Валькирия

Жар был невыносим. Земля плавилась под ногами, а небо, окрашенное в яркий багровый оттенок, навевало сон.

Перспективы вырисовывались нерадостные: спечься или заснуть мёртвым сном. Впрочем, одно другого не исключает.

Мира отёрла вспотевший лоб. Она уже жалела, что так оделась, собираясь в ледяные чертоги: куртки полетели наземь вместе с шапкой и шарфом.

Дорога была одна. Как будто девочка могла заблудиться! Её клятва гнала её вперёд, чуть заворачивая вправо.

Как ей не хотелось следовать обещанию! Но на кону слишком много.
Какой бы честной и смелой она ни была, эта цена слишком высока.

Клеть высилась с два человеческих роста. Раскалённые добела прутья искрились тысячами заклинаний. Замка не было. Только магический узел, изрядно одряхлевший от времени.

Внутри колыхалось что-то невнятное. Оно то билось о стены, то стихало, затаясь в углу. Мира внезапно почувствовала жалость к тому, что там заключено. Оно напоминало ей... Её саму.

А ведь она даже не знает, за что этого духа здесь заперли! Надо было бы поинтересоваться, а потом принимать решение, но эмпатам трудно действовать из принципа "Сначала думай, потом делай", особенно в таких обстоятельствах.

Как же ей открыть этот чёртов Ящик Пандоры?!

Будто отзываясь на её мысли, туман сгустился в человеческую форму.

- Привет.

Снеговеи знали толк в современной моде, даже проведя столетия в дали от прогресса.

Представший перед девочкой парень едва ли мог похвастаться хоть одним прыщом. На вид ему было никак не больше 15. Но обманчиво юное лицо не могло скрыть проницательного оценивающего взгляда. Бледность делала его похожим на привлекательного эльфа-аристократа.

- Ну здравствуйте, я ваша тётя! Они что издеваются?! - пробормотала Мира, вернув дар речи. - Обязательно было принимать именно ЭТОТ облик?

- Что не так с моим обликом? Мне показалось, что тебе привычней видеть людей? Но, если я ошибаюсь, могу стать орком...

Он начал менять форму снова. Скворцова поспешно отказалась от этого представления.

- Нет, Вы правы: так было лучше. Как открыть эту клетку? Я, собственно, за этим и пришла

Снеговей тут же поскучнел.

- Это невозможно. Эту гадость делали профи. Сплошной купол, другое измерение, бла-бла-бла...

Валькирию прошиб холодный пот. Сколько ещё духи знают о ней? Сколько банк о её скромной персоне ходит в загробном и прочих мирах?

- Видите ли, я здесь, видимо, для этого и есть. Так что давайте прекратим расшаркиваться, и я приступлю к делу. Как это открыть.

- О, всего лишь перейти в это измерение и вытащить меня. Но ты так не умеешь, правда ведь?

- Зря сомневаетесь, мистер Злодей, - вздохнула Мира и нырнула в молочную белизну межмирья.
...

Нужное измерение было рядом. Только руку протяни.

Но Мира знала: сделай она это - тут же окажется заключена в этой же ловушке. И, возможно, уже не выберется. Никогда.

Она подвинулась к границе. Слой тумана немного рассеялся. Оттуда на неё взглянуло лицо.

Сейчас оно лишь отдалённо было похоже на человека. Оно было событиями.

Теми, что звучали несколько сотен лет назад. Она видела обрывки, но их было достаточно.

Много страданий, ярости, боли и жгучей ненависти ко всему роду человеческому. Да, люди провинились перед ним.

Лишили всего и бросили. Заперли. Стёрли с лица земли.

Не он начал войну тогда. Но он продолжит сейчас. Обязательно. Это читалось в его слишком пылком для снеговея взгляде.

Девочке жгуче захотелось отвернуться. Она не могла выбирать между этим существом и другими десятками вояк.

С одной стороны, это очевидно, что выбрать стоит людей, многие из которых её друзья.

Но с другой... Она просто не могла противиться! Эмпатке было банально жаль его. Она видела его горе. Испытывала на себе. Те, другие, далеко. И они не томились многие десятилетия в клетках в этой адской жаре.

- Пусть вся кара за этот поступок и все утраты за него лягут на меня. Только на меня. Больше ни на кого. Прошу, - прошептала в отчаянном порыве Скворцова.

И ударила по клетке с Изнанки, обходя ловушку.

...

Её тело переполнила жгучая радость. Не её радость - ЕГО.

- Держись, - не своим голосом проговорила девочка, протягивая руку.

В неё легло что-то холодное, как утренний туман. Мира вытянула снеговея в свою реальность. Она села на песок и разрыдалась. Что она наделала?!

- Жалеешь, что отпустила меня?

- А сам-то как думаешь? - выдавила Скворцова, от горя перейдя на "ТЫ".

- Ты сделала правильно.

- Я убийца. Вы ведь начнёте войну снова. Погибнут люди.

- И всё же ты поступила верно. Хочешь, я покажу почему? Смотри.

Мира открыла отёкшие глаза. Прямо перед ней сияли две льдистых радужки. Так близко, что они заслоняли целый мир.

Валькирия увидела в них настоящее: заводы, машины, дым на горизонте.

Увидела будущее: смутное белое пятно с мелькающими туда-сюда тенями. От смога не было видно дальше метра.

А прошлое она знала уже давно.

- Ты помнишь 17-18 век?..

- МММ... Нет. Мною тогда и не пахло.

- Но есть же у вас уроки истории, в конце концов! Промышленная революция. Заводы. А дальше? 20-ый. 21-ый. Все эти века я был в заточении.
Весь дым, который я вымывал из воздуха и воды, поглощал вашу планету. И поглощает, пока я с тобой разговариваю. Кроме личной войны, я имею много рутинных обязанностей.
И, знаешь, ты, как и я, просто пешка. На каждого дано своё количество могущества. И ответственности. Ваша экология будет выпоавляться. Я позабочусь об этом.

Ради тебя - ходящей между мирами, которая всегда останется обвиняемой, но никогда не станет виновной.

Ради тебя - Валькирии, которая никогда не узнает пьянящий вкус настоящей силы, но всегда будет её воплощением.

Ради тебя, Мира Скворцова, - девочки, которая никогда не научится любить как в сказке, но всегда будет влюблена на зло Судьбе.
...

Радужки отодвинулись. Мира застыла соляным столбом, не смея сдвинуться, оглушённая жестокой правдой. Она виновна в этом правильном кошмаре. ПРАВИЛЬНОМ! КОШМАРЕ!

И никто её больше не простит. Ну, что ж... Значит, она примет заслуженное наказание.

- Я отправлю тебя домой, смелая девочка. И будь спокойна за судьбу родных и близких: ты теперь взяла их страдания на себя, глупое дитя, - прошелестело у неё в голове и стихло эхо Снеговея.