Глава 48. Ужасное утро
романтичным, как вечер.
Элис проснулась с тяжёлой головой и ощущением, будто кто-то аккуратно, но настойчиво стучит внутри черепа молотком. Сначала она даже не поняла, где находится — мягкое одеяло, рядом спит Джинни, а в горле сухо, как в пустыне.
Она попыталась повернуться, но в животе неприятно закрутило, и ей стало ясно: дело плохо.
— Ммм... — простонала Элис, зажмурив глаза.
Джинни, уже привычная к таким звукам после лет с братьями, приподнялась на локтях:
— Что с тобой?
— Кажется... я... — Элис не успела договорить, потому что новая волна тошноты вынудила её резко вскочить и рвануть к ванной.
Джинни, едва успев откинуть одеяло, побежала следом.
— Только не на ковёр, прошу! — успела крикнуть она, но Элис уже захлопнула за собой дверь.
Склонясь над умывальником, Элис тяжело дышала, стараясь успокоить рвотный спазм. «Какого чёрта... От виски я никогда так себя не чувствовала...» — пронеслось в голове.
Через минуту за дверью послышался стук.
— Элис? — это уже был Фред, в голосе которого смешались беспокойство и что-то вроде сдержанного смеха. — Жива там?
— Не разговаривай со мной... — простонала она, опершись лбом о холодный край раковины.
— Ну всё ясно, — вмешалась Джинни. — Её шампанское доконало. Ставлю галлеон, что к вечеру она ещё и на свет смотреть не сможет.
— Ага, — хмыкнул Фред, — значит, вина на мне нет.
— О, поверь, ты всё равно виноват, — мрачно бросила Джинни, уходя за стаканом воды.
Фред остался у двери.
— Кошечка, ну что, выносить тебя на руках до кухни или сама дойдёшь?
— Если ещё раз назовёшь меня так в таком состоянии, я тебя укушу, — буркнула Элис, но уголки губ всё же дрогнули.
***
Элис уже лежала в постели, укутавшись в одеяло так, что торчал только лоб и кончик носа. Джинни сидела рядом, перебирая свои волосы и изредка бросая на подругу сочувственные взгляды.
— Никогда больше... — пробормотала Элис, слабо шевеля рукой. — Никогда больше шампанского.
— Ну, ну, — Джинни усмехнулась, — все так говорят... пока не наступает следующий раз.
Элис закатила глаза, но отвечать не стала — любое лишнее слово отзывалось в голове тупой болью.
Через пару минут дверь в комнату тихо скрипнула, и появился Фред с видом победителя. В руках он держал маленький пузырёк с мутно-зелёным зельем и кружку горячего чая.
— Та-да! — торжественно произнёс он. — Лучшая комбинация в мире: целебное зелье от похмелья и чай с мёдом.
— Убери от меня всё, что пахнет едой, — простонала Элис, зажимая нос.
— Это не еда, — усмехнулся Фред, подходя ближе, — это спасение. Давай, приподнимайся.
Она нехотя выбралась из-под одеяла, и Фред сел на край кровати, аккуратно подставив руку, чтобы поддержать её за спину.
— Пей, — сказал он мягко.
Элис поморщилась, но послушно отпила зелье. Оно оказалось отвратительно горьким, и она едва не закашлялась.
— Мерлин, что за гадость?!
— Гадость, которая через десять минут поставит тебя на ноги, — подмигнул он, забирая пустой пузырёк.
Джинни наблюдала за ними с едва заметной ухмылкой.
— Мама бы тобой гордилась, Фред, — сказала она. — Такой заботливый брат... или не брат.
Фред бросил на сестру предупреждающий взгляд, а Элис, хоть и страдала, не смогла не усмехнуться.
***
Минут через десять Элис действительно почувствовала, что тяжесть в голове стала отступать, а в желудке больше не крутило так безжалостно. Она откинулась на подушки, тяжело выдохнув.
— Видишь? — довольно сказал Фред, сидя всё так же рядом. — Я же говорил — сработает.
— Сработало... — нехотя признала Элис, но тут же нахмурилась. — Только теперь я хочу просто лежать.
— Не-а, — Фред решительно поднялся и потянул её за руку. — Лежать после похмелья — самое плохое, что можно сделать. Надо воздухом дышать.
— Я и так дышу, — пробормотала она, вцепившись в одеяло.
— Это не считается, — ухмыльнулся он и, прежде чем она успела снова спрятаться, подхватил её на руки.
— Фред! — возмущённо пискнула Элис, но сил сопротивляться не было, и она лишь прижалась к его плечу.
— Всё, кошечка, пойдём. На улице свежо, солнышко, птички поют... а ты выглядишь так, будто неделю жила в подземельях.
Джинни, сидевшая на кровати, фыркнула:
— Только не забудь, что она может снова побледнеть, и тогда у тебя на руках будет не романтика, а катастрофа.
— Рискую, — подмигнул Фред и понёс Элис вниз по лестнице, игнорируя её ленивые протесты.
Снаружи утренний воздух оказался действительно удивительно свежим — пахло травой, землёй после ночной росы и далёким дымком из кухни, где Молли явно уже готовила завтрак. Фред аккуратно поставил Элис на ноги, но всё ещё держал за руку.
— Видишь? — сказал он, — уже лучше.
Элис нехотя согласилась, хотя в глубине души ей было приятно, что он так настойчиво заботится.
***
Элис остановилась на дорожке, глядя на дом, из которого уже доносились аппетитные запахи жареного бекона и свежего хлеба.
— Фред... — она потянула его за рукав, — я хочу есть, пошли завтракать.
— Ты всегда хочешь есть, — ухмыльнулся он, даже не сбавляя шаг. — Особенно после того, как вчера решила устроить себе шампанское-марафон.
— Я серьёзно, я со вчерашнего дня не ела, — нахмурилась она, — мне кажется, я сейчас упаду прямо тут, если не съем хотя бы тост.
— Вот поэтому мы и гуляем, кошечка, — назидательно произнёс он, сжав её пальцы. — Чтобы твой желудок не взбунтовался снова.
— Мой желудок уже давно готов ко всему, — буркнула она, но Фред упёрся:
— Нет, ещё круг по саду — и пойдём.
— Ты издеваешься? — Элис остановилась и скрестила руки на груди. — Это что, наказание?
— Это забота, — с самым невинным видом ответил он, хотя в глазах плясали насмешливые искорки. — Ты выглядишь всё ещё бледной.
— Я бледная по жизни, — парировала она, но он только усмехнулся и снова потянул вперёд.
В итоге Элис сдалась, но всю оставшуюся прогулку ворчала вполголоса, нарочно упоминая, что слышит запахи завтрака даже здесь. Фред же, довольный своей победой, только изредка сжимал её руку и делал вид, что не слышит.