Глава 21
ГЛАВА 21
Последние красные полосы солнечного света исчезали с неба, когда Однозвёзд брёл по болоту в сторону лагеря племени Ветра. Каждый мускул его тела стонал от усталости, но ещё хуже была тяжесть на сердце и душе.
С каждым шагом лап он не мог избавиться от воспоминаний о Дымушке: её прекрасном мягком мехе, её игривости, восхищении в её глазах, когда она смотрела на него. Её обиженный взгляд, когда он отказался принять её в племя и стать отцом их малышу. А теперь она была мертва.
— Мне жаль, Дымушка, — пробормотал он вслух. — Я не хотел, чтобы всё так закончилось.
Однозвёзд надеялся, что где—то — там, где сейчас обитает дух Дымушки, — она услышит его и, может быть, даже найдёт в своём сердце силы простить его.
В конце концов сожаление и вина за Дымушку уступили место страху перед Темнохвостом. Страх рос в его животе. Он жалел, что не мог увидеть сына, пока тот был у Двуногих, и выяснить, правда ли то, что ему сказали.
«Где сейчас Темнохвост? И о чём он думает? Чувствует ли он вину за смерть Дымушки? Обижается ли он на меня?» — размышлял Однозвёзд.
Внутри него зашевелился червячок ужаса: он боялся, что Темнохвост всё ещё сердится на него и может попытаться его найти. Он вспомнил, как Снежинка сказала ему, что Темнохвост убил Дадли, и спросил себя, стоит ли ему опасаться за себя или племя.
«Мог ли он проследить за мной весь путь сюда, на территорию племён?»
Однозвёзд фыркнул, отбросив свои опасения как абсурдные. Он не видел Темнохвоста у Двуногих, и у него не было причин предполагать, что Темнохвост видел его. Кроме того, он не учеником, только что вышедшим из детской. Он не думал, что какой-нибудь кот, тем более необученный броляга, мог проследить за ним до самого болота и не остаться незамеченным.
Но видение своей судьбы, неумолимо ступающее по его следу, не покидало его. Он бросил нервный взгляд через плечо, но не увидел ничего, кроме пустых просторов болота.
«Где ты, Темнохвост? Суждено ли нам встретиться снова?»
Глубоко задумавшись, Однозвёзд не заметил как близко подошёл к лагерю, пока торопливые шаги лап не вывели его из задумчивости. Три кота мчались к нему из кромешной тьмы; впереди шёл Кролик, за ним Белогрудка и Головешка.
— Где ты был? — спросила Белогрудка, её глаза были полны бешенства. — Где ты был так долго? Мы подумали, что с тобой что—то случилось.
— Да, я уже начал думать, что мне следует отправиться к Лунному Озеру, чтобы попросить Звёздное племя о моих девяти жизнях, — съязвил Кролик. В тоне глашатая прозвучал намек на юмор, противоречащий беспокойству в его глазах. — Надеюсь, путешествие того стоило.
«Я тоже на это надеюсь», — подумал Однозвёзд, размышляя о своём настоящем путешествии. Он был тронут заботой своих соплеменников, но не мог рассказать им правду о том, почему его так долго не было.
— Да, мой визит к Лунному Озеру был полезен, — ответил он, поглаживая хвостом плечо Белогрудки. — Но на обратном пути я заметил несколько горностаев, направлявшихся к лагерю, и прогнал их. Когда горностаи ушли, я оказался в части леса, которую никогда раньше не видел, там всё пропахло лисами.
— Ты встретил их? Ты ранен? — спросила Белогрудка, с тревогой осматривая его.
— Нет, я не видел лис, — успокоил её Однозвёзд. — Я выбрался оттуда довольно быстро. Я был на краю Двуногого места — думаю, это было недалеко от того места, где Грач и остальные нашли Сумеречницу. Я пересёк Гремящую Тропу и укрылся от лисиц в саду Двуногих. Начался дождь, и я укрылся в маленькой норе Двуногих. И, представляешь, на следующее утро, когда я проснулся, Двуногий пришёл и закрыл меня!
Головешка покачал головой — Двуногие!
— Я мяукал и мяукал, — продолжал Однозвёзд. Он придумал эту историю на обратном пути и должен был признать, что получил неожиданное удовольствие от рассказа. — Но блохастый Двуногий не обратил на это никакого внимания. Должно быть, я просидел в ловушке несколько дней! Если бы там не было мыши или двух, я мог бы умереть с голоду. «А если они заметят, что я не похудел? — с тревогой спросил он себя. — Может быть, если я просто продолжу говорить...»
— И никакого выхода не было? — спросил Кролик.
Однозвёзд покачал головой. Он и сам уже почти начал верить в маленькое, тёмное логово Двуногих. — В конце концов Двуногий снова открыл нору, и я сбежал. Не думаю, что этот глупый меховой шарик даже понял, что я там был. И после этого я вернулся, но мне понадобилось два или три дня, чтобы найти дорогу. И вот я здесь. Простите, что заставил вас беспокоиться, — добавил он, — но убедиться, что горностаев больше нет, было моей первоочередной задачей.
— Это здорово, что ты защитил племя, — мяукнул Головешка.
— А ещё ты мышеголовый, что сделал это в одиночку! — прошипела Белогрудка.
— Да, она права, — согласился Кролик, раздраженно вильнув хвостом. — Предводитель племени не должен в одиночку сражаться с опасными горностаями. Ты слишком важен.
Однозвёзд кивнул, испустив вздох. — Спасибо, Кролик. Я обещаю, что если эти злобные твари будут замечены снова, я организую патруль и разберусь с ними раз и навсегда.
Он направился в сторону лагеря, сопровождаемый Белогрудкой, их шкуры соприкасались. Однозвёзд чувствовал сильное чувство вины за то, что так расстроил и встревожил её.
«Но это надо было сделать, — подумал он. — И, похоже, мне сошло это с лап», — когда вошёл в своё логово и с благодарностью улёгся в гнездо.
Однозвёзд всё ещё думал о реальной опасности, которая могла появиться на горизонте. Он мог только надеяться, что эта опасность окажется такой же незначительной, и ему не придётся больше беспокоиться о ней или лгать своему племени.
***
Снег лежал толстым слоем на лесной подстилке, и Однозвёзд пробирался между деревьями, чувствуя, как ледяной холод пробирает его лапы. Сосульки сверкали в лунном свете, свисая с ветвей. Все листья опали. Он подумал, что, должно быть, находится в небольшом лесном массиве на границе с племенем Ветра, хотя точно не знал этого места.
Однозвёзд услышал хруст шагов лап, направлявшихся в его сторону. Однако он никого не мог разглядеть в белой мгле. И вдруг перед ним открылись два поразительно голубых глаза, отороченных черным мехом. Потеряв дыхание от ужаса, он узнал кота, которого в последний раз видел совсем маленьким котёнком. Темнохвост!
Темнохвост набросился на него и прижал к земле, шипя на ухо, подняв лапу, чтобы вонзить острые когти в горло Однозвёзда.
Однозвёзд проснулся и обнаружил себя в собственном логове. С минуту он лежал, и благодарил себя за то, что встреча со страшным котом была лишь сном. Поднявшись на лапы, он долго потягивался, а затем вышел на открытое пространство, решив съесть кусочек добычи и посмотреть на звезды, пока его мысли не успокоятся и он не сможет снова заснуть.
Но по пути к куче свежей добычи он заметил белого кота, который сидел на вершине лощины и смотрел на болото. Всё, что он мог разглядеть, — это загривок и округлые плечи; луна была скрыта за облаками, поэтому трудно было разобрать детали, но что—то в этом силуэте заставило его решить, что это Темнохвост.
«Не будь мышеголовым! — Однозвёзд попытался успокоить себя. — Как Темнохвост мог найти меня здесь?»
Сердце заколотилось в горле, ещё бы чуть-чуть и оно бы остановилось, но Однозвёзд вовремя остановился. Он не хотел будоражить всё племя. Если его сын действительно последовал за ним на новые территории, ему нужно было время подумать, прежде чем представить его своим соплменникам.
Однозвёзд бесшумно пересек лагерь и стал подниматься по склону к белому коту. — Темнохвост, это ты? — пробормотал он, приближаясь. — Прости, я не хотел, чтобы всё так обернулось.
При звуке его голоса кот сел и повернулся к нему. Однозвёзд остановился, внутри него боролись шок и облегчение. Это был не кот, и не Темнохвост. Это была Белогрудка. Однозвёзд понял, что сейчас её очередь охранять лагерь. Видя её только со спины и при плохом освещении, он не узнал её.
Сколько она слышала?
— Однозвёзд? — его приятельница бросила на него озадаченный взгляд. — Что ты здесь делаешь? И о чём ты мяукал? Что—то о сожалении?
— Прости… да, мне жаль, что ты расстроилась. — Однозвёзд был благодарен, что она явно не слышала всего, что он сказал, и особенно имени Темнохвоста. — Я не хотел так долго отсутствовать.
— Ну, это была не твоя вина. — Белогрудка наклонила голову, приглашая его сесть рядом с ней. — И ты вернулся. Это самое главное.
Устроившись рядом с ней, Однозвёзд наслаждался мягким мехом и знакомым сладким запахом.
«На болоте спокойно, — подумал он, глядя на холмы. — Племя в безопасности, и Белогрудка рядом со мной. Жизнь хороша».
Ему нужно перестать беспокоиться о Темнохвосте и наслаждаться тем, что у него есть. Темнохвост никак не мог найти его.
Но он не мог совсем забыть о Темнохвосте и о мысли, что когда—нибудь в будущем их пути снова должны сойтись.
Если так, то ему придётся с ним встретиться. Но не сейчас.
Времени ещё много.