустим, — в сознании Ан сразу всплыл образ высокого юноши с чёрными глазами и сальной чёлкой, который год назад пробовался в команду к Ардену. — И дальше что?

Ребекка быстро пересказала Ан весь разговор с Коллином, не упустив ни одной детали. Росси слушала её не перебивая, но по лицу девушки было ясно, что она не совсем понимает, чего от неё добивается Бекка.

— Может, это он и его дружки изрисовали нам все двери, потому что завидуют, — высказала своё предположение Стэнтон. — Или может, они уже тогда знали, что Майли пропала, и думали, что мы в этом замешаны.

— По-моему это бред какой-то, — ответила Ан, всё так же безуспешно пытаясь сосредоточиться на истории. — Бекка, ты преувеличиваешь.

— Не знаю. Всё это мне вообще не нравится.

Но одно Ребекка понимала точно – теперь все эти Коллины из трейлер-парка будут не давать им прохода, и не понятно, чем всё это обернётся.

*****

— Благослови Господь того, кто придумал перемены, — Арден поднял голову и приложил руку к сердцу, словно в молитве. Стоящий рядом с ним Брайан прыснул со смеху, однако потом заметил приближающуюся к нему Лесли.

— Привет, — она тепло улыбнулась, и на её щеках вдруг показались очаровательные ямочки. — Брай, ты как?

— Нормально, — Сандерс помахал ей загипсованной ладонью, и вдруг улыбка Лесли увяла.

— Болит?

— Нет, щекочет, ты что, — попытался сострить он, но Эмерсон это не позабавило, и Брайан вдруг сделался серьёзным. — Слушай, я тут хотел подойти к Ан с Дженом, извиниться, и всё такое, только...

— Пойдём, я схожу с тобой, — прервала его Эмерсон и за здоровую руку мягко потянула вперёд сквозь толпу школьников.

— Вы глаза-то раскройте, — посоветовал Макрэй и кивнул куда-то в сторону. — Куда собрались? Вон Джен стоит.

Юноша действительно был совсем рядом – замер в нескольких шагах, у стены, и листал учебник по физике. Точнее, делал вид. Его взгляд то и дело метался от страничек с формулами к группке стоящих чуть в отдалении школьниц, и это казалось странным. Обычно Джен на других девчонок не заглядывался.

— Доброе утро, — коротко поприветствовал Хилл, и чуть приобнял Лесли, почти не касаясь её. Глаз от шумной компании он не отрывал, и, кажется, даже не заметил Брайана.

— Ты чего туда так смотришь? — она покосилась в сторону девочек. Причина нашлась сама собой.

В кругу сверстниц стояла Ан – фигурка, которая была заметно худее и ниже всех остальных. Она заметила такое пристальное внимание со стороны друзей, и, тепло улыбаясь, махнула им ладонью, а затем снова включилась в обсуждение.

— Кто это? — поинтересовалась Лесли у Джена. Тот никак не отреагировал, лишь напряжённо следил за девушкой, и Эмерсон несколько раз щёлкнула пальцами у него перед лицом. — Хьюстон, вас вызывает база, ответьте! (3)

— А? — парень непонимающе обернулся к ней. — Активистки. Помогают миссис Чжан готовить праздник к Хэллоуину.

— Я так понимаю, ты у нас резко захотел вступить в их ряды? — Эмерсон лукаво улыбнулась, и Брайан, стоящий сзади неё, громко кашлянул несколько раз. — В общем-то, мы не волонтёрок обсуждать пришли...

— Тебе не кажется, что она сегодня какая-то странная? — Джен коротко кивнул в сторону Ан.

— Меня сейчас стошнит от этих розовых соплей, — хмуро подметил Брайан, и Лесли пихнула его в бок. — Короче, я хотел извиниться. Я вчера психанул и с пустого места наехал на тебя и Ан.

— Забыли, — равнодушно отозвался юноша, и все трое замолчали.

Лесли стало грустно. Джен смотрел на Анну совершенно зачарованным, пусть и обеспокоенным взглядом. А что у неё? Будет ли подобное у неё хоть когда-нибудь?

— С Ан я тогда попозже поговорю. Ну, я пошёл, в общем... — Брайан кивнул девушке и юноше, и удалился, явно чувствуя себя некомфортно в обществе Джена.

— Да, мне тоже пора, — спохватилась Лесли. — Звонок скоро.

— Подожди, — Хилл придержал её за локоть, впрочем, сразу же его убрав, чтобы не нарушать личных границ девушки. — Слушай, меня тревожит состояние Ан. Она ничего не говорила тебе? Может, у неё что-то не так? Может, со здоровьем что-то?

— Нет, ничего, — Эмерсон покачала головой, готовая расплакаться от зависти. — Да и потом, ты же её лучший друг. Мне кажется, она бы скорее тебе рассказала о чём-то таком.

— Она же девочка. Есть вещи, о которых вы предпочитаете мальчикам не говорить.

«Если бы со мной что-то случилось, обо мне бы тоже беспокоились» –  с надеждой подумала девушка, стараясь унять бушующие чувства. – «К тому же, он в неё втрескан по уши. Конечно, он будет переживать. Успокойся, Лесли!».

Несколько глубоких вдохов – так же, как она и учила Брайана, – и обида притупилась, сменилась тревогой. Что, если Джен прав, и с Анной действительно что-то не так?

— Ну, не думаю, что в вашем общении есть вещи, которых Ан стеснялась бы, — коротко ответила девушка, хотя прекрасно понимала, что в его словах есть резон. Ей вдруг вспомнилось, как она чуть со стыда не сгорела, когда случайно упомянула при Брайане слово «месячные».

Но Росси была не из таких. Человек, который, не испытывая стеснения, мог послать любого одноклассника на английском и даже итальянском, вряд ли бы смущался подобных вопросов.

— Почему бы тебе не поговорить об этом с ней самому?

— Это же Ан, — в голосе Джена послышалась горечь. — Даже если весь мир рухнет, она будет улыбаться и говорить, что всё в порядке. Ладно, спасибо в любом случае. И за то, что донесла до Брайана, тоже.

— Не за что, Джен, — Лесли ободряюще улыбнулась ему.

Прозвенел звонок, и ребята разошлись по кабинетам, погрузившись в свои мысли, которые были совсем не весёлыми.

*****

После следующего урока в 
столовой  было шумно, бестолково и многолюдно. Ребята отдельными стайками садились за столиками, а одиночки предпочитали не ходить сюда вообще, но некоторые всё же находились. Какой-то сидящий за ближайшим столом парень вдруг помахал Ребекке, которая брала себе стакан апельсинового сока. Девушка узнала в нём Герберта Шилдса, своего напарника из группы по праву, и поспешила подойти к нему.

— Привет, Ребекка, — Герберт поправил очки, и в их стёклах мелькнули озорные зеленоватые блики. — У меня тут есть пара идей для нашего проекта. Не присядешь?

— Конечно, давай, — Стэнтон заняла свободный стул рядом с ним и уткнулась в записи, которые предлагал ей посмотреть Герберт.

Этого парня она знала не так давно, но зато ей было хорошо известно, чем занималась его семья. Мистер и миссис Шилдс заведовали крупной нотариальной конторой, и так же как и родители Ребекки, готовили своего ребёнка для продолжения их дел. Учительница, зная об этом, объединила их в пару для защиты проекта – и так с начала года Ребекка начала заниматься правом с Гербертом.

— Я думаю нам стоит немного поменять тему проекта и переформулировать гипотезу, — произнёс парень, указывая концом ручки на внесённые изменения.

— С чего это вдруг? — Ребекка с удивлением посмотрела на него. Герберт лукаво улыбнулся.

— С того, что за такую формулировку нас посадят.

Ребекка захохотала практически во весь голос, а её напарник слегка смутился, и его щёки чуть покраснели.

Когда Стэнтон успокоилась, они продолжили своё обсуждение, стараясь на этот раз не так бурно реагировать на происходящее. Девушка настолько увлеклась, что даже не заметила злобного взгляда, направленного в её сторону.

За столиком чуть поодаль сидела вся остальная компания. Ан пила свой кофе, невзирая на то, что её руки и без того тряслись как у пьяной, пока Джен исподтишка посматривал на неё. Лесли и Брайан жевали сэндвичи миссис Эмерсон и пытались вызубрить все формулы по геометрии. Мэви без остановки щёлкала по клавишам телефона – видимо, писала кому-то длиннющее сообщение. Арден пытался переписать лекцию по истории искусств, но не мог оторваться от Ребекки, которая сидела за другим столом.

Карандаш в его ладонях сам собой сжался, когда вдруг она залилась звонким смехом, а затем тепло улыбнулась какому-то сидящему рядом придурку. Он был готов со всей дури врезать ему, врезать Ребекке – ах, как раздражало её поведение Макрэя сейчас. Его безумно злило это, но он не мог понять, почему, и это выводило его ещё больше.

— Эй, Ар, ты чего залип? — поинтересовался Джен, который уже устал терпеть игнорирование со стороны Росси. — Чего случилось?

— Всё нормально, — отозвался Арден, чувствуя, как кровь ударяет в голову от ярости. Раздался резкий хруст, и карандаш разломился на две половинки.

— И этот туда же, — прокомментировал Хилл с грустью в голосе. Его взгляд метнулся к Ан. — У всех у вас всё нормально, а на деле нихрена.

— Что ты имеешь в виду? — спросила Мэви, не отрываясь от экрана.

— А ты не видишь разве?

— Слушайте, ребят, я пойду наверное, — слегка виновато сказала Ан. — Мне ещё надо кое-что обсудить с девочками по поводу праздника.

Девушка встала, но слишком резко – она пошатнулась и потеряла равновесие, лишь каким-то чудом успев облакотиться на край стола. Её лицо, казалось, стало бледнее и измождённее обычного, а кофейные пятна веснушек и лиловый синяк на скуле проявились ещё отчётливее.

— Эй, ты чего? — Лесли придержала её за талию, попутно прокручивая в голове слова Джена.

— Ничего. Просто все наши пьянки пагубно сказываются на моём вестибулярном аппарате, — она улыбнулась, но её губы задрожали. — Всё, больше я пить не буду.

— Как-то верится с трудом, Ан, — холодно произнёс Джен, которого такая откровенная ложь уже взбесила.

— Ребят, перестаньте, всё хорошо, — девушка посмотрела время на телефоне. — Меня уже ждут. Всем пока.

И она удалилась быстрым шагом, по пути врезавшись в какую-то перепуганную восьмиклассницу.

— Да что с вами всеми, блять, такое? — спросила Мэви, проводив её глазами. Коллинвуд поняла, что ничего не поняла, и посмотрела на друзей в поисках ответа на свой вопрос.

*****

Ребекке порой казалось, что она не могла дышать.

Она видела его сообщения, и мир вокруг буквально замирал на какие- то доли секунды, чтобы вновь завертеться быстро и стремительно, чтобы показывать всем улыбку на её лице, заставлять глаза сверкать, а звонкий смех растворяться в комнате.

Ей казалось, что в грудной клетке словно что-то тянуло, видимо, сердце, потому что ей очень сильно хотелось обнять его, обладать им, быть рядом с ним.

А она не может. Черт знает что происходит между ними двумя, но сейчас, сидя в кабинете Бекка нервно теребила карандаш в руке и будто задыхалась, настолько сильно ей хотелось прижаться к нему сейчас или увидеть улыбку, ведь, чёрт возьми, он не такой придурок, каким кажется.

«Наверняка, да? Или я сама это выдумала?».

Ребекка нервно провела по переносице, понимая, что не может сосредоточиться на чертовых цифрах, формулах и графиках. Не может распутать ком мысли, который давно смешался с сарказмом и оскорблениями в его адрес — не более, чем защитной реакцией.

Кажется, настолько сильно Ребекка звонку ещё не радовалась. Буквально сгребая в кучу все свои ручки, книги и тетрадки, она поспешила выйти из класса под удивленный взгляд учительницы, но замерла в коридоре.

Нельзя же так быстро бежать, да? Кто-то догадается.

— Стэнтон, чего застыла? — его голос, такой знакомый и ненавистный, раздался прямо из-за спины и девушка буквально силой натянула на себя безразличное выражение лица.

— Конечно же тебя жду, что ещё мне делать, — язвительно, едва сжимая кожаную ручку сумки в руке, отозвалась она

— Так и понял, — вздохнул парень, усмехаясь. — Чего это ты сегодня сидела с тем придурком в столовой? Тоже поддалась всеобщему безумию?

— Мы делали доклад. Тебе-то какое дело, умник?

— Запала на римское право? Ты так смеялась, что можно подумать, тебя склеили латинские фразочки. Надл бы тоже попробовать, — он задумался и поправил ворот толстовки. — In vino veritas (4).

— Алкоголик несчастный, — чуть ухмыльнулась Стэнтон и облокотилась на стену. — Меня таким не взять, поверь.

— Да мне уже и нужно, — лениво протянул Арден, думая, сказать что-то еще, но всё же промолчал.

Она стояла перед ним, вроде бы, такая простая, но вместе с этим его тянуло к ней, к её ключицам, которые едва прикрывались тоненькой рубашкой, к её тонким рукам, к маленьким мочкам ушей с золотыми сережками. Макрэй даже на секунду забыл, что уже был с этой девушкой — и это злило, словно выбивало почву из-под ног.

Раздраженно хмыкнув, парень отошёл от неё, слыша, как Бекка что-то сказала ему вслед, но так и не обернулся. Его перехватила Мэви, аккуратно подцепляя юношу за локоть своей изящной ручкой.

— Дорогой, — прощебетала девушка, — не хочешь объяснить, что у тебя происходит с Беккой? Какого, блять, чёрта, Арден? Ты решил затащить её в постель?

— Нет, мы же уже обсуждали это, — цокнув кончиком языка пробормотал он. — Я не трахаю своих подруг, Мэв.

— Только на это и надеюсь, — уже более серьёзным тоном проговорила блондинка, кидая взгляд в сторону Бекки, стоящей вместе с Моникой в конце коридора. — Она очень ранимая, ты же знаешь. Стоит привязаться, и всё, а я не хочу... Не хочу, чтобы нашу в дружбу вмешивались эти тупые чувства влюбленности.

— А как же Ан и Джен?

— Король и королева френдзоны? — улыбнулась Мэви, наблюдая за тем, как уголки губ Макрэя тоже поползли вверх. — Да чёрт их знает. Они как-то себе на уме.

— В чём-то ты права, — пожал плечами Арден, мыслями всё равно возвращаясь к Ребекке.

— Любовь часто всё портит. Да и ты сам, наверное не хочешь всё разрушить.

— Вот именно, я же не совсем идиот, — Арден аккуратно щелкнул по кончику носа Мэви, на что та лишь фыркнула. — Пойдем, покурим?

— Я не курю, а только пью дорогие вина, сладкий, — слегка самодовольна произнесла девушка, заправляя за ухо прядь крашеных волос.

— То есть компанию составить мне не хочешь? — с наигранной обидой произнес Макрэй и достал из кармана чёрную зажигалку.

— Хорошо, пошли, так и быть, постою рядышком. Но учти, если там будет кучка твоих приятелей из баскетбольной команды, я даже близко не подойду.

— Какие мы гордые, — с легким смешком передразнил её Арден, на что пухлые губки девушки лишь стянулись в маленький бантик.

Обычно все ходили курить за старое служебное помещение, расположенное прямо около основного здания школы. И именно сейчас там собралась часть людей, стоящих чуть поодаль, среди которых был и Коллин, что-то миролюбиво объясняющий стоящей рядом девчонке в коричневой косухе. Арден и Мэви встали далеко от них, но вместе с этим девушка всё равно чувствовала буквально прожигающие их взгляды, направленные на её друга, который, казалось, этого совсем не замечал, со смехом выпуская колечки дыма.

— Почему все так смотрят на нас? — спросила Коллинвуд, даже не пововорачивая головы. — Неужели ослеплены моей невозможной красотой?

— Потому что они считают, что мы виноваты в пропаже дочки пастора, в чью церковь они ходят замаливать свои грешки, — Арден развернулся к ним, озорно подмигнул, и затем вновь сосредоточил своё внимание на подруге. — По крайне мере, мне так кажется.

— Чертов городишко, — она зло закатила глаза к небу и сложила ручки на груди. — Вместо того, чтобы объединится, пытаются найти крайнего и спустить всех собак на него.

— В данном случае, на нас, — парень выбросил тлеющий окурок, осторожно прижимая его носком своего кроссовка. — Людям всегда нужно найти виноватого, и руководствуются они не логикой, а лишь своими эмоциями и внутренними косяками. Пошли, не будем больше стоять тут как красная тряпка для быка.

— Философия для чайников, курс Макрэя, — фыркнула девушка.

И они неспешно направились к главному входу, почти физически ощущая на себе злобные взгляды Коллина и его дружков.

*****

Многие ученики уже успели разойтись по классам в ожидании урока, но вместо звонка в коридорах вдруг раздался голос из громкоговорителей. Они были развешаны по всей школе, и во время чрезвычайных ситуаций через их систему ребят оповещали о случившемся. В предпраздничные дни, правда, из встроенных колонок звучала музыка, но сейчас объявление было не похоже на эфир школьного радио.

— Всем ученикам собраться на трибунах в спортивном зале, — произнёс из рупоров голос заместителя директора миссис Чжан.

Фраза повторилась ещё два раза, а затем громкоговорители отключились. Ребята начали выглядывать из кабинетов и кучками собираться в коридоре, обсуждая происходящее.

— Вам же сказали, идти в спортивный зал, чего столпились? — раздражённо произнёс мистер Бэрримор, физик, проталкиваясь между недоумевающими детьми. — Быстро, идите куда велели!

— Какого хрена тут происходит? — спросил Арден, когда наконец нашёл кого-то из друзей.

— Без понятия, если честно, — ответил Джен, пытаясь отыскать глазами кого-то в толпе. Среди кучи ребят мелькнула до боли знакомая макушка. — Ан, иди сюда!

Девушка обернулась на своё имя, и встретилась с ним глазами. Всего на какое-то мгновение, ведь ребята продолжали расталкивать друг друга в коридоре на пути к спортзалу. Джену показалось, что она плакала – не могут быть такими красными даже самые уставшие глаза, и он подался вперёд, чтобы догнать её, но Росси уже скрылась в толпе.

— Да происходит, объяснит мне кто-нибудь наконец? — Мэви ткнула Джена в бок, отчего тот вновь вернулся в реальность. — Что с ней такое?

— Не поверишь, мне тоже очень хотелось бы знать, — ответил Хилл, случайно толкнув какую-то девушку.

— Вот это я понимаю слэм (5), — неожиданно рядом с ними возник Брайан, который намеренно пихнул какого-то мальчишку, чтобы тот врезался в рядом идущего.

— Брайан, имей совесть! — Лесли видно не было, но зато было слышно, скорее всего она была чуть сзади. — Хватит людей калечить!

— Я немножко, в целях профилактики.

— А где Ан и Ребекка? — спросила Эмерсон, хватаясь за рукав Ардена, чтобы не потерять своих друзей в окружающей толкотне.

— Очевидно, где-то впереди, — отозвался Джен, и Лесли почему-то уловила в его голосе нотки разочарования.

Наконец ребятам удалось пройти в спортзал и забраться на третий ряд трибун – почему-то многие спешили занимать именно задние ряды. На седьмом ряду сидела Ан и о чём-то говорила с Ребеккой. Судя по тому, что Стэнтон закрыла лицо руками и согнулась, а Ан ободряюще гладила её по спине, пытаясь утешить, произошло что-то, что заставило Ребекку просто разрыдаться на глазах у всех. Мэви толкнула в бок Ардена и кивнула в сторону девочек.

Макрэй вдруг почувствовал, как при взгляде на Бекку сердце вдруг болезненно ёкнуло. С чего вдруг ей реветь? Неужели кто-то обидел? Почему-то Арден чувствовал сильную злость, такую, что хотелось врезать кому-нибудь. Ребекка ведь не была из тех людей, кто так открыто проявлял свои чувства, как импульсивные Ан и Брайан. Какой силы должна быть тогда её обида и боль, чтобы так резко выплеснуться наружу?

— Минуту внимания, я прошу тишины, — теперь усиленный микрофоном голос миссис Чжан звучал с места комментатора школьных матчей. — Как многие из вас уже знают, в Аспенвуде произошло чрезвычайное происшествие.

— Ну сбежала девка из семьи, чего панику-то нагонять? — спросила Мэви у сидящего рядом Ардена. — Я почти уверена, её достали эти религиозные замашки и она свалила. Я бы тоже свалила.

— Пропала ученица нашей школы Майли Криденс, — продолжала миссис Чжан твёрдым, но чуть сбившимся голосом. — У полиции есть основания предполагать, что её пропажа была похищением или даже убийством. На дорожке возле её дома была найдена кровь.

— Слушайте, — Лесли обратилась к друзьям, — а вы уверены что наши двери были испачканы именно краской?

— Я прошу тех, чьи фамилии я сейчас назову, пройти в кабинет директора для беседы с полицией! — завуч практически сорвалась на крик. Было видно, что вся эта ситуация здорово действовала ей на нервы. — Ваше содействие может спасти жизнь девочки!

— Не думаю, что это была кровь, — Арден отрицательно покачал головой. — Она не такая яркая, как то, что было на дверях. Обычная малярная краска, а может, даже и не малярная.

— Лейла и Джордж МакКлин, — миссис Чжан начала оглашать имена. — Эшли Вагнер. Джаспер Адамс. Одри Чен. Моника Джордан.

— Ого-го, это чем она так провинилась? — поинтересовался Брайан, пытаясь отыскать среди многочисленных лиц Монику.

Преподавательница продолжила называть имена. Всего она назвала около тридцати или сорока человек, и ребята уже почти не слушали её, и разговаривали о том, что случилось с Ан и Ребеккой, но...

— Анна-Мария Росси, — зачитала по какой-то бумажке миссис Чжан. — Брайан Сандерс. Лесли Эмерсон. Ребекка Стэнтон. Джен Хилл. Арден Макрей.

— Какого чёрта? — спросил Арден, глядя на удивлённые лица друзей.

— Это список тех, кто был на вечеринке, — ничуть не изумившись, произнесла Мэви, рассматривая свой безупречный маникюр.

— А с чего бы вдруг тебя в нём нет? — поинтересовалась Лесли.

— Может, потому что меня уже допросили?

— Я настоятельно рекомендую вам всем быть предельно бдительными!

— вновь закричала миссис Чжан. — Соблюдайте осторожность и берегите себя!

*****

Ан сидела на стуле возле директорского стола. Напротив неё сидел полицейский, который представился капитаном Джеффом, и что-то записывал на листок с показаниями. Директор, мистер Мейзел – нервный, лысеющий мужчина в старомодных очках и сером костюме, стоял у окна, вглядываясь в залитую дождём улицу. Атмосферу нагнетало негромкое тиканье часов, которое до безумия нервировало девушку.

— Мисс Росси, что вы делали и где были позавчера в полночь?

— Вечеринка у Мэви закончилась раньше двенадцати, — негромко произнесла она. — Кто-то остался помочь, а я ушла.

— В котором часу вы вернулись домой? — полицейский даже не оторвал взгляда от скользящей по листку ручки.

— Я не ночевала дома, — сказала Ан, чувствуя, как все в кабинете слегка напряглись. — Я осталась у своего друга. Мы легли спать где-то в половине первого.

— И как же зовут вашего друга, мисс? — капитан Джефф посмотрел ей в глаза каким-то странным тяжёлым взглядом, от которого у Анны мурашки побежали по спине.

— Джен Хилл.

— Содом и Гоморра (6), вот что я скажу, — прокомментировал директор, не поворачиваясь от окна. Росси почувствовала, как начинает смущаться.

— Мистер Мейзел, прошу, немного сдержаннее, — раздался голос из-за спины девушки, и она обернулась.

Анна даже не сразу заметила сидящую позади неё Вэн Чжан. Это была худощавая, высокая старушка-азиатка с седыми волосами, которые она убирала в низкий пучок, в брюках прямого кроя и шёлковой красной рубашке, расшитой золотыми драконами и китайскими иероглифами. На коленях преподавательницы лежали какие-то документы, и миссис Чжан что-то безуспешно искала среди огромного количества папок и файлов.

— И что же побудило вас остаться у друга, мисс Росси? — полицейский чуть склонил голову набок. — И может ли кто-то подтвердить, что вы вообще были у него?

— Я не обязана отчитываться перед вами о своих личных мотивах, капитан Джефф, — вдруг решительно произнесла девушка, и её голос потерял ту мягкость, которая была в нём раньше. На бледных щеках появился болезненный, почти лихорадочный румянец. — Подтвердить никто не может. С матерью Джена мы разминулись с утра.

— Стало быть, вы и ваш друг могли быть где угодно, и никто не может это подтвердить. А откуда этот синяк на вашей щеке?

Пальцы Ан коснулись уже заживающей ссадины на скуле. Капитан Джефф явно торжествовал.

— На что это вы намекаете? — девушка возмущённо вскочила, уперев руки в стол.

— Я ни на что не намекаю, мисс, я смотрю в глаза фактам, — блюститель закона сделал пометку в своих записях. — Быть может, вы получили его, когда тащили жертву со своим подельником, а она начала отбиваться!

Ан почувствовала, как голова снова начинает кружиться, и ещё сильнее облокотилась на стол в поисках опоры. Миссис Чжан вскочила, отложив свои документы, и мягко надавив ей на плечи, усадила обратно на стул.

— Нет, капитан, это уж слишком, — заявила она, так и оставив руки на спине Ан. — Я не позволю обвинять бездоказательно своих детей! Вы видите эту девочку? Едва ли она поднимет на руки годовалого ребёнка, не то, что жертву!

— Всё в порядке, мэм, — отрезала Росси, глубоко вздыхая.

Головокружение всё не проходило. — Просто на вечеринке я немного перенервничала. Мой друг хотел привести меня в чувство, но не рассчитал с силой.

— Тоже Джен Хилл?

— Нет, Брайан Сандерс.

Полицейский продолжил буравить девушку взглядом. Той вдруг резко стало очень нехорошо, и это не укрылось от завуча.

— Может, тебе воды? — спросила она, посмотрев на Ан. — Вон, ты бледная вся.

— Спасибо, не нужно, — Росси усилием воли заставила себя покачать

головой. Миссис Чжан не сводила с неё внимательного взгляда.

— Вы заметили что-нибудь странное на вечеринке? — спросил Джефф. Ан пыталась сообразить, но все мысли чертовски путались – обрывки памяти

ускользали от неё, и в голове почему-то появилась звенящая пустота. — Мисс Росси, вы слышите меня?

— Так, пора это заканчивать! — возмутилась женщина. — Разве вы не видите, что ей плохо?

— Не стоит, миссис Чжан, — осадила её Анна, глубоко вздохнув. — Нет, ничего странного я не заметила. И вообще, мне кажется, вам нужно спросить об этом кого-то из тех, кто был трезвее.

— Какой срам, — покачал головой директор. — В наше время дети не были такими. Особенно девочки. Они были тихими, скромными и порядочными.

— Мистер Мейзел, какое отношение к следствию имеет моя личная жизнь? — злобно отозвалась девушка. Её глаза нездорово заблестели. — Пока она не затрагивает вопросы, которые касаются пропажи Майли, и не мешает моей успеваемости, вас не должно волновать, с кем я сплю и что я пью!

— Я полагаю, мы можем закончить, — достаточно резко заметила Вэн.

— Она ещё ответила не на все мои вопросы! —  выкрикнул полицейский, и миссис Чжан распалилась ещё больше.

— Плевала я с высокой колокольни на ваши вопросы! — завопила она так, что услышали почти все дети, сидящие в коридоре. — Пока я в школе отвечаю за жизнь и здоровье этих детей, я не позволю допрашивать ребёнка в полуобморочном состоянии! Директор! Мистер Мейзел! Скажите же что-нибудь.

Но директор оставался всё таким же безучастным, и не поворачиваясь в их сторону, глядел в окно. Миссис Чжан прожгла капитана Джеффа презрительным взглядом, и тот, наконец, сдался и с проигравшим видом махнул рукой.

— Хорошо, пусть идёт, — было видно, что его это задело. — Позовите мне этого Джена Хилла.

Преподавательница вышла в коридор к детям. Следом за ней, осторожно поднявшись, проследовала и Ан, перед глазами у которой всё просто плыло от головокружения. Но только успела она выйти за дверь, как столкнулась лицом к лицу с Дженом. Тот что-то ей сказал, а возможно и нет — в тот момент голова девушки уже отказывалась адекватно воспринимать происходящее. На секунду Росси встретилась с проницательным взглядом глубоких зелёных глаз, и почти бегом рванулась прочь, пресекая дальнейшие расспросы.

— Идём, Джен, — миссис Чжан чуть сжала плечо юноши. — Идём.

*****

— Мистер Хилл, ваша подруга утверждает, что в ночь пропажи Майли вы оба были в вашем доме, — полицейский несколько раз щёлкнул по столу ручкой. — Хотелось бы услышать вашу версию событий.

Джен сидел на стуле, слегка насмешливо наблюдая за действиями офицера. Они его злили. Где-то в школе сейчас бродила Ан, в чёрт знает каком состоянии, а он торчит здесь, в десятый раз пересказывая то, что этот мужчина и так знает.

— Я подтверждаю её слова, — парень кивнул, слегка нервно пряча руки в большой карман чёрной толстовки. — Ан стало плохо, и, чтобы не нервировать её родителей, мы поехали ко мне. Я могу идти?

— Во сколько это было? — что-то чиркнув в блокноте, поинтересовался капитан. — Скажите точное время, юноша.

— Около половины первого я уже спал. Теперь я могу идти?

— Не хотите сотрудничать с полицией? — мистер Джефф окинул парня почти что свинцовым взглядом, но тот даже не шелохнулся. — Может, вам есть, что скрывать?

— Прекратите это чёртово давление! — миссис Чжан стукнула ладонью по столу. — Вы уже довели одну мою ученицу до полуобморока. Вы думаете, им легко переживать весь этот стресс и пропажу школьной подруги?

— Кстати об этом, — блюститель порядка несколько раз кашлянул в кулак, вновь щелкая стукнув ручкой по гладкой поверхности. — В каких отношениях вы были с пропавшей?

— Никого отношения к ней я не имел, мы даже не здоровались в школе. — Джен произнес эти слова скучающе, совершенно беспристрастно, потому что мыслями уже нёсся искать Ан. — И да, опережая ваш вопрос, я уверен, что камеры кафе недалеко от моего дома и соседи могут подтвердить, в каком времени моя машина подъехала к дому.

— А что связывает вас с Анной-Марией Росси? — капитан заинтересованно посмотрел на Хилла.

— Какое вам дело? — Джен отреагировал практически без эмоций, и только слегка дрогнувший голос выдал его волнение. — Она моя лучшая подруга. И если вы намекаете на то, что это она причастна к похищению Майли, то большей ереси и придумать нельзя.

— Можете идти, — с ноткой явного разочарования пробормотал полицейский, и миссис Чжан коротко кивнула парню, который буквально через несколько секунд пробежал по коридору, даже не глядя на остальных друзей.

Его сменила Ребекка. Она осторожно села на край стульчика, совершенно безразлично смотря на полицейского, который слегка недовольно оглядел девушку, отмечая её дорогие сережки и безупречный маникюр. Обычно такие ученики шли на контакт хуже всего, и он с раздражением подумал, что эта Стэнтон наверняка подруга хозяйки вечеринки.

— Мисс, где вы находились позавчера ночью и что делали после вечеринки? — начал он, буквально буравя её взглядом.

— Я осталось помочь убрать дом Мэви, и заночевала с ней же, — непринужденно проговорила она, слегка натянуто улыбаясь. — Майли ушла вместе со всеми, не понимаю, почему вам нужно опросить именно нас.

— Нас? — он слегка приподнял бровь. — Вас было несколько, я так полагаю?

— Да, Мэви, я, Лесли и наши друзья, Брайан и Арден, — пожала плечами девушка, аккуратно кладя ладошку на столешницу.

— Что творится с молодёжью... — тихо запричитал директор, всё еще глядя в окно и нервно скрепив руки в замок.

— Что творится со взрослыми, которые делают неприличные намеки? — парировала Стэнтон, понимая, что, учитывая социальный статус её родителей, давить на неё не будут. — Это всё, что вы хотели узнать?

— Насколько я знаю, вы хорошие друзья с... мистером Макрэем? — полицейский хмуро посмотрел на свои записи, убеждаясь, что не произнёс фамилию неправильно. — Мне известно со слов других ребят, они с Майли были близки, верно?

Ребекка поняла, что улыбка на её лице слегка дрогнула. Мысли как винтики закрутились в голове: они могут всё повесить именно на Ардена, особенно, если все это отрепье из трейлер-парка начнет его обвинять.

— Не думаю, что это правда, капитан, — она аккуратно сжала пальцы, стараясь говорить как можно более правдоподобнее. — Знаете, любой здравомыслящий человек подтвердит, что Майли была влюблена в него, но почти что не контактировал с ней и относится нейтрально. Видите ли, мы с ним пара и я очень ревнивая.

Вэн Чжан вопросительно взглянула на Ребекку, которая как ни в чём не бывало продолжила:

— Многие ребята завидуют ему, знаете, достаток, членство в баскетбольной команде, внешность. Так что не удивлюсь, если они просто выдумали это, не осознавая всю ответственность. — рассудительно закончила она, видя, как Джефф что-то перечёркивает в своем блокноте.

— Можете идти, мисс Стэнтон. Позовите Макрэя, пожалуйста, — он устала снял очки, понимая, что окончательно запутался в этом всём.

Девушка изящно и неторопливо вышла в коридор и подошла прямиком к Ардену.

— Я подожду тебя в коридоре, зайчик, — жеманно сообщила она и поцеловала его в щёку, на что в ответ парень непонимающе прищурился.

«Только бы он понял» — пронеслось в голове Ребекки, когда дверь за ним закрылась.

— Арден Макрэй, я так полагаю? — полицейский слегка нахмурился, наблюдая за поведением немного нахального вида юноши.

— Именно я, — он осторожно провёл рукой по тёмным волосам. — Задавайте уже быстрее вопросы, пожалуйста, мне неловко.

Капитан лишь едва взглянул на надменное лицо парня.

— Не похоже, — выдавил он и обратил свой взгляд на список вопросов. — Где вы были позавчера вечером и ночью?

— На вечеринке у Коллинвуд, полагаю, поэтому я сижу здесь. — он скрестил ноги, видя, как миссис Чжан слегка обеспокоено переводит взгляд на полицейского. — Мы веселились, а потом я остался, чтобы помочь убрать бардак, ничего интересного.

— А что вас связывало с пропавшей девушкой?

— Ничего, — Арден едва пожал плечами. — Это всё?

— Всё будет только когда я скажу, — сурово произнёс полицейский, понимая, насколько сильно его раздражает этот парень. — В каких вы отношениях с другими учениками?

— Это так важно? — Макрэй насмешливо поднял бровь.

— Да.

— Всех люблю и обожаю, — слегка язвительно произнёс юноша, в

открытую рассматривая щетину на лице полицейского. — Как моя связь с посторонними людьми относится к расследованию?

— Напрямую,— четко отчеканил капитан Джефф и посмотрел в сторону безучастного директора. — Вы что-то замечали странное в её поведении?

— Как уже говорил ранее, мы почти не общались с этой девушкой. Да, я несколько раз поболтал с ней, сделал парочку комплиментов и всё, — с легкой полуулыбкой произнёс Арден. — Вообще-то я и мои друзья правда ничего не знаем, спросите у ребят из трейлерного парка, она водилась с ними.

— Как странно, а они мне указали на вас, — слегка раздражённо ответил мужчина и что-то черкнув в блокноте.

— Ну конечно, — усмехнулся парень, вполне дружелюбно продолжая: — Преступники обычно всегда пытаются спихнуть вину на того, кого ненавидят. Знаете, я как-то обошёл Коллина при отборе в команду...

— Давайте ближе к делу, — капитан несколько раз глухо кашлянул. — Кто может подтвердить, что вы были всю ночь у мисс Коллинвуд?

— Она же и может, — с наигранной сладостью сказал Макрэй, видя, как директор закатывает глаза. — И все те, кто находились со мной, полагаю, их имена вы знаете.

— Конечно, — мужчина хлопнул по столу рукой, на что миссис Чжан раздражённо зашипела. — Следущий.

*****

Ан резко дёрнула дверь библиотеки, но та поддалась лишь со второго раза – силы в худеньких руках не было совсем. Её трясло, а к горлу подступали рыдания, которые девушка едва сдерживала. Росси и сама не понимала, в какой момент всё стало настолько плохо. Словно кто-то сломал тормоза, и теперь она на полной скорости летела в цепкие объятия нервного срыва.

— Здравствуйте, миссис Шелдон, — поздоровалась она с библиотекаршей, стараясь не разреветься прямо у неё на глазах.

— Здравствуй-здравствуй, — кивнула та, перебирая карточки. — Ты как-то рано сегодня.

Эту реплику девушка оставила без внимания – боялась, что ещё чуть-чуть, и её просто прорвёт, – и забрав свой картонный прямоугольничек, почти рванулась в другую сторону. Здесь, в безопасной тени книжных стеллажей, больше не было нужды притворяться, что всё хорошо.

Хорошо не было от слова «совсем». За каких-то пару дней она осталась совершенно одна, и сейчас её одиночество проявлялось всё острее.

Было страшно жить с непонятным мужчиной, который взялся словно из воздуха, и спал в соседней с ней комнате. Маттео Росси напрягал её излишней любезностью и навязчивостью. Сегодня утром он так рьяно угощал её завтраком, что теперь переевшая его дурацких равиолей Ан молча проклинала тот день, когда мать решила уехать.

Подумать только: люди, которые с самого детства внушали ей, что самое важное в жизни – семья, попросту бросили её. Возвели глухую стену, сквозь которую не слышно ни криков, ни слёз, и ушли. Молча, по-английски, прикрываясь работой и разбитой любовью. О том, что кроме квартальных отчётов и свидетельств о браке, у них есть ещё и дочь, никто не подумал. А кого родители прислали взамен? Абсолютно постороннего дядьку, которого Росси и знать не знает. Как будто это может починить всё то, что они разрушили собственным безразличием.

Ан схватила с полки первую попавшуюся книжку и плюхнулась на мягкий красный пуфик-мешок. Такие в библиотеке стояли в зоне отдыха, где обычно проходили собрания литературного клуба. Сейчас никого не было, и девушка могла спокойно побыть наедине с собой. Голова всё ещё кружилась. Росси прикрыла глаза, пытаясь хоть как-то справиться с недомоганием.

Все привыкли видеть её весёлой болтушкой, заводной активисткой, громогласной подругой Мэви и Ардена, вечной защитницей и помощницей. А кто она на самом деле? Кто она без всей этой яркой мишуры, украшающей образ, который Ан создала?

Слабенькая девчонка, которая хнычет по любому поводу и не может продержаться и неделю на диете. Бесхарактерная тряпка, которая срывается раз за разом, а после этого хочет придушить собственное отражение в зеркале, будто это оно виновато в её промахах. Она – никто, и любить её не за что.

Некрасивая. Об этом говорила ей раз за разом мать, об этом шептались три года назад девчонки из группы поддержки и над этим смеялась Грейс Фокстер. Сейчас каждое воспоминание было до абсурдности преувеличенным, но казалось Ан правильным. Так и должно быть. Только такого она и заслуживает. Непропорционально толстое тело и маленький рост – раньше она напоминала Шалтая-Болтая, сошедшего со страниц детских сказок. Едва ли сейчас её можно было назвать такой, но и этого ей было мало.

Ан уже давно понимала, что идёт ко дну. Тонет, цепляясь лишь за редкие проблески света в жизни, и её некому спасти. Да в общем-то, вряд ли бы кто-то и захотел её спасать.

У неё были друзья, которых она очень любила. У неё был Джен – человек, который по важности для неё стоял выше всех остальных. Ан безумно хотела хоть кому-то рассказать о всех своих переживаниях, разрыдаться, сказать, что она чёрт возьми больше не может так жить. Взять и рассказать, что вся жизнь в последнее время превратилась в грёбаный ад с нескончаемыми муками, что внутри неё живёт злобный демон, которого ей никак не победить. Но Джен не понял бы.

Никто бы не понял.

Слёзы текли сами собой, и девушка уже не пыталась остановить их нескончаемый поток. Она закусила губу, чтобы ненароком не всхлипнуть, и  слегка поморщилась от боли. Плакать бесшумно – полезный навык. Теперь нужно научиться ещё плакать без слёз.

— Куда без карточки, мистер...? — долетел до неё звучный голос библиотекарши.

Ан спешно вытерла мокрые щёки, и синяк на скуле отозвался ноющей болью, когда она прикоснулась к нему. Несколько раз глубоко вздохнув, она обмахнула лицо ладонью и быстро раскрыла книжку. Девушка услышала тихие шаги. Джен, бесспорно – таким осторожным может быть только он. У Росси даже кошка дома так тихо не ходит.

Две тёплые руки мягко легли ей на плечи, слегка приобнимая со спины, а горячий шёпот обжёг ухо:

— С каких пор ты меня избегаешь?

— Я? — Ан постаралась сделать голос удивлённым. — С чего ты взял?

— Ты пробежала мимо, ничего не сказала, — стоять так было неудобно, но Джену совсем не хотелось её отпускать. — И ещё ты весь день какая-то странная.

— Всё нормально, — палец Ан аккуратно перелистнул страничку. — Не понимаю, о чём ты.

Парень отстранился и обошёл пуфик вокруг. Он присел на корточки, чтобы их глаза были примерно на одном уровне, и едва ощутимо постучал по обложке, за которой Росси спряталась, как за плотными ставнями.

— А теперь посмотри на меня и скажи то же самое, — попросил он, наблюдая, как глаза девушки медленно поднимаются от своего книжного убежища.

Ярко-голубая радужка в переплетении кровавых прожилок капилляров. Одновременно красиво и пугающе. Джен скользнул взглядом по её болезненно-серому лицу, по искусанным губам, и в какой-то момент понял – всё куда хуже, чем он мог даже предполагать.

— Эй, что с тобой творится? — спросил юноша, осторожно убирая тёмно-русую прядку с лица Ан.

— Да хорошо всё, — девушка постаралась придать голосу беззаботный тон, но получился, скорее, истерический. — Я просто немного перенервничала из-за допроса. Думала, если побуду одна, станет полегче.

Звучало вполне убедительно. Все эти события кого угодно выведут из равновесия: странное проишествие на вечеринке, их с Брайаном вчерашняя ссора, допрос. Даже Джену было слегка не по себе.

Но отчего-то тревожный червячок в душе никак не хотел успокаиваться. Ан была не из робкого десятка, и уж явно не стала бы переживать из-за допроса. Даже напротив – если бы ей что-то не понравилось, она послала бы работника полиции куда подальше. Разве могла эта бойкая девочка так перенервничать из-за пары вопросов?

— Как-то с трудом верится, если честно, — заметил он, и Ан отвернулась. — Мне уйти?

— Нет, оставайся, если хочешь.

«Как-то не стыкуется с твоим желанием посидеть в одиночестве» – ехидно подметил внутренний голос, но Росси послала его ко всем чертям. Её отказ наверняка бы задел Джена, но она была благодарна, что он вообще спросил об этом.

— С тобой точно всё нормально? — снова поинтересовался Хилл, усаживаясь рядом. Пуфик просел под их весом, и Ан вздохнула – ей вновь стало некомфортно.

— Да, Джен, — в её голосе слышалась бесконечная усталость.

Беспокойство внутри него нарастало. Раньше она не имела никаких секретов, и даже если была в плохом настроении, это легко объяснялось низкой оценкой и ссорой с мамой. А сейчас? Сейчас он понятия не имел, что происходит, и каждая догадка тревожила Хилла ещё сильнее.

«Неужели ты мне не доверяешь?» – думал Джен, искоса поглядывая на девушку. Было обидно. Он ведь считал её самым близким другом, а Анна отказывалась даже рассказать о своих проблемах.

— Может, тебе стоит пойти домой? Выглядишь измотанной.

«Дом... А есть ли он у меня теперь?».

— Не самый лучший комплимент, — хмыкнула Ан. — Такое девушкам обычно не говорят. Вот всему тебя учить надо.

Боль ушла, и осталось только опустошение, скрытое за фальшивой улыбкой и стандартным «всё нормально». Анна-Мария, позволившая себе минутную слабость, снова возвращалась в облик привычной для всех Ан.

— Какие мы умные сразу стали! Ты как со старшими разговариваешь, а, козявка? — шутливо поинтересовался Джен, хотя на душе скребли кошки. Ан слегка поморщилась, но возражать не стале. — У тебя закончились уроки?

— Ещё математика с Чжан.

— Ты серьёзно? — он слегка приобнял девушку за талию. — Допрос ещё не окончен, у вас по-любому на сегодня всё. Я пойду отпрошу тебя и провожу домой. Можем посидеть у меня, если хочешь.

Росси всегда поражалась его проницательности. Джен, кажется, понимал её и без слов – мол, не хочешь домой, давай побудем у меня. Его забота трогала до глубины души, и теперь Ан снова едва сдерживала слёзы, но уже по другой причине.

— Спасибо, — уголки её губ поднялись в подобии улыбки, и она положила голову ему на плечо.

А юноша даже боялся пошевелиться, чтобы не спугнуть момент, хотя всего минуту назад собирался идти в крыло администрации. Так они и застыли молча, вслушиваясь в негромкое бормотание библиотекарши и шёпот дождя за большим панорамным окном.

*****

Лесли сидела в коридоре, ожидая своей очереди для разговора с полицейским. Рядом с ней расположился Брайан, нетерпеливо барабанящий пальцами по собственной коленке. Помимо них двоих возле директорского кабинета осталось не так уж и много людей – какие-то ребята, которых Лесли видела на вечеринке, среди которых Эмерсон знала лишь Монику Джордан. Та скучающе зевнула и тряхнула копной выкрашенных в тёмно-бордовый волос, чтобы избавиться от сонливости. Лесли вдруг встретилась с ней взглядами, и Моника слегка улыбнулась ей.

— Лес, ты чего задумалась? — спросил Брайан, которому порядком надоело пялиться в стену.

— Просто подумала, а не свалят ли это всё на нас? — девушка напряжённо вздохнула. Невесёлые мысли не покидали её, а вот Брайану, похоже, было абсолютно всё равно. Он лишь отмахнулся от этого вопроса.

— С чего бы? Мы ничего не делали, — достаточно громко произнёс он. Моника и другие ребята с интересом посмотрели на Брайана. — Мы все после этой хрени остались у Мэви, это Джен с Ан там... развлекались.

— Ой, перестань, — осадила его Эмерсон. Моника подвинулась чуть ближе, уже не скрывая своей заинтересованности. — Это не наше дело в любом случае. Да и зачем им трогать Майли?

— Незачем, конечно, — согласно кивнул Сандерс. — Но согласись, это всё странно.

— Странно, — подтвердила Лесли, чувствуя, как в голове снова появляются образы из ночных кошмаров, преследующих её. Перед глазами снова появились образы из её кошмаров, а в ушах зазвучал потусторонний голос... Девушка вздрогнула.

— Эти кресты на дверях меня напрягают, — Брайан понизил голос так, чтобы любопытные уши Моники не услышали его. — Ты думаешь, нам стоит сказать об этом полиции?

— Не знаю, Брай. Но мне кажется, они примут нас за чокнутых.

— Да брось, — юноша угрожающе зыркнул на Джордан, которая подслушивала уже не стесняясь. — Не все же такие скептики как Джен.

Но Лесли не успела ему ответить. Руководствуясь крылатым выражением «вспомнишь лучик – вот и солнышко», мимо них быстрым шагом прошёл сам Хилл. Он не обращал ни на кого внимания, и даже не постучав, скрылся за дверью директорского кабинета. Моника проводила его насмешливым взглядом, а затем вышла куда-то, оставив после себя лишь лёгкий шлейф фруктовых духов.

— Вот ну и что это такое? — спросил Брайан, скосив глаза на вход в комнату. — Его даже Ан так не игнорирует, как он нас сейчас.

— Брайан!

— Ну что? Я уверен, он ночами рукоблудит на её фотки и читает грустные посты на Тамблере, — Сандерс слегка понизил голос и принялся издевательски тянуть: — Ещё никогда я не любил так сильно, моя прелесть...

— Прекрати, говорю! — Лесли едва ощутимо ткнула его в бок. — Это вообще не смешно!

— А по-моему, очень смешно. Кстати, куда после допроса свалил Арден?

— Сказал, в туалет, — хмыкнула Эмерсон. — А там я как-то не хочу вдаваться в подробности. Придёт сейчас, наверное.

— Ну понятно, — Брайан отмахнулся от её слов, чуть поморщившись. — И этот пошёл подро...

— Об. Этом. Не. Говорят. В. Приличном. Обществе. — Голос Лесли отчётливо выделял каждое слово, пока сама она стремительно краснела от взглядов других ребят. Какая-то парочка мальчишек в конце коридора громко заржала. — Когда ты прекратишь вести себя как невоспитанная обезьянья задница?

— То есть о естественных процессах мы не говорим, а о обезьяньих задницах – пожалуйста? Это двойные стандарты, Лесли Эмерсон! — возмущённо завопил  юноша. Девушка снова ткнула его в бок, но сейчас посильнее. — И вообще, где ты увидела в этом курятнике приличное общество?

— Смотрю на тебя, и уже нигде его не вижу, — закатила глаза она.

Дверь распахнулась, и из кабинета вышел хмурый Джен. Он подошёл к друзьям, и устало произнёс:

— Брайан, тебя там зовут. Мы с Ан сейчас уходим, так что пока, ребят, — он приобнял на прощание потянувшуюся к нему Лесли и отстранённо кивнул Сандерсу. Тот угукнул и отправился давать показания.

— У нас же вроде ещё уроки, — заметила девушка.

— Да и пофиг, — Джен слегка отвёл взгляд. — В общем, давай, до завтра.

И он направился к выходу, не заметив, каким задумчивым взглядом посмотрела Лесли ему вслед.

*****

В коридоре второго этажа было непривычно пусто — все ребята, которых не вызвали к директору, разошлись на уроки. Ребекка шла в кабинет, где сейчас должно было быть занятие по английскому, и её негромкие шаги раздавались гулким эхом. Идти на урок не хотелось, и девушка оттягивала этот момент, как могла.

— Ну, что скажешь, Стэнтон? — послышался сзади голос Ардена. Ребекка обернулась и увидела его всего в нескольких шагах от себя. И как это она могла не услышать его в пустом коридоре? — С чего вдруг все эти поцелуи и улыбочки?

— Не обольщайся, я по-прежнему тебя ненавижу, — Ребекка отступила назад, но Арден резко сократил расстояние между ними и замер в метре от неё.

— Биполярочка? — Макрэй ядовито оскалился и поднял брови, всем своим видом демонстрируя насмешку. — О, не переживай, мы найдём тебе хорошего психиатра.

— Как скажешь, Макрэй, — Ребекка любезно улыбнулась, не уступая ему в саркастичности. — Мне психиатра, тебе венеролога. А то вдруг что.

— Ай-ай-ай, и как тебе не стыдно говорить такие вещи, — Арден понизил голос до тихого шёпота с хрипотцой, и Ребекка почувствовала, как крупные мурашки начинают бегать по спине. Но внезапно юноша резко сменил тон. — Чего ты, кстати, распустила нюни там, в спортзале?

— Это не твоё дело, — Ребекка отвернулась и уже хотела уйти в класс, как вдруг Арден взял её за запястье – намного мягче, чем в тот вечер, дома у Мэви.

— Нет уж, говори, — он попытался поймать её взгляд, но девушка специально избегала его. — Обидел кто? Ну хочешь, мы с Брайаном ему рожу набьём?

— Себе набей, придурок, — Ребекка вырвала руку и зашла в кабинет, оставив Ардена в полном одиночестве.

Через каких-то несколько секунд рядом с ним гордо прошагала Мэви, слегка насмешливо оглядывая немного растерянного парня, стоявшего почти в самом проёме двери.

— Знаешь, я всё сильнее беспокоюсь за тебя, — произнесла девушка, чуть вздёргивая брови. — Уверен, что не хочешь поговорить?

— С кем угодно, когда угодно, но не сейчас, — Макрэй поправил лямку рюкзака и прошёл мимо хитро прищурившейся подруги, направляясь в мужской туалет. Мэви устало вздохнула и двинулась в класс.

Ребекка сидела, опустив голову вниз и медленно листая ленту в инстаграме, которую успела обновить несколько раз подряд. Мэви поставила дорогую дизайнерскую сумку на соседний стол, и Стэнтон наконец обратила на неё внимание.

— Золотко, ты вообще в курсе, что у тебя сейчас математика, а не английский? — спросила она. — Или ты уже всё, совсем крышей поехала?

— Ой, — Бекка заозиралась по сторонам. Действительно, здесь сидели ребята классом старше, а она даже не заметила. — Капец. Я, походу, перепутала расписание.

Девушка начала спешно складывать школьные принадлежности в сумку, но Мэви остановила её.

— Брось, куда тебе спешить? Посиди с нами до звонка. Сейчас Арден и Джен с Лесли придут.

В ту же секунду в кабинете появилась Эмерсон. Она уселась рядом с Мэви и буквально огорошила девушек:

— Джен и Ан свалили с последнего урока, — она взяла учебник Коллинвуд и принялась листать в поисках домашнего упражнения. — Я его видела в коридоре у директорской. Он сказал, что они уходят.

— Прекрасно! — слегка недовольно ответила Мэви. — Мы, значит, сидим на уроках, а они прохлаждаются там.

Воцарилось молчание. Каждая думала о своём, разговоривать не хотелось. Пересилившая своё негодование Коллинвуд первой нарушила тишину.

— Ну, чего загрустили? — Мэви достаточно бесцеремонно стукнула ладошками по поверхности парты, заставив обоих девушек слегка вздрогнуть и поднять на неё глаза. — Ну же, давайте, веселье бьёт ключом, последний урок и наконец свобода.

— Я думаю о том, как связаны кресты на дверях и пропавшая Майли со всем этим, — уныло отозвалась Лесли, ощущая, как сразу несколько взглядов с последних парт буквально буравят её спину. — Поэтому, наверное, пойду сегодня в книжный и куплю очередной справочник по нервной системе человека и химическим процессам, чтобы отвлечься.

— Выпендрилась? — фыркнула Мэви, игриво откидывая прядь волос с лица Ребекки, на что та лишь смущённо улыбнулась. — Не все же мы такие зануды, да?

— От зануды слышу, — Эмерсон, наигранно обиженно засмеялась, показывая язык.

— Мы можем позаниматься у меня сегодня, под вино и химия, и право, и даже, прости господи, алгебра, идёт веселее и лучше, — Мэви цокнула языком, несколько раз постучав ноготочком по поверхности парты. — У меня тренировка закончится в четыре. Что думаете?

— Девчонки, ну я правда никак, — бровки Лесли слегка нахмурились, и она провела пальцем по шершавой странице учебника. Девушка была твёрдо намерена посвятить этот вечер разложению событий по полочкам, и, желательно, чтобы об этом пока никто не узнал и не посчитал её больной на голову. — Давайте завтра?

— А я вот согласна, — подала голос Бекка. — Только выпивка с тебя, я тратиться не собираюсь.

— Договорились, — возликовала блондинка, и большие золотистые кольца в её ушах весело звякнули. — Тогда я пошла к Ардену, позову и его тоже...

— Нет, не стоит, — сбивчиво протараторила Ребекка, понимая, что, кажется, попалась на удочку буквально ухмыляющейся во весь рот подруги. — Давай девичник. Только девочки, куча домашки и всё такое.

— Я всё же приду к вам, — неуверенно вклинилась в разговор Лес. Пропустить тусовку означало размножить о себе сплетни про то, что они рассорились, ведь если её не будет в историях в Инстаграме, сплетни поползут с космической скоростью. — Просто немного позже.

— А всё, поезд ушел, — насмешливо пробормотала Мэви, тут же без стеснения рассмеявшись. — Да шучу я. Главное доберись без происшествий и на такси, пожалуйста.

Внезапно гул в классе прекратился, чтобы продолжиться с новой силой буквально через секунду: за окном глухо прогремел гром, словно подгоняемый порывами сильного ветра. Ребекка невольно засмотрелась на очертания качающихся ветвей деревьев в мягком, сером свете. Воздух исказила белая вспышка, и спустя несколько секунд раскат повторился, заставляя её поёжиться. Такая плохая погода держалась уже несколько дней, и все это было непривычно даже для такого места, как Аспенвуд, и от этого Стэнтон было совсем не хорошо внутри, скорее, даже погано.

«Отвратительный город», – подумала девушка, – «Поскорее бы свалить отсюда».

*****

Приятный запах ударил в нос – после уроков Лесли действительно зашла в книжный магазин возле дома. Сегодня тут было более многолюдно, чем вчера, и среди книжных полок бродила миловидная девушка, обслуживающая посетителей. Эмерсон обвела глазами помещение, однако хозяина магазина нигде не было видно.

Она осторожно прошлась между стеллажами с книгами. Пальцы пробежались по переплётам, и Лесли благоговейно замерла, чувствуя эту особенную атмосферу, которая бывает только в книжных магазинах. Эмерсон завернула за угол стеллажа и вдруг столкнулась с кем-то, с силой влетев в незнакомца всем телом.

— Осторожнее, мисс, — тот сделал шаг назад, чтобы дать девушке больше пространства. Подняв голову, Лесли столкнулась с тёмными, проницательными глазами Маттео Росси.

— Ох, — она испуганно отшатнулась, наблюдая за тем, как мужчина смотрит на неё с удивлением. — Вы напугали меня, мистер Росси.

— Мы же вроде договорились, по имени, — Маттео слегка оправил складку на вороте её пальто. — Кстати, ваше имя я вчера так и не узнал.

— Лесли Эмерсон, — произнесла она, чувствуя себя неудобно под этим пронизывающим взором чёрных глаз.

— Лесли, значит, — слегка протянул он, и окинул её оценивающим взглядом. Что-то в его голосе слегка дрогнуло: — Красиво звучит.

— Спасибо, — девушка вдруг почувствовала, как кровь резко приливает к щекам. Захотелось сказать что-то ещё, но на ум приходила лишь одна ерунда, и Лесли прикусила язык, чтобы не сболтнуть лишнего. Неловкая пауза затягивалась.

— Как поживает моя дорогая племянница? — Маттео слегка усмехнулся и поправил неровно стоящие книги. — Думаю, мне проще спросить это у вас, чем у неё самой, ведь она меня не очень жалует.

— Я думаю, всё же лучше вам спросить это у Ан, — Лесли осторожно облокотилась на стеллаж. — Но, думаю, она не просто так вела себя странно сегодня.

— Странно? — озадаченно переспросил Росси.

— Я не знаю, что произошло, но её друг провожал Ан домой, и они почему-то ушли раньше. Может, ей стало плохо, или что-то вроде того. — Лесли вдруг резко почувствовала себя виноватой. — Я думала, вам сообщили. Простите.

— Не стоит извиняться, — мужчина поднял руку в предостерегающем жесте. — Так вы говорите, друг? Мистер Хилл, я полагаю?

— Откуда вы знаете? — поинтересовалась Эмерсон, чувствуя, как её терзает любопытство. И когда это он только успел перезнакомиться со всеми друзьями Ан?

— Нам довелось пересечься вчера вечером, — Маттео слегка улыбнулся, вспоминая эту встречу и чуть склонил голову в сторону. — Что ж, думаю, с этим молодым человеком Анне ничего не угрожает. Но, если с ней и правда что-то случилось, я думаю, мне стоит вернуться домой и проверить.

— Вы правы, — внутри Лесли вдруг снова начала нарастать эта больная обида, которую порождала зависть. Ей было горько от того, что Ан
доставалось столько внимания, а на неё, Лесли, всем было всё равно. Девушка слегка склонила голову вниз, но эта внезапная перемена в настроении не укрылась от Росси.

— Надеюсь, вы простите меня за это, — он отступил на шаг, и на его губах вновь появилась сдержанная полуулыбка. — У меня для вас небольшой подарок, Лесли. Я хочу подарить вам какую-нибудь из этих книг безвозмездно. Любую, какую вашей душе угодно.

— Спасибо, Маттео, но мне немного неловко...

— Я не приму отказа, — сказал мужчина тоном, не терпящим возражений, и Лесли сдалась, чувствуя, как румянец на щеках становится всё более и более насыщенным.

— Хорошо... Вообще любую? — она сделала несколько шажков вдоль витрин, неловко сдувая со лба маленькую светлую прядку, сворачивая от секции классической литературы.

Маттео неслышной тенью прошёл за девушкой, слегка насмешливо наблюдая за тем, насколько ей неловко, и как Лесли пытается это скрыть. Она напустила на себя как можно более бесстрастный вид и поджала губы, словно всё вокруг её не интересовало, а книги ей предлагали взять даром по пять раз на дню.

За окном сверкнула полоска белой молнии, осветив слегка бледное лицо девушки и на долю секунды промелькнув внутри её черных зрачков. Эмерсон сделала несколько шагов к высокому стеллажу, чуть поднимаясь на носочки и с нескрываемым интересом собираясь вытащить большую книгу в красной обложке, но случайно вытащила другую — и она с треском полетела вниз, громко стукнувшись об пол.

— Извините, и как я могла её задеть? — последнюю фразу блондинка тихонько сказала скорее по отношению к себе, нежели мистеру Росси, и тот подавил смешок, наблюдая, как девушка осторожно наклоняется, чтобы взять её в руки. — Еще и такую дорогую, кажется, ох, извините ещё раз, Маттео.

— Постоянно просить извинений — не сама лучшая привычка, от неё стоит избавляться, — буднично подметил он, принимая книгу из рук девушки. — Ну и как, вам интересны оккультные легенды вашего штата?

— Даже не знаю, — она задумчиво провела тоненьким пальчиком по черной обложке, едва хмуря бровки. — Мне кажется, её стоит положить на место, все же, судя по изданию, она очень дорогая.

— Не самый дорогой экземпляр в этом магазине, — произнёс бархатным голосом мужчина, легонько усмехаясь, — Да и она сама упала прямо вам в руки.

По витрине одна за другой медленно забарабанили тяжелые капли дождя, отчётливо выстукивая какой-то

странный ритм.

— Хорошо, тогда я возьму её, — ответила Лесли, мягко улыбаясь и ощущая себя еще более неловко. — Пришла за справочником по биологии, а получила сказания о чёртиках, неплохо.

— Если быть точнее, то тут описываются суды над ведьмами, но немного в непривычной для того времени манере, — рассудительно отозвался Маттео, а затем подошёл к стойке и наклонился, скрываясь из поля зрения девушки на несколько секунд.

— Страшилок мне последнее время и в жизни хватает, — изрекла она, и с любопытством чуть подняла подбородок, чтобы заглянуть за кассу, но в этот момент Маттео вновь выпрямился во весь рост, держа в руках пропитанную терпким запахом кофе крафтовую бумагу.

— Давайте я упакую её, всё же, это подарок, — мужчина нежно прикоснулся к черной обложке, принявшись заворачивать её края. — И какие у вас книжные предпочтения?

— Даже не знаю, — протянула чуть задумчиво Лесли, видя, как взгляд пронзительных глаз мистера Росси на секунду поднялся вверх, едва скользнул по её лицу, и вновь опустился к упаковке. — Я как меломан, только в сфере книг. Читаю обычно то, что попадется под руку. Редко попадалось что-то откровенно плохое, скорее просто вызывало отвращение.

— А если книга вызывает чувство отвращения, то она является плохой? — пальцы Маттео осторожно загнули край бумаги, и он быстро прошёлся по нему острыми ножницами.

— Мне кажется, что если книга вызвала в вас хоть какие-то эмоции, то она, в любом случае, смогла дотронуться до души, а значит её уже можно считать удавшейся. Вы так не считаете?

— Полностью согласен, — коротко ответил мистер Росси и протянул сверток девушке. — Это вам, Лесли, хорошего вечера и чтения. Заходите ещё.

— Спасибо, — поблагодарила его Эмерсон, слегка удивляясь такой смене тона и настроения, но всё же приняла из его рук книгу. — Правда, еще раз спасибо.

Мужчина только улыбнулся, обходя девушку стороной и направился к вошедшей пожилой женщине. Лесли медленно зашагала к выходу, осторожно открывая массивную дверь. Маленький колокольчик звонко звякнул, и она быстрым шагом пошла по улице. Эмерсон посмотрела на небо: тяжёлые серые тучи сгущались над Аспенвудом, словно хотели накрыть город плотным одеялом.

— И откуда ты идёшь? — из потока собственных мыслей её неожиданно вывел Брайан, налетевший на неё прямо из-за спины.

— А? — слегка растерянно выдавила из себя девушка, оглядывая почти что насквозь промокшего друга. — Под ливень попал?

— Мы тренировались, когда он полил, — заметил Брайан, кашлянув. — Мальчики тут же сняли все свои толстовки, чтобы покрасоваться перед черлидершами. Кстати, чего это ты тут делаешь?

— Волнуешься? — со смешком пробормотала Лес, рассматривая грязные кроссовки капитана школьной команды. — Сам-то ты тоже здесь гуляешь, я посмотрю.

— А может и да, у нас всех последнее время талант влипать в неприятности,— едва хмыкнул парень. — Давай я провожу тебя, на всякий случай.

— Я ещё хотела расклеить листовки.

— Потом расклеишь, — отмахнулся Брайан, — сейчас дождь, ты замёрзнешь и простудишься, а все листовки отвалятся, и толку от них не будет. Пойдём.

— Да чего с тобой такое? Что за гиперопека? — с наигранным возмущением спросила Лесли, чуть ускорив шаг: конечно же ей было приятно, что кто-то решил позаботиться об её безопасности, пусть это и друг детства.

— Все эти кресты на дверях, полицейские, которые словно считают каждого из нас преступником... я же джентльмен, не должен даму одну оставлять. — он сам рассмеялся, видя, как уголки губок Лесли взметнулись вверх. — Морды, конечно, бить люблю, но какой джентльмен не любит?

— Сандерс, ты такой дурак, — со звонким смехом Лесли схватила его мокрый капюшон, натягивая его прямо на лоб парню.

*****

Мэви сидела на скамейке и осторожно растирала охлаждающей мазью ногу – тренировка выдалась плодотворной, но при этом девушка умудрилась потянуть мышцу во время поддержки. Девочки из команды по черлидингу обсуждали парней, но Коллинвуд не участвовала в разговоре. Слишком уж она устала, да и к тому же львиную долю сплетен её сверстниц занимал не кто иной, как Арден Макрэй.

— Вы хоть видели его пресс? — мечтательно спросила черноволосая девушка в красно-золотой форме Аспенвудской старшей школы с вышитым на ней маскотом-оленем (7). Остальные черлидерши согласно закивали и захихикали.

— Да, да! — восторженно подхватила вторая. — А эта его улыбка? Он на меня посмотрел, и я чуть в обморок не упала, клянусь вам.

— Как вы думаете, девочки, что у него с этой Майли-то было? — поинтересовалась какая-то темнокожая девчушка с пёстрыми дредами. — Ну никогда в жизни не поверю, чтобы Арден и эта мышь церковная...

— Да ничего, отвечаю, — снова вклинилась черноволосая. — Она скучная, таким парням правильные не нравятся.

Мэви закатила глаза. С большинством девушек из команды она не общалась — не её поля ягоды. Тупые курицы с сеном вместо мозгов, вот и всё. Девушка очень пожалела, что рядом не оказалось Лесли, ведь та умела скрасить даже самую дурацкую компанию. Но нет же, Эмерсон обязательно надо было потащить свою правильную задницу в книжный магазин.

«Да и я хотеля в книзьный магазинь завельнють!» — подражая интонациям Лес, про себя спародировала девушка.

– «Вот ботаничка!».

— Эй, Мэви, — громко позвала какая-то другая девушка. Коллинвуд не знала её имени, да и как-то не считала нужным запоминать, даже если займёт место капитана команды. — Ты же вроде с Арденом дружишь. Может познакомишь нас, а?

— Боюсь, дорогуша, тебе придётся встать в очередь, — ядовито усмехнулась Мэви, вытирая остатки мази с рук о бумажное полотенце. — Правда, там кроме тебя ещё человек триста. Ну ничего, может, к концу года Арден и до тебя доберётся.

Черлидерши захохотали ещё сильнее, а девушка нахмурилась, тряхнув рыжими волосами.

— Да неужели? — она слегка прищурилась, наградив Мэви недобрым взглядом. — А говорят, у него так много девушек, что он кидается на всех без разбора.

— На тебя явно не кинется, уж поверь.

Коллинвуд надменно покосилась на неё, стягивая с себя форму и демонстрируя девушкам дорогое кружевное бельё и фигуру, словно нарисованную кем-то из художников эпохи Возрождения. Пышная грудь, не тонкая, но чётко очерченная талия, подкачанные ягодицы, округлые бёдра – худой Мэви не была никогда, однако, судя по завистливым взглядам некоторых, выглядела она прекрасно.

И вообще, Кира, я думала, на тебя положил взгляд Коллин Митчелл. Или захотела кого-то поприличнее? Ага, мечтай.

— Вот видишь, Кира, Макрэй будет мой! — вновь раздался голос черноволосой. Кира недобро зыркнула на неё.

— Оставьте свои влажные фантазии при себе, — остудила их пыл Мэви, всё так же продолжая красоваться в лифчике. Несколько девчонок уже откровенно пялились на неё, и Коллинвуд это ужасно льстило. — Арден сам разберётся, что и как. Ваш потолок – это защитники из бейсбольной команды.

— То-то я смотрю, ты у нас всё одна ходишь, — усмехнулась Кира. — Или тебе даже защитники в пару не годятся?

— Оставь свою зависть при себе, котёнок, — холодно парировала Мэви. — Я просто не желаю тратить своё время на конченных придурков. Благо, жизнь позволяет поднять планку повыше, чем тебе.

Коллинвуд открыла шкафчик, в котором ещё до тренировки аккуратно сложила свои вещи. Однако сейчас поверх одежды на нём лежала какая-то бумажка. Крупными красными буквами на ней была выведена странная фраза:

«МЫ ПРИДЁМ ЗА ТОБОЙ».

— Ага-ага, приходите обязательно, — девушка злобно посмотрела на команду по черлидингу. Наверняка это было их рук дело. Хотелось устроить скандал, но Мэви была выше всех этих базарных разборок со среднестатистическими тупицами. — Тортик не забудьте.

Скомканный листок метким броском полетел в мусорную корзину. Девушка победно улыбнулась и продолжила одеваться.

*****

Майли не могла понять, где она, что с ней, и как здесь оказалась. Её глаза были завязаны какой-то непонятной полупрозрачой тёмной материей, а руки затекли от верёвок, связывающих её ладони. Девушка не видела ничего, лишь смутные силуэты, и почти не слышала. Словно люди вокруг, а их точно было несколько, были и вовсе не людьми, а лишь бесшумными, невесомыми тенями.

— Отпустите меня!— тихонько простонала Майли, и её глаза защипало от слёз. — Меня же наверняка хватятся.

— Уже хватились, — с нотками сочувствия произнёс чей-то женский голос, мягкий, вкрадчивый. Как раз такие голоса обычно бывают у хороших матерей, что так любят брать на ручки своим детей и успокаивать их, запуская нежные ручки в волосы. Майли заметила, как совсем рядом замерла тёмная тень. Чьи-то тёплые пальцы коснулись тоненькой шеи, и всхлипы девушки стали громче, отчётливее.

— Вы хотите меня изнасиловать? — пискнула Криденс, и из её гортани вновь вырвался жалобный стон.

Тень только обошла её со стороны, и вдруг к ней приблизился второй силуэт, чуть меньше. Маленькие ручки довольно крепко обхватили запястья Майли, выворачивая их, и та почувствовала, как по её ладоням скользит холодный металл, безжалостно проникая под нежную кожу. Девушка протяжно закричала, словно её вопль рвался прямо из сдавленной верёвками грудной клетки.

— Мы не хотим делать тебе больно, девочка, но душа твоя грязна и не заслуживает спасения. — Пальцы стоящей перед ней тени едва дотронулись до подбородка, слегка запрокидывая её голову вверх, но из-за своей повязки и пелены слёз на глазах Майли могла лишь различить смазанные очертания. — Ты веришь в судьбу?

— Верю, верю, — охотно закивала она, чувствуя, как все её пальцы и платок, связывающий руки почти что насквозь пропитались кровью. — Правда, верю.

— Значит, прими свою с честью, — заключил голос, слегка грустно, и Майли почувствовала, как её нижнюю челюсть бесцеремонно оттягивают вниз.

— Нет, нет, нет! — её рыдания смешались с этими словами и Криденс лишь захрипела, чувствуя, как несколько пар рук схватили её за трясущиеся плечи. Силы внезапно покинули её, и она даже не попыталась вырваться, сделав лишь слабую попытку прикусить пальцы женщины, что бесцеремонно вторгались прямо в рот, но тут же получила грубую пощечину.

Майли даже не могла думать, нет, не хотела делать это — она лишь ощущала свои собственные сдавленные рыдания и безумное жжение в ладонях.

Как жаль, что это было лишь началом ада.

— Твои уста — их уста, — чей-то голос, кажется, даже смутно знакомый, раздался словно из тумана прямо над её ушком, и она задергалась с новой силой, ощущая, как чужие пальцы жестоко впиваются в плечи.

Нож прошёлся по середине языка девушки, и та попробовала закричать, ощущая во рту привкус железа. Девушка попыталась сплюнуть ту кровь, что стала наполнять её изнутри, но ей просто не дали это сделать, грубо зажав рот рукой. Майли замычала, понимая, что ей не остается делать ничего иного кроме того, чтобы глотать солоноватую жидкость.

— Твои глаза — их глаза, — другой голос, более жёсткий, раздался откуда-то со стороны и Майли с ужасом завертела головой, понимая, что это всё, кажется, бесполезно. Ее тёмные волосы накрутили на руку и в этот момент кончик ножа прорезал тёмную материю, впиваясь прямо в глазные яблоки – сначала в одно, потом во второе. Рваная повязка соскользнула с лица, но Майли уже всё равно не могла видеть.

Чья-то ладонь наконец разжала её рот и она истошно завопила, выплёскивая всю свою боль и страдания, что за несколько минут обрушились на неё.

— Твой слух — их проводник в этом мире, — едва ли она могла расслышать эти слова из-за собственных криков.  Благодаря выбросу адреналина Майли не воспринимала, что это — реальность. Сейчас была лишь боль, огромная и заполняющая собой всё пространство, всё маленькое тело, которое держали сразу несколько пар рук.

Мочки ушей были одновременно и безжалостно отсечены. Она вновь закричала, также сильно, как в прошлый раз, но сейчас её ударила чья-то рука, прямо по голове, и Майли обмякла, сползая со стула на пол.

Но лежать ей не дали. Девушку вновь грубо подняли за плечи, и она, уже ничего не понимая от невыносимой боли, стала послушной куклой в руках мучителей.

— Твоя смерть — их жизнь.

Кажется, эти были последние слова, которые Майли услышала в своей жизни. Не было такого, как в фильмах — перед ней не пронеслись счастливые моменты из детства. Не было ни усталого лица матери, ни скамеек в приходской церкви, не было ночевок с подругами, не было даже осознания своей смерти. Лишь чей-то злобный смех, который звучал в голове, буквально сводя девушку с ума окончательно.

Нож вспорол её ребра, и под облегченные и радостные вздохи вокруг, Майли упала вниз, чтобы больше уже никогда не встать и получить вечный покой после всех этих истязаний.

Единственная награда, доступная телу, сделавшему последний мученический вздох.

_______________________________

АВТОРСКИЙ КОММЕНТАРИЙ:

Цифрами, помеченными в скобках, обозначены мнения и термины, которые могут нуждаться в разъяснении.

(1) – отсылка к фильму «Телекинез», снятому по роману Стивена Кинга «Кэрри». Мнение о фильме показано через призму восприятия Мэви Коллинвуд.

(2) Нэнси Дрю — литературный и кинематографический персонаж, девушка-детектив.

(3) – отсылка к фильму-катастрофе «Аполлон-13», известному так же по фразе «Хьюстон, у нас проблема».

(4) истина в вине (лат.)

(5) Слэм – действие публики на концертах, когда люди намеренно толкают друг друга ради выплеска эмоций.

(6) Содом и Гоморра – города из библейской легенды, которые были уничтожены огненным дождём за распутство их жителей. Фраза была произнесена директором с намёком на интимные отношения Джена и Ан.

(7) Маскот – персонаж-талисман, символ какого-либо коллектива: спортивной команды, школы, организации и т.д. В Америке многие школы имеют своего маскота, а так же связанную с ним атрибутику – например, форму спортивных команд, флаг школы с его изображением или сувенирные игрушки.