Мортем

Ⅰ

Влечение между двумя людьми сложно объяснить, а точнее, сложно объяснить, почему с одним человеком мы с самого начала чувствуем какую-то химию, а с другими нам приходится силой вызывать у себя ответные эмоции. Внешняя симпатия часто играет важную роль в формировании отношений, она может дать шанс абсолютно пустому человеку и отвергнуть непривлекательного для нас.

Лея хоть и находила Ричарда привлекательным, но не видела, как их отношения в будущем могли бы стать более близкими, чем дружеские, пока не позвонила Юрию после сеанса и не рассказала ему обо всем, начиная от впечатлений и дальнейших планов и заканчивая цветом стен в кабинете. Опустила Лея лишь детали самой беседы, они вызывали у нее неприятные ощущения.

— Что-то я не до конца понимаю, зачем тебе набиваться ему в друзья, — сказал в итоге Юрий с некоторой долей скептицизма. Друзья говорили по видеосвязи, и голос Юрия дополнялся недоумением, выразившимся на его лице.

— Я хочу разузнать внутреннюю обстановку «Мортема» и устроиться туда на работу.

— Но ты можешь сделать это и сама. Думаешь, если тебе скажут, что нет рабочих мест, какой-то человек сможет все исправить?

— Именно так я и подумала, да, — развела руками Лея, — это называется кумовство.

Юрий засмеялся.

— Нет, Лея, это было бы кумовством, если бы ты была дочерью Ричарда, а так это какая-то лажа. Если ты думаешь, что твой Ричард станет тебе другом, то с таким же успехом он станет и твоим любовником.

Лея издала смешок.

— Странное сравнение. Между дружескими чувствами и любовными большая разница...

— Но в обоих случаях Ричард покажет себя с непрофессиональной точки зрения, — перебил Юрий, пытаясь убедить Лею, — я думаю, ты и сама все понимаешь. Если Ричард окажется настолько плох, то зачем ограничиваться дружбой? Дружба хороша, да, но тебе дольше придется заслуживать доверие.

— В том-то и дело, что он неплох. Он профессионал, Юра. Мне кажется, я страдаю какой-то херней, — Лея с тихим и глухим звуком прислонила голову к стене. Она смотрела на Юрия, ощущая безвыходность.

— Ну-у, есть еще один вариант: читаешь книги про крутых хакеров и взламываешь все данные на компах «Мортема», — Юрий подставил пальцы к подбородку так, будто придался серьезным размышлениям.

— К сожалению, я не Лисбет Саландер, — Лея улыбнулась, обнажив зубы, — конечно, тогда бы все стало проще, да и все данные мне не нужны. Только имена.

— Ты уверена в этом? –– то ли с недоверием, то ли с интересом спросил Юрий.

— А есть причины для чего-то большего?

— Если у тебя есть возможность идти до конца, то ты пользуешься ею. Считай мои слова наблюдением со стороны.

— Приму за комплимент, но сейчас все по-другому. Если боишься, что я стану слишком фанатичной, можешь не переживать по этому поводу.

— Ладно, как скажешь, –– Юрий не поверил словам Леи и решил на время закрыть тему, –– ты все-таки подумай над моим предложением. Просто я не вижу в вашей дружбе никакого смысла. Если ты хочешь там работать, то устроишься туда без чьей-либо помощи.

— Окей, подумаю, — Лея не хотела дальше развивать тему отношений с Ричардом.

«Не с ним. Не сейчас».

— Окей, подумай.

После разговора Лея действительно долго размышляла над идеей, которую выдвинул Юрий. Она не верила в чудеса, но верила в теорию вероятности и в свою удачу. По теории вероятности у Лея были мизерные шансы на успех, с удачей же дела обстояли совсем неоднозначно.

«Мне ничего не стоит прикинуться влюбленной, — думала Лея, — и также ничего не стоит разузнать о вакансиях. Пока у меня есть хотя бы это, а дальше... Посмотрим по ситуации».

***

После первого сеанса прошла ровно неделя. Что-то внутри подсказывало Лее, что дальше ее могут ждать лишь ужас и разочарование и, возможно, ей лучше сдаться, чем создавать себе и другим лишние проблемы. Но Лея не слушала этот голос. Она слушала другой — более настойчивый и хитрый, который не переставал подстегивать ее и рисовать картины возможного развития событий. В них Лея достигала успеха, начинала свое дело и легко разбиралась в том, что раньше казалось ей слишком сложным.

В течение недели Лея также старалась предаться боли и смириться с ней. Лея больше не закрывала глаза на тоску и принимала ее, как естественную реакцию на смерть близкого человека. Она также старалась снизить темп жизни до привычного умеренно-быстрого: меньше разговоров, работы, тренировок, но, увы, не самокопания. Лея прикладывала много усилий для того, чтобы вернуться в прежнюю колею, но на кое-что пока была не в силах влиять — она стала больше курить. Если раньше она позволяла себе своровать у Рамона всего пару сигарет в день, то сейчас и не замечала, как рука сама тянется к новой порции никотина.

«Со мной все не в порядке, — думала Лея, сидя в ночь перед сеансом на кухне и докуривая последнюю сигарету из третьей пачки за день, — я и не с таким справлялась. И с этим справлюсь»

В 12:58 Лея подходила к кабинету Ричарда. День выдался удивительно теплым, поэтому ее плащ был расстегнут, а волосы наэлектризованы от недавно снятого шарфа. На этот раз Лея постучала, потому что пришла раньше времени. Услышав приглушенное «входите», она зашла. Ричард сидел в кресле для сеансов и с улыбкой приветствовал клиентку.

Лея впервые взглянула на Ричарда с точки зрения своего потенциального партнера. Он совсем был не похож на Юрия — выше, крепче и старше. Его выражение лица всегда выражало теплоту, даже когда глаза оставались пустыми.

«Все-таки это не мой типаж. Наверно, дело в телосложении, да и прическа у него не очень», — думала Лея, пока вешала плащ на длинную вешалку у входа и проходила вглубь кабинета. Она все еще не хотела делать поспешных выводов, но уже склонялась к тому, что не сможет себя заставить притворяться рядом с ним. Все-таки в словах Юрия было больше сухих предположений, чем реальных советов.

— Здравствуйте, — сказала она, заняв свое место в кресле.

— Добрый день. Как вы себя чувствуете? — в привычной холодно-вежливой манере спросил Ричард.

— Мне стало немного легче, — без преувеличений ответила Лея. «Немного» было лучшим описанием ее успехов, так же, как и «приемлемо» лучше всего передавало ее душевное состояние.

— Я очень рад за вас. Какие вы заметили за собой изменения в течение недели?

Лея вновь потянулась к перстню на указательном пальце. Она подняла глаза вверх, и, сформулировав для себя выводы, озвучила их Ричарду:

— Я стала больше присушиваться к себе и оставаться наедине с собой. Мне кажется, что даже чувство вины немного ослабло.

— Угу, — протянул Ричард, молча наблюдая за клиенткой. Лея понимала, что сказала недостаточно. Глаза ее снова направились вверх, она продолжила говорить:

— Почему-то я задумалась о своих близких. Хотя меня окружает много людей и у меня есть те, кому я могу доверять, я все равно чувствую себя одиноко, будто я лишилась какой-то части себя.

— Эти люди не слышат вас так, как слышал Рамон?

— Да... Рамон понимал меня буквально с полуслова и был единственным человеком, с которым меня не обременяли какие-либо связи, я могла разговаривать с ним, не думая о том, что я говорю и как.

— То есть только с Рамоном вы могли быть настоящей? — уточнил Ричард.

— Да. Он... Пожалуй... Единственный человек, который знал меня от и до.

Наблюдая за Леей, Ричард заметил, как у нее краснеют глаза, когда она слышит имя друга, но не это поразило его. Он впервые обратил внимание на то, как ситуация Леи и Рамона похожа на его собственную историю с Вероникой, вот только у этой девушки с ушедшим другом не было романтической связи. Ричард, наконец, понял, почему Лея показалась ему знакомой. Ее мимика, движения, некоторые черты лица напоминали ему бывшую возлюбленную. Лея была намного выше Вероники и, возможно, именно это сначала сбило Ричарда с толку. Он вспомнил, как Вероника однажды в шутку сказала: «Хотите меня узнать? Спросите у Ричарда, он знает меня от и до». В голове его то и дело крутились эти слова «от и до», образы, воспоминания, как Вероника сидит перед ним и сжимает в руке медиатор от гитары. Вероника обожала гитару, скупала и коллекционировала всевозможные медиаторы. Она всегда носила парочку медиаторов с собой как антистресс, любила нежные наряды и занималась рисованием на досуге, хотя сама училась на биолога, она была такая разносторонняя, она была...»

Ричарда стало не по себе от накативших воспоминаний, он взглянул на Лею и уже не мог видеть перед собой обычную пациентку. Он мотнул головой.

Лея не знала, как реагировать. Она не понимала, что сказала не так и усердно принялась искать в своих фразах скрытый смысл, но безрезультатно.

— Признаюсь, у меня будто дежавю, — сглатывая слюну, ответил Ричард. Он пытался побороть внутреннюю дрожь, от которой избавлялся столько лет, — но мы сейчас не об этом... Так... Тогда вполне естественно, что расставание с ним — это трагедия. Я вас очень понимаю, — не выдержал Ричард, после того как впустил личную жизнь в терапию, — мне это откликается.

Воцарилось тягостное молчание. Самыми громкими в комнате сейчас казались наручные часы Ричарда. Они били ему по вискам. Ричард сидел в ступоре вместе с Леей.

«Что мне делать?! Я же не могу начать его успокаивать или что-то еще... Ну и ситуация. Может просто попрощаться и уйти? Черт, нет. А что еще можно сделать?!» — Лея судорожно прокручивала варианты развития событий. Подобное никак не входило в ее планы.

Ричард сделал глубокий вдох, затем с шумом выдохнул и откинулся на спинке кресла, заговорив томным и мрачным голосом:

— Нам нужно завершить на сегодня терапию. Прошу вас покинуть кабинет.

Лея ужаснулась, нерешительно потянулась за своей сумкой, медленно встала, стянула с вешалки плащ и поспешно удалилась, стараясь максимально тихо закрыть за собой дверь.

Ричард не обращал ни на что внимания, тиканье часов больше не беспокоило его, а шум улицы, доносившийся из открытого окна, стал ненавязчивой симфонией. Ричард так долго не думал о ней, что поразился самому себе и даже расстроился, когда понял, что в лице Леи предстал безумным.

К счастью, у него было достаточно времени, чтобы прийти в себя перед следующим клиентом. Периодически он видел образ Вероники перед глазами, а за ним другой — образ Леи.

«Мне нельзя продолжать с ней терапию», — сделал для себя вывод Ричард.

Он позвонил Михаилу и договорился с ним о досрочном сеансе по окончании рабочего дня. Ричард не спешил покидать кабинет. Он оставил себя без любимого кофе после обеда, не выходил в туалет, сказал Раисе, что слишком занят и не сможет к ней заглянуть.

Около пяти вечера дверь распахнулась настежь и в проеме показалась София. Девушка иногда заходила к Ричарду после обеденного перерыва или под конец дня, чтобы договориться о встрече.

— Свободен сегодня? Я вчера была в тако-о-ом классном рестике, хочу тебя пригласить! — казалось, что с появлением Софии в кабинете стало слишком шумно. Ричард хотел скорее вернуться в прежнюю тишину.

— Нет, у меня были другие планы, давай позже об этом поговорим, — он ответил строже, чем хотел, но София никогда не обижалась на его сухие интонации, поэтому просто пожала плечами и с прежней бодростью в голосе сказала:

— Как хочешь, в следующий раз зовешь ты, — и уже развернувшись к Ричарду спиной, она помахала ему на прощание и удалилась так же быстро, как и зашла, не дав ему ответить и унеся с собой свою кричащую и не всегда уместную энергию.

Все, что сейчас было нужно Ричарду — поговорить с психологом. Он так сильно погрузился в свои чувства, что не запомнил, как закрыл кабинет, вышел из «Мортема» и оказался у Михаила. К счастью, долгожданный сеанс быстро направил Ричарда в нужное русло, однако груз на его сердце при всем желании и стремлении не сдвинулся ни на сантиметр. Каждый год, что проходил без Вероники, Ричард думал лишь об одном: «Я могу ее отпустить», — и каждый год преподносил ему новые причины для воспоминаний. Ричард пытался воспроизвести лицо Леи, но не видел ничего, кроме Вероники. Он сомневался в своем восприятии чужой внешности, и его это пугало.

Он написал Лее сразу после того, как вошел в квартиру. Сказал, что не сможет больше продолжать терапию и предложил ей помощь в поиске нового специалиста. Ричарду ранее не приходилось прибегать к подобным мерам, но этот новый опыт его не сильно расстраивал.

«В жизни все бывает впервые. Такое может случиться с каждым», — успокаивал себя Ричард, беспокоясь больше о своем душевном состоянии, чем о потере одного из клиентов.

Ответ Леи не заставил себя долго ждать. Сообщение было немногословным. Она лишь ответила: «Я все понимаю. Спасибо за помощь».

Ричард выдохнул. Он был абсолютно уверен в том, что говорит с Леей в последний раз.

***

Всю дорогу до дома Лею сопровождали неприятные мысли.

«Если он так резко завершил сеанс, значит, с большой вероятностью мне не стоит ждать следующего».

Сначала Лея хотела рассказать о случившемся Юрию, но в последний момент передумала. Безусловно, мнение со стороны порой играет немалую роль в принятии конечного решения, но она не собиралась заводить напарников и, тем более, отвлекать Юрия от основной работы. Для себя Лея решила, что впредь будет излагать только сухие факты, не вдаваясь в подробности и не принуждая кого-либо давать советы. Плюс ко всему, ей не очень понравился их последний разговор. Юрий явно не понял бы почему, даже если бы Лея сказала напрямую. Несмотря на весь их общий опыт, он все равно считал Лею жестче, чем она была на самом деле.

Прямо же сейчас она разрывалась между желанием написать Ричарду и просто дождаться каких-либо действий с его стороны.

«Все-таки не я остановила тот сеанс. Мы не договорились о следующей встрече, толком не попрощались, бросили тему на полпути... Нет, я буду ждать. Ричард не сможет так просто оставить эту ситуацию!»

На несколько часов Лее удалось забыть о «Мортеме». Она так устала следовать привычному распорядку, что решила отдаться чему-то новому, открыла кулинарный сайт и начала искать для себя наиболее сложные рецепты. Тяжелее всего ей давалась выпечка.

«Торт! Я испеку торт! — озарило ее за секунду, — хоть какой-нибудь. А завтра приглашу Ксю к себе. Она съест любой, даже самый отвратительный», — эта мысль звучала, как крик отчаяния от безысходности, но Лея не придала этому значения.

Ее выбор пал на бисквитный торт с кремом «пломбир». Лея сходила в магазин, купила все необходимое и начала творить. Она любила аккуратность во всем: сразу же мыла миски и тарелки, протирала следы от муки, старалась делать все точно и без лишних движений, словом, усложняла и без того трудную для себя задачу.

За такую дотошную чистоту Рамон часто называл Лею идеальной соседкой. Домывая последнюю ложку, Лея вспомнила его слова. Рамон не переставал тенью ходить за ней по пятам. Деятельная энергия сразу сменилась апатией и воспоминаниями о детстве. Лея вновь переживала первую поездку на море вместе с классом в десять лет — тогда они с Рамоном потратили все карманные деньги на водяные пистолеты и донимали ими друг друга всю неделю. Дошло даже до того, что это желанное оружие оказалось со злостью выброшенным в урну. Затем Лея вспомнила их с Рамоном первую ссору, настолько глупую, что причины разногласий так и остались под вопросом. Затем думала о переезде, поступлении, праздниках, которые проводили вместе...

Лея достала сигареты из кармана плаща, купленные по дороге домой, и выкурила сразу несколько. Толку от этого не было никакого. Оставался лишь неприятный привкус во рту и стойкий запах в квартире, который нравился Лее больше, чем сам процесс курения.

Через полчаса зазвонил таймер, напомнив о том, что готов бисквит. Разрезать его на равномерные коржи у Леи не получалось, где-то выходило слишком тонко, где-то, наоборот, толсто. Она начинала понимать, почему не печет торты. Этот процесс ей уже надоедал.

«Пойдет», — резюмировала Лея, глядя на результат своего труда. Торт слегка кренился вправо, крем не везде лежал равномерно, но эти неидеальные мелочи даже добавляли ему какого-то очарования.

Лея с облегчением выдохнула и убрала торт в холодильник. Она чувствовала боль в шее, докучавшую ей всякий раз, как она бралась за готовку. Лея попыталась массировать больной участок, затем обратила внимание на свой внешний вид и поняла, что ее аккуратности явно не хватило, чтобы уберечь домашние шорты и майку от следов крема.

Она переоделась, закинула вещи в стиральную машину и без сил развалилась на диване. Телефон завибрировал.

«Как вовремя», — подумала Лея, проверяя уведомление.

«В смысле хочет закончить терапию?! — она резко вскочила с кровати, — неужели я настолько ему о чем-то напомнила? Нет... Нет, так не пойдет».

Она в спешке искала решение. Ответ пришел быстро, но назвать его правильным вряд ли у кого-то повернулся бы язык. У Леи не было никакой гарантии результата, но ей очень хотелось верить, что видит Ричарда не последний раз.

***

Очевидно, если бы не тот случай с клиенткой, сегодняшний вечер Ричард проводил бы в компании Софии. С того момента, когда София заглянула к нему в кабинет, они с больше не разговаривали. Ричард хотел ей позвонить, но представил, как излишняя экспрессивность девушки проникает ему под кожу, и остановил себя. Он все еще чувствовал, что уединение для него сейчас очень важно, и старался доверять своему телу.

В соседней квартире кто-то отмечал день рождения. Ричард прислушивался к их веселому вечеру: приглушенным песням, занимавших первые строчки музыкальных чартов, чужому смеху, звукам топающих в ритм ног. Он считал себя хорошим соседом. Шум за стеной не доставлял ему неудобств, Ричард мог ощутить умиротворение и среди тысячи самых противных звуков вокруг, и в кромешной, пугающей тишине, настолько сильной, что ощущаешь, как кровь бежит по венам. Уголек тихо мурлыкал у хозяина под боком, дополняя домашнюю атмосферу. Нет, Ричарду сейчас совсем не хотелось видеть Софию.

Телефонный звонок его испугал. Он отвлекся от ноутбука и посмотрел на номер звонившего. Непроизвольно сердце Ричарда забилось чаще. Несколько секунд он раздумывал, затем принял вызов.

— Здравствуйте, — с безразличием в голосе ответил он.

— Здравствуйте, Ричард. Мы можем поговорить? — мягко спросила Лея.

— Я же написал, что не смогу больше вас вести, и вы, вроде как, поняли, — Ричард не хотел показаться грубым, но его голос прозвучал сейчас так, будто Лея — последний человек, с которым он сейчас желал разговаривать. Может, это так и было.

— Я знаю, просто... Вы больше не мой психотерапевт, а я — не ваша клиентка. Я редко позволяю себе такое, но почему-то я не могу выкинуть вас из головы. Я вам напомнила о прошлом, но это не значит, что... В общем... Может, вы дадите шанс чему-то новому в жизни? Я не знаю, чем вас задела, я совсем не знакомый вам человек, и все же... Черт, если бы вы не завершили досрочно нашу терапию, я бы сделала это сама через пару недель. Не знаю, зачем я вам звоню. Не хочу потом жалеть о том, что не попробовала, — Лея нарочно делала короткие паузы и пыталась показать спутанность мыслей. Она считала, что именно так повела бы себя девушка, которая волнуется во время романтических признаний.

— Кхм, — откашлялся Ричард, подбирая слова. — Простите, но я не могу вам ничем помочь. Свяжитесь с кем-нибудь из предложенных мною специалистов. До свидания, Лея.

Ричард завершил звонок и кинул телефон на диван. «Хм, — думал он, — как-то это нехорошо и очень странно».

***

Звонок был вынужденной мерой для Леи. Ей пришлось соврать Ричарду, хотя она до последнего старалась оставаться честной. Свою речь Лея посчитала легкомысленной, слишком уж хотела придать словам достоверности. Удалось ей или нет —это уже не имело значения. Теперь Лея могла опустить руки с достоинством. Ее боевой дух еще сопротивлялся проигрышу, но все-таки тоже потихоньку ослабевал. «Дело ритуальных услуг» зашло в ожидаемый тупик, из которого она больше не видела выхода.

Ⅱ

С каждым годом от Ричарда отдалялось все больше людей. Их собственные семьи, дети, новые знакомства, затмевавшие старые, не предполагали гармоничного существования рядом с добрым дядей Ричардом. Связь с людьми из прошлого поддерживалась на уровне поздравлений с праздниками и фразой: «Как-нибудь нужно встретиться», — сказанной не из искреннего желания, а просто из вежливости.

Ричард часто напоминал себе о том, как хороша его жизнь сейчас: независимость, постоянная работа, надежный друг, наличие хобби — все, что нужно для комфортного существования, вот только наступавшее осознание своего одиночества тут же отодвигало все предыдущие аргументы на второй план. Бывало, Ричард не мог вспомнить, в какой момент началась череда его молчаливых часов и одиноких ночей, но, вспоминая, хотел поскорее о них забыть.

Он не видел в предложении Леи какого-то расчета, он не знал ее планов и реальных причин для появления в «Мортеме», поэтому ее звонок стал для Ричарда настоящей неожиданностью и дал ему много пищи для размышлений.

«Я не двигаюсь дальше. Прошло семь лет, сколько это еще будет длиться? Есть ли в этой ситуации какой-то сакральный смысл? Послать мне кого-то, кто напоминает о прошлом, чтобы показать, готов ли я к будущему? Объективно, Лея не Вероника, да и никто не Вероника. Лея верно говорит, она для меня незнакомый человек, я видел ее два раза в жизни, я даже не могу вспомнить, как она выглядит, сомневаюсь, что ее образ в моей голове соответствует реальности», — чтобы проверить последнюю мысль, Ричард полез в сеть и стал искать фотографии Леи в соцсетях.

Девушка все еще была похожа на Веронику, но уже не так, как раньше.

«Фотографии недостаточно. Я не могу полностью оценить масштаб проблемы. А может...», — Ричард не любил упускать знаков от Вселенной, он не был скептиком и часто убеждался в том, что его сознание формировало действительность, а не наоборот. Он практически принял решение, но отложил его до утра понедельника. Двух выходных ему было более, чем достаточно, чтобы трезво взглянуть на ситуацию.

Свободное время Ричард решил посвятить себе и дому. В субботу он посетил тренажерный зал и провел влажную уборку в квартире, а в воскресенье полдня ухаживал за комнатными растениями и, если кого-то такое времяпрепровождение могло вогнать в уныние, то Ричард лишь наслаждался процессом, воспринимая уход за цветами, как отдельный способ медитации.

Вечером того же дня Ричард без сил лежал на диване, удивляясь тому, как монотонная работа может так вымотать. Он все лежал и думал, пока цепочка мыслей не привела к Лее. Видимо, сейчас его разум был достаточно чист, чтобы снова задать волнующий вопрос.

«Так да или нет?» — поколебавшись некоторое время, он решил, что да, конечно, да. Хотя бы ради того, чтобы подтвердить свои догадки.

Решение все еще казалось более близким к спортивному любопытству, чем к безумству, поэтому Ричард, кивнув самому себе, укрепил свою тягу к действиям, но все же отложил их на более подходящее время.

Ричард не заметил, как заснул, поэтому удивился, когда открыл глаза и увидел проблеск рассвета за окном. Как Ричард ни старался, он так и не смог сомкнуть глаз после своего слишком раннего пробуждения. Часы показывали шесть утра. В половину седьмого Ричард перестал сопротивляться организму и встал с дивана.

Он собрался на работу слишком быстро, и чтобы отвлечься, взял в руки недавно купленную книгу Макса Фрая. Он начал читать, сидя на кухне с чашкой ароматного кофе. Это помогло.

По дороге на работу Ричард отправил Лее сообщение с предложением встретиться в своем кабинете в два часа дня. Он не планировал какого-то долгого разговора. Ему хватило бы и пяти минут, чтобы расставить все по местам.

***

Лея, в отличие от Ричарда, выспалась и проснулась ровно к тому моменту, когда на ее телефон пришло сообщение.

08:32 Ричард
Доброе утро, Лея. В два часа дня у меня обеденный перерыв. Можем встретиться

Ричарду удалось ее удивить. Она перечитала сообщение и сначала не поверила, подумала, что мужчина ошибся номером, а потом совсем засомневалась, но не хотела переспрашивать. По большому счету ночной звонок Лея совершила от безысходности, как если начинаешь падать и цепляешься за все, что есть под рукой. Странно, что ей все-таки удалось зацепиться.

Лея ответила Ричарду короткое: «Хорошо, я приду». Она всегда любила держать ситуацию под контролем, поэтому сейчас почувствовала дискомфорт. Ее мысли крутились вокруг «Мортема» и Ричарда, ей не оставалось ничего, кроме как сидеть и ждать встречи.

Лея вспомнила об испеченном вчера торте. Он оставался нетронутым , а сейчас у нее пока еще не было аппетита. Она обратилась к Ксюше с просьбой приехать на выручку. Сестры договорились встретиться в семь вечера, и Лея успокоилась.

***

Войдя, она сразу поймала на себе взгляд Ричарда, будто тот знал, в какой момент та переступит порог кабинета.

— Здравствуйте, — сказала она, закрыв за собой дверь.

Лея села на свое место. Только тогда Ричард заговорил:

— Добрый день, Лея.

Больше он ничего не говорил, просто смотрел на нее.

Все в нем ей виделось другим: и голос, и положение тела, но особое внимание Лея обратила на глаза Ричарда — теперь они не казались безучастными, наоборот, он изучал ее и не пытался этого скрыть.

Ричард позвал Лею только с одной целью — понять, насколько сильно он сам себя ослепил. Он смотрел на черты лица Леи: на ее волосы, телосложение, стиль и сопоставлял их с Вероникой. Он все еще видел в этих двух девушках что-то общее, но теперь не придавал их внешнему сходству никакого значения.

— Зачем вы меня позвали? — с упреком спросила Лея. Ей не нравилось, когда за ней так нагло кто-то наблюдал.

— Хотел кое-что проверить, — ответил Ричард и, наконец, откинулся на спинку кресла, перестав рассматривать Лею.

— И как? — она все больше начинала злиться.

— Я сделал некоторые выводы для себя. Признаюсь честно, вы мне напомнили одного человека из прошлого, из-за этого мне и пришлось прекратить терапию. Сейчас я смотрю на вас и понимаю, что мой мозг частично гиперболизировал проблему. Я прервал наши сеансы, потому что боялся новых триггеров, я не мог поступить по-другому, — Ричард выдержал небольшую паузу. — Ваш звонок меня удивил, и не тем, что вы позвонили, а тем, что вы мне сказали. Сначала на первом месте у меня стоял ваш укор по поводу прошлого, но потом я вспомнил о вашем признании, и...

— Прошу, только не надо анализировать мои действия, — протянула Лея, перебив Ричарда, — не нужно говорить, что мои чувства вызваны какими-то проблемами с отцом или что-то вроде того. Есть факт –– вы мне понравились, и есть ваша реакция. Все, больше ничего. Я не привыкла сдерживать своих чувств и эмоций. Я лучше один раз услышу отказ, чем буду терзать себя надеждами, — сейчас Лея думала о Юрии и том предрассветном разговоре. Фактически Лея говорила Ричарду правду, но ее не покидало острое чувство недосказанности.

— Как опытный хирург на автомате выполняет свою работу, так и я примечаю для себя некоторые особенности в человеке, даже не желая этого, — развел руками Ричард, — но я не собирался вам сейчас говорить именно об этом. Лея, в своей жизни я редко поддаюсь необдуманным решениям. Я взвешиваю «за» и «против» и только потом понимаю для себя, что делать и как, но раз уж посторонний мне человек сказал то, что не должно читаться по глазам, я думаю, в жизни нужно что-то менять.

— Например? — Лея действительно не понимала, к чему клонит Ричард, но у нее были оптимистичные догадки на этот счет.

— Не хотите прогуляться сегодня вечером? — спросил Ричард более мягким, чем обычно, голосом.

— Сегодня не могу, буду есть торт со своей сестрой, — Лея всегда ставила Ксюшу выше остальных. Она могла бы выбрать Ричарда вместо родителей, знакомых и тем более вместо Юрия, который сам предложил Лее более близкие отношения с мужчиной, но ни она, ни Ксюша никогда бы не отменили встречу ради кого-то другого.

— Какой-то семейный праздник? — спросил Ричард.

— Нет, я просто испекла торт, — смеясь, ответила Лея.

— Как интересно, — задумчиво проговорил Ричард, — а завтра вы свободны?

— Завтра да. Планов пока не строила.

— Тогда напишите мне свой адрес. Договоримся о времени позже.

— Хорошо, — Лея встала и направилась к выходу, — тогда... До завтра.

— Да. Удачи вам, Лея, — Ричард одарил ее легкой улыбкой, и Лея, помахав на прощание, вышла из кабинета.

Он откликнулся на признание Леи по нескольким причинам, главной из которых было желание проверить — несет ли их встреча какой-то смысл или же Ричард просто так тратит время. Еще его интересовал триггер, сработавший у него в кабинете. Ричард предполагал, что такое может случиться еще раз, и, если все-таки случится, то им точно не по пути.

Так или иначе, они оба рассматривали вариант близости не с точки зрения чувств, а из какого-то личного интереса, но если у Ричарда не возникало даже мимолетных мыслей об обмане с ее стороны, то Лея вышла из кабинета со смешанными эмоциями.

«Почему он так просто согласился? — думала она. — Он не в отчаянии, не настолько плох, неужели ему что-то от меня нужно?»

Единственным, с чем Лея могла связать поведение Ричарда, было искреннее любопытство, с которым тот разглядывал ее несколькими минутами ранее.

«Будь что будет», — заключила Лея. Предложение Ричарда вселило в нее уверенность, она снова твердо стояла на ногах и могла представлять себе будущее. Самое сложное, как казалось Лее, уже позади, и неважно каким образом и с какой долей везения все случится. Такие детали не особо интересуют того, кто стремится к результату. «Любой результат — это удача вперемешку с упорным трудом», — так однажды сказал Лее отец. И, пусть эту мысль не назовешь новой, Лея ее запомнила, как одну из самых больших мудростей, которую ей говорили родители.

Вечер с сестрой прошел живо и весело, на время оградив Лею от всего происходящего. Они еле осилили по два куска — к удивлению Леи, торт оказался вкусным — а затем заговорили об отвлеченном. Подобно тому, как Ксюша вытаскивала Лею из пучины препятствий и тягостей жизни, так и Лея отвлекала сестру от всего, что связано с дизайном, чертежами и колористикой. Им обеим казалось, что проще обходить темы стороной, чем углубляться в них, но в особенно сложных ситуациях сестры могли часами обсуждать проблемы друг друга.

Лея не стала рассказывать Ксюше о Ричарде, решив сделать это позже, когда хотя бы перейдет с ним на «ты».

— Ты к нам в гости хоть собираешься? Родителям мало сообщений и звонков. Я не рассказываю им, что вижусь с тобой, но, мне кажется, они и сами все понимают, — Ксюша всегда начинала говорить более серьезно, когда разговор заходил о родителях.

— Собираюсь. На выходных схожу, не переживай. Если что-то спросят, скажи, что я завалена работой после болезни.

— А ты думаешь, я им что-то другое говорю? — с иронией спросила сестра.

Лея рассмеялась.

— Спасибо, — с благодарностью в глазах ответила она.

***

Лея написала Ричарду адрес только после одиннадцати, когда Ксюша уехала домой.

23:38 Лея
Я смотрела прогноз погоды. Завтра обещают дождь. Не самое лучшее время для прогулок

Ричард сразу прочитал сообщение и несколько минут раздумывал над словами Леи.

23:42 Ричард
Хотите встретиться где-нибудь в кафе?

23:43 Лея
Почему-то именно сейчас я не хочу в людные места. Мне хватает людей в обычной жизни. У меня осталась половина недоеденного торта. Не хотите попробовать?

Ричард непроизвольно улыбнулся.

23:44 Ричард
Почему бы и нет? Я могу подъехать к семи вечера

Они обменялись еще парочкой формальных сообщений, коротко попрощались и каждый для себя сделал промежуточные выводы.

«Нет, Рами, ты ошибся, — подумала Лея, — Ричард не так прост, как кажется».

Ⅲ

Ричард, как и Лея, редко опаздывал, поэтому в семь вечера он уже стучал в ее дверь. Войдя внутрь, он увидел перед собой Лею в домашних свободных штанах песочного цвета и белой футболке, которая, с виду, даже Ричарду была бы велика, если бы тот решил ее примерить.

— Приветствую вас в своем скромном жилище, — пытаясь скрыть волнение, Лея всегда включала защитную реакцию. Выглядела она при этом глупо, но люди считали это частью отработанного образа, а не признаком тревоги.

— Рад здесь оказаться, — подыграл Ричард, чтобы не смущать собеседницу.

Лея улыбнулась.

— Одежду повесьте вон на ту вешалку рядом с зеркалом, — показала она, — ванная находится за этой дверью, ну а кухню отсюда и так видно.

— Да, — отозвался Ричард, — я сейчас приду.

Пока Лея чем-то гремела на кухне, Ричард мельком осмотрел ее квартиру. Сколько бы Лея ни проветривала помещение, в квартире все равно ощущался запах сигаретного дыма вперемешку с какими-то восточными благовониями.

«А Вероника не переносила запах сигарет. Как иронично», — подумал Ричард по пути в ванную.

Когда он вышел оттуда, ему бросилось в глаза яркое пятно искусно расписанного шкафа в спальне. По количеству цветов радуги на квадратный метр с комнатой Леи могла конкурировать только кухня. Казалось, такое изобилие красок должно отвлекать и нервировать, но Ричарду, почему-то, наоборот стало от этого спокойнее.

— Мне тоже нравится, — сказала Лея, заметив, как Ричард рассматривает каждую деталь комнаты, — я даже другие квартиры смотреть не стала.

— Очень подходит вашему характеру.

— Да-а, — протянула Лея, — тут и не поспоришь... Почему мы все еще на «вы»? — спросила она, остановившись посередине кухни с чашкой в руках.

— Ты права, мы уже не в том положении.

— Отлично, — Лея улыбнулась и продолжила расставлять столовые приборы.

— Тебе помочь? — спросил Ричард, немного привстав.

— Нет, сиди, уже все готово, — Лея взяла в руки маленький стеклянный чайник, доверху наполненный ароматным черным чаем, но, прежде чем поставить его на стол, спросила, — Чай или кофе?

— Растворимый?

— Да.

Ричард поморщился.

— Нет, спасибо. Давай чай.

После недолгих приготовлений Лея, наконец, села рядом с Ричардом. Перед ним на блюдце лежал большой кусок торта. Чтобы не обидеть хозяйку, он решил попробовать предложенное угощение.

— Ну как? — с неприкрытым интересом спросила Лея.

— Очень неплохо, только в следующий раз постарайся лучше пропитать коржи.

— О-о-о, так ты эксперт? — Лея подняла одну бровь в изумлении, — теперь мне и моему торту уже не так комфортно, как раньше.

— Не эксперт, так, любитель, — Ричард покрутил ладонью в воздухе, — можешь сказать себе и своему торту, что вам нечего стыдиться.

— Это радует, — ответила Лея.

Около пяти минут двое сидели в тишине. Когда Ричард доел кусок, Лея спросила:

— Признавайся: ты ставишь на мне эксперименты?

— Что? — Ричард опешил и непонимающе взглянул на нее, а она изучала его хитрыми глазами и крутила ложку между пальцев.

— Еще у себя в кабинете. Сидел разглядывал меня, а сейчас позвал на прогулку. Все бы ничего, если бы не твои действия до этого, о которых, я думаю, не стоит напоминать.

— Да, ты меня раскусила, — пожав плечами, ответил Ричард, — но, как я уже, по-моему, говорил, эксперименты я провожу не на тебе, а на себе самом.

— Так зачем ты здесь сейчас? — шепотом спросила Лея.

— Ты хотела меня узнать поближе, так? — Ричард отодвинулся от Леи.

— Допустим, — она кивнула. Ей не нравилось, что Ричард уходил от ответа, и она демонстративно скрестила руки на груди.

— Ты и не представляешь, но у нас с тобой одинаковые желания. Я тебе хочу кое-что предложить: давай задавать друг другу по очереди вопросы от нейтрального к более личному, и по очереди отвечать. Моим последним личным вопросом к тебе будет: «Почему ты решила связаться со своим психотерапевтом, которого знаешь несколько дней?» — а ты, в свою очередь, придумай какой-нибудь вопрос для меня.

У Леи пробежали мурашки по коже.

«Ну и что я ему скажу? Вряд ли я смогу правдоподобно соврать...»

— Хорошо, — после нескольких раздумий ответила она, — мы же будем честны друг с другом?

— Да, иначе теряется смысл.

— Кто начнет первым?

— Дамы вперед, — Ричард выставил руку перед собой в знак приглашения к разговору.

Из ответов Леи он выяснил, на кого она училась и кем работает сейчас, узнал информацию про друзей и семью, про ее окружение и отношение к жизни в самых разных аспектах, даже про отношение к Богу и к религии в целом. Поинтересовался о ее чрезмерной любви к кольцам, особенно серебряным, с неприкрытым интересом выслушал историю про тот самый перстень с черепом, который оказался подарком от Ксюши, сделанном несколько лет назад (Лея до сих пор не хочет знать, откуда у сестры появились на него деньги), а также о немногочисленных романах Леи, которые всегда заканчивались одним и тем же. Каждый ее ответ он сопоставлял с образом Вероники. Выходило так, что сходились девушки только в одном — они обе ставили критическое мышление намного выше слепой веры во что-либо. Казалось, чем дольше Ричард смотрит на Лею, тем сильнее меняется ее внешность, возможно, на это повлияла колоссальная разница между девушками.

Лея же задавала Ричарду много типовых и даже несколько глупых вопросов. Она получила относительно бесполезные сведения о детских мечтах Ричарда, о его сильных разочарованиях и промахах, об отношениях с семьей, затем попросила показать фото Уголька и посетовала на то, что у нее никогда не было питомца –– так она хотела потянуть время, прежде чем они оба зайдут в тупик. Она не знала, что отвечать Ричарду на последний вопрос. Ей очень хотелось быть честной, но в здравом уме она никогда бы не смогла признаться в том, что просто решила его использовать. Про любовь с первого взгляда уже ни шло и речи, Ричард явно понял, что она за человек. Лея предполагала, что именно поэтому он предложил эту «игру» в вопросы.

«Ладно, пора с этим заканчивать», — сдалась Лея, устав от самой себя.

— В общем-то все, остался последний, — Лея облокотилась на спинку стула и посмотрела Ричарду в глаза, — ты готов к нему?

— Я готов, спрашивай.

— Окей. Почему ты завершил наши сеансы?

Ричард скривил рот, отведя взгляд в сторону. Затем, собравшись с мыслями, обратился к Лее:

— Предсказуемый вопрос, но тем не менее важный для меня. Отчасти я тебе сейчас отвечу, в чем заключается мой эксперимент. Дело в том, что семь лет назад умерла моя невеста. Ее смерть сильно меня подкосила. Я правда долго прорабатывал эту травму у своего психолога. Несмотря на более-менее удачный результат, она до сих пор мне иногда снится, а еще раньше у меня часто срабатывали триггеры при упоминании о чем-либо, связанном с ней. На сеансе ты сказала, что Рамон знал тебя «от и до» — и на этих словах у меня, впервые за два года, сработал триггер, но, что еще хуже, я увидел в тебе ее. В тот же вечер я сходил к психологу. Тот задал мне правильные вопросы, я обдумал ситуацию, но продолжать вести терапию с тобой я не решился. Я думал, история так вот и закончится. Не хочу тебя обидеть, но я был бы рад такому исходу. А потом ты мне внезапно позвонила. Это показалось мне странным. Я захотел взглянуть на тебя более трезвым взглядом, и, как и ожидал, Вероники я в тебе больше не увидел. Я не знаю, почему это произошло именно с тобой, но смею предположить, что всему виной мое эмоциональное состояние в последнее время и некоторое внешнее сходство между вами, которое я не могу отрицать. Мне стало интересно, насколько сильно человеческий мозг способен исказить картину перед глазами...

— И поэтому позвал меня на прогулку?! — перебила Лея. — Ты сейчас нас весь вечер сравнивал? Понять не могу, я для тебя что, подопытный кролик какой-то?

Лея разозлилась, но не из-за поступка Ричарда — здесь они стоили друг друга — а из-за того, что Ричард задел ее самолюбие, чего Лея не позволяла делать никому.

— Я решил изменить свой последний вопрос, — Ричард как будто пропустил слова Леи мимо ушей, — судя по твоим ответам, ситуация, где ты признаешься в чувствах взрослому незнакомому мужчине в принципе невозможна. Я тебе честно рассказал о своих намерениях, какими бы эгоистичными они ни были, поэтому я жду от тебя того же, — голос Ричарда был похож на тот, каким он разговаривал на сеансах — спокойный, не отражающий эмоций.

Злость Леи вмиг сошла на нет. На секунду она опешила.

«Черт. Видимо, это конец».

— Ладно, — сказала Лея, громко выдохнув, — Я закурю. Ты не против?

Дождавшись одобрительного кивка, Лея взяла в руки сигарету, подожгла ее и жадно затянулась.

— То, что я скажу, может показаться бредом и навязчивой идеей, так что прошу просто выслушать меня.

Ричард немного поддался вперед, показывая, что внимательно слушает.

«Вот и закончилось мое глупое расследование, — думала Лея, — возомнила себя какой-то Нэнси Дрю, теперь меня туда даже не работу не возьмут».

— Насколько ты знаешь, а ты теперь обо мне знаешь практически все, — с упреком сказала Лея, — я училась на юридическом и хотела стать следователем, но, увы, не сложилось. Реальная работа оказалась слишком унылой. За пару недель до смерти Рамона Юра мне сказал, мол, стань частным детективом, и твоя жизнь заиграет новыми красками. Я серьезно над этим думала, эта профессия казалась интересной, да и конкурентов вроде бы немного. Потом я узнала о Рамоне и, соответственно, о «Мортеме». Сидела днями и ночами дома после его смерти, я много раз задумывалась о том, как жить дальше и, самое главное — чем заниматься. Хотелось отвлечься, все поменять. Рамон оставил мне кое-какие записи и, на самом деле, сильно меня подтолкнул... Я еще разговаривала с Юрой, он тоже сказал, что я должна попробовать, затем я взяла себя на «слабо» и, таким образом, решилась прийти в «Мортем». Зачем мне идти туда, чего я хочу добиться? — Лея ухмыльнулась. — Ну, хорошему частному детективу не составит труда найти тех, кто стоит за «Мортемом», а этого я, признаюсь, хочу очень сильно. И, раз ты такой умный, то сам поймешь, для чего мне нужен был ты, — за время своего монолога Лея успела докурить одну сигарету и начала новую. Рассказ давался ей тяжело, она слишком сильно жестикулировала, часто делала паузы и порой закусывала нижнюю губу.

Выражение на лице Ричарда сложно было назвать «легким недоумением». Он был удивлен, и пока сам не мог понять настоящую причину своих эмоций.

— Если честно, не совсем понимаю, — ответил он, наблюдая за резкими движениями Леи.

— Я думала, что если мы станем ближе, я смогу беспрепятственно заходить в «Мортем» в качестве твоей девушки и меня никто не остановит.

— Но ты и так могла беспрепятственно туда заходить, — все еще не понимал Ричард.

— Не в то время, в какое мне было нужно.

— И что тебе дали бы имена сотрудников?

Лея посмотрела на Ричарда так, что он почувствовал себя глупо.

— Я же сказала, я хотела себя проверить. Вот и все. Я еще на этапе сбора материала поняла, что это максимум, которого можно достичь. Ясное дело, я не собираюсь делать что-то прямо противозаконное.

Ричард улыбнулся.

— Что такое? — спросила Лея, строго взглянув на него.

— Ты всерьез собиралась соблазнить психотерапевта? — Ричард не хотел издеваться над Леей, но она восприняла фразу именно в таком ключе.

— Я не настолько глупа, чтобы не понимать абсурда ситуации, но я хотела попробовать все возможные и невозможные варианты, — Лея скрестила руки на груди, чувствуя себя униженной.

— Я и не называл тебя глупой, просто... интересно.

— Ну и что мне теперь делать? — в голосе Леи слышалось разочарование. — Ты не представляешь, как я себя сейчас чувствую. Как ребенок, которого пристыдили.

— Зато ты хотя бы честно ответила, — пожал плечами Ричард, — а я все думал, как ты будешь изворачиваться.

— Ладно, раз уж я начала говорить... На самом деле я думала, что через тебя мне будет проще устроиться туда на работу. Я не хотела говорить сейчас, потому что думала запасти свою идею на будущее, но, если ты уже знаешь, то ты меня сдашь.

— Почему ты так думаешь? — спросил Ричард с приветливой улыбкой на лице.

«Он продолжает издеваться!» — возмутилась Лея про себя.

— Да вроде бы я собираюсь украсть важную информацию из фирмы, в которой ты работаешь, как тебе? Нормально?

Ричард рассмеялся.

— Давай начистоту. Мне кажется, что твоя идея отыскать документы...

— Не надо, хватит, — перебила Лея, — я хочу хоть раз в жизни получить адреналин, почувствовать опасность, узнать что-то, чего не знает никто, но, раз я тебе рассказала, я больше не смогу заниматься делом «Мортема».

— Если ты опускаешь руки из-за первой же трудности, то, наверно, тебе и правда не стоит идти в эту профессию.

Лея подавила в себе очередную вспышку злости, вызванную словами Ричарда, и спокойно спросила:

— Ну а что мне, по-твоему, делать?

Все происходящее Ричард мог описать только одним словосочетанием: «стечение обстоятельств». Если бы он не повстречал Веронику, если бы с Вероникой не случилась трагедия, если бы он не пошел работать в «Мортем» или если бы Лея пошла к другому психотерапевту, то они бы не сидели сейчас рядом, она бы не рассказала о том, зачем пришла в «Мортем», а «дело ритуальных услуг» в скором времени кануло бы в лету. Но Лея не представляла, как крупно ей повезло, и не знала, что вся история жизни Ричарда влияла на то, каким был дальнейший ход его мыслей.

— У меня к тебе есть предложение, — Ричард выдержал театральную паузу. — Я помогу тебе, если ты мне кое-что пообещаешь.

Лея с недоверием посмотрела на него.

— Я слушаю.

Ричард некоторое время собирался с мыслями. Все его тело напряглось, на скулах заиграли желваки.

— Когда я сказал, что Вероника умерла, я утаил одну деталь. Она пропала без вести. По ее делу несколько лет ничего не двигалось, и его закрыли. Я долго питал надежды на возвращение Вероники, пока не устроился в «Мортем». Так что, Лея, я помогу тебе, если ты пообещаешь, что найдешь информацию о Веронике в архивах «Мортема». Я, к сожалению, не знаю, где именно хранятся архивы, но они есть, — интонация Ричарда изменилась так же быстро, как и его положение тела. Голос стал то ли печальным, то ли слишком серьезным.

«Видно нечасто ему приходится рассказывать об этом», — подумала Лея, наблюдая за Ричардом.

— Ты же сам мог все узнать. Или, хочешь сказать, что никто из работников «Мортема» не помнит Веронику?

— За семь лет персонал и похоронного бюро, и ритуальных услуг сильно изменился. Единственный человек, который работает там дольше семи лет, и от которого я мог бы узнать информацию, — это Раиса, но увы, мне не повезло. Вероника если и была клиенткой ритуальных услуг, то вела ее точно не Рая, потому что она помнит, наверное, каждого человека, которого встречала в жизни, — Ричард отвернулся, недовольно поджав губы.

Лея ответила после некоторых раздумий:

— Извини за такой вопрос, но... Для чего тебе эта информация? Чтобы знать, что Вероника все-таки мертва или чтобы убедиться, что любовь всей твоей жизни так и не решилась тебе ничего рассказать?

Ричард издал нервный смешок.

— Ты удивительно точно передала обе мои мотивации. Когда я позвал тебя на разговор, я лишь хотел убедиться, что мой триггер вызван вовсе не твоей схожестью с Вероникой, а тем, что я до сих пор тешу себя надеждами. Раньше я надеялся, что она вернется, а теперь очень надеюсь, что она не была клиенткой ритуальных услуг, потому что... Хех...

— Потому что ты психотерапевт, девушка которого покончила с собой, даже не оставив записки? — Лея договорила фразу за Ричарда, видя, как ему сложно даются слова.

— Да. Прежде, чем мы договоримся, я должен знать, что у тебя хотя бы есть план, а еще лучше, если этот план надежный, — Лею поразила скорость, с которой Ричард перешел из подавленного в свое обычное собранное состояние.

— Окей, я тебя поняла.

Она откашлялась, взяла в руки новую сигарету и стала вводить Ричарда в курс дела.

— Как я уже говорила, я видела три пути в «Мортем»: первый — устроиться туда на работу, второй — начать с тобой отношения и третий — совместить оба варианта, к чему я, в принципе, и склонялась. Дальше я мыслила логически: все важные документы по ритуальным услугам должны храниться в компьютере Кларисы, а значит, я должна пробраться к ней в кабинет, когда ее не будет на рабочем месте, то есть в конце рабочего дня и, может, еще позже. Все остальное уже дело техники. Вот и весь мой план, — развела руками Лея. — Что скажешь?

— На надежный план пока не тянет, — покачал головой Ричард.

— Конечно, я же толком ничего не знаю, но если ты поможешь мне и расскажешь обо всех подводных камнях, у меня появится куда больше шансов на успех, — сверкнула глазами Лея, ожидая от Ричарда только согласия и поддержки.

— Ну... Давай по порядку...

— Подожди! — перебила она, — значит ли это, что наша сделка в силе?

— Думаю, да, потому что, каким бы эгоистом я сейчас ни выглядел, в случае неудачи пострадаешь только ты. Мне ничего не стоит помочь тебе. Я или получу, что хотел, или вернусь к самому началу этой истории.

Лее чувствовала, что спорить с Ричардом бесполезно. Его слова могли показаться жестокими, но он просто оперировал фактами, пользуясь своим положением.

— Будем считать, что договорились, — ответила Лея, протянув Ричарду руку. Тот протянул свою, и, не желая терять времени, после рукопожатия начал говорить:

— Открытых вакансий сейчас в «Мортеме» нет, даже уборщицей не устроишься, но вариант с отношениями можно спокойно обыграть, если ты, конечно, знаешь, как. Далее — Клариса. С ней лучше не шутить, поэтому советую тебе приходить в пятницу, перед началом выходных. Теперь по поводу входа в кабинет: раньше все ключи хранились у сотрудников, но теперь они лежат на приемной стойке, и, зная Кларису, я могу тебе гарантировать, что ее ключа ты там не найдешь. О том, что на компьютере стоит пароль, думаю, говорить не нужно, ты сама это понимаешь.

— Да, — подхватила Лея, — это не проблема. У Рамона есть один знакомый, который может помочь с обходом защиты, но насчет кабинета...

— Отмычки, — сказал Ричард так, будто озвучил самую простую и очевидную мысль.

— Я думала насчет отмычек, но... Разве нет другого способа? Как, например, уборщица заходит в кабинет Кларисы?

— Все просто: Клариса оставляет дверь открытой в обеденное время, а сама уходит в соседнее кафе. Так что других вариантов, кроме взлома, у нас нет.

— Допустим. И все же, я не смогу закрыть за собой дверь, если воспользуюсь отмычками.

— Ну, насколько я знаю, Клариса не страдает ОКР и не проверяет по несколько раз, закрыла она дверь или нет. Понимаешь, когда она придет утром и обнаружит дверь незапертой, ее мозг сделает всю работу за тебя и начнет выдавать ей ложные воспоминания, в которых она уходит из кабинета и забывает о замке. Тебе лишь нужно не оставить за собой никаких следов взлома. Для большей убедительности лучше выбрать последние дни месяца. Клариса сидит на рабочем месте вплоть до прихода охраны, — объяснил Ричард, — могу предположить, что ей приходится заниматься отчетами и прочими бумагами.

— Хех, примерно то же я хотела провернуть и с приемной. Как это называется... Газлайтинг?

Ричард пожал плечами.

— Смотря что именно ты подразумеваешь под этим словом, но прежде, чем ты объяснишь, лучше удели внимание деталям плана, а то пока я услышал только о его общих чертах. Например, как ты собираешься обходить охрану и для чего тебе, собственно, нужен я. Надеюсь, ты думала об этом? Ты же понимаешь, что если бы все было так просто, я бы справился и без твоей помощи?

Лея чувствовала себя так, будто сидит на экзамене перед преподавателем. Вопросы Ричарда ничуть ее не смутили, но для точного ответа ей нужно было больше сведений.

— Конечно думала! Признаюсь, я долго выстраивала в голове последовательность действий, но я не могу дать точной инструкции, пока не узнаю, как у вас вообще работает система охраны.

— Окей, — кивнул Ричард, — «Мортем» закрывается в девять вечера, но почти весь персонал работает до шести. К моменту закрытия в бюро остаются либо Марго с Софией, либо Агата с Максом — они работают посменно по двенадцать часов, в отличие от остальных, — объяснил Ричард. — Дальше они встречают охранника, тот закрывает «Мортем» изнутри и следит за входной дверью. Кроме самого бюро приходится наблюдать еще и за так называемым задним двором, где стоит транспорт: автобусы там, катафалки, сама понимаешь. Для этого еще один охранник бдит на улице в небольшой каморке. Если вдруг станет интересно — обойди «Мортем» и посмотри, как там все устроено.

— Ладно, примерно так я и думала, поэтому мне нужна была твоя помощь. Под предлогом встречи я собиралась пройти на второй этаж и дождаться где-нибудь в туалете, когда «Мортем» закроется.

— Хм, — задумался Ричард, — чтобы так просто пройти на второй этаж, о тебе должны знать все за приемной стойкой.

— И об этом я тоже думала. Марго и Агата, если я правильно понимаю, главнее своих напарников, и именно они принимают решение, кому ходить наверх, а кому нет, да?

Дождавшись ответного кивка, Лея продолжила:

— Значит, я должна познакомиться с ними лично, в этом мне и помогут наши с тобой отношения. Чтобы все шло быстрее, неплохо было бы заглядывать в «Мортем» при каждом удобном случае в конце рабочего дня. Вообще я собиралась наврать, что устроилась на работу куда-нибудь поблизости, а может быть, и на самом деле бы устроилась, но это даже не самое главное. Важнее то, что у меня завяжется беседа с твоими коллегами, и они перестанут воспринимать меня, как чужую.

— Угу, — все время, пока Лея говорила, Ричард медленно кивал и вслушивался в каждое ее слово. — Теперь, я так полагаю, ты можешь рассказать, в чем заключается «газлайтинг».

— Да-да, — Лея приняла более удобную позу, выпрямилась, и, затем, заговорила. — Я не буду рассказывать первоначальный вариант плана и перейду к новому, который сформулировала сейчас, — Лея откашлялась, — так вот. В конце месяца я приду в «Мортем», но не вечером, как обычно, а утром, и под каким-нибудь предлогом попрошу подняться к тебе на несколько минут. При условии, что меня будут не только знать, но и часто видеть, никто в этой просьбе не откажет, так что я без препятствий проберусь на второй этаж, где и останусь ждать конца рабочего дня. Если кто-то насторожится и поинтересуется обо мне, ты скажешь: «Вы о Лее? Она ушла еще полчаса назад!» Как я успела заметить, у вас постоянно кто-то расхаживает по залу, так что мое внезапное исчезновение можно будет свалить на простую невнимательность, — Лея улыбнулась, довольная своим рассуждением.

— Во-первых, да, это газлайтинг, а, во-вторых, я предлагаю внести некоторые правки.

— Давай, — Лея махнула рукой, приглашая Ричарда к ответу.

— Лучше сделать это во время перерыва. У нас два обеденных перерыва, и тебе стоит прийти, когда или Агата, или Марго останутся одни.

— Почему они, а не Макс и... — Лея запнулась, вспоминая имя другой сменщицы.

— София, — помог Ричард.

— Да. Точно.

— Потому что Агата и Марго обедают со мной, и, я думаю, мне лучше быть на своем рабочем месте, когда ты придешь.

— Поняла. В принципе, я согласна с тобой, — с одной стороны Лея была благодарна Ричарду за советы, но, с другой, ей не нравилось такое количество дополнений и правок с его стороны, будто теперь не Лея была главной в «деле ритуальных услуг», а более осведомленный Ричард. Она не любила терять первенства, но все-таки понимала, что никто и не хочет его отнимать.

— Ладно. Теперь я вижу в твоих рассуждениях здравый смысл. Да, если так подумать, одна бы ты не справилась. Не хочу тебя обидеть, но у тебя ведь еще совсем нет опыта, — он продолжил размышлять, но Лея больше не слушала. Наблюдая за искренней заинтересованностью Ричарда, Лея увлеклась совсем другим, более личным вопросом.

— Ты тут? — Ричард заметил отсутствующий взгляд Леи.

— Насколько нужно любить человека, чтобы согласиться помогать какой-то незнакомой девушке в довольно спорном деле? — спросила Лея, смотря ему в глаза.

— Это неважно, — взгляд Ричарда помрачнел в ту же секунду. — Да и ради нее ли я это делаю? Наоборот, я хочу освободиться.

Ричард откинулся на спинке стула и снова поджал губы. Лея заметила, что Ричард так делал только в крайних случаях, когда разговор причинял ему боль наравне с физической. Однако Лея не хотела уходить от темы.

— А если ты узнаешь, что она все-таки не была клиенткой ритуальных услуг? Что тогда? Ты разве будешь свободен?

Лея обратила внимание на то, что их чашки опустели. Она встала со стула и подошла к электрическому чайнику. Как только Лея нажала на кнопку включения, Ричард ответил:

— Я же сказал... Я стану свободен в любом случае. Не знаю, поймешь ты или нет, но мне будет намного легче жить с мыслью, что она умерла вне стен «Мортема».

— Я понимаю, — с искренностью ответила Лея.

Она больше не знала, что добавить. На фоне тихо закипал чайник, с улицы доносилось карканье ворон.

— Кстати, насчет стен «Мортема», — прервал тишину Ричард, — на самом деле клиенты уходят из жизни в медицинском центре, с которым сотрудничает «Мортем». Если бы ты была клиенткой ритуальных услуг, то знала бы, что все они проходят обязательное медицинское обследование. Они подтверждают свой диагноз или же его отсутствие. Так проще написать причину смерти. После эвтаназии их тела отвозят в морг, с которым также сотрудничает «Мортем». Я тебе сейчас все это объясняю, чтобы ты больше понимала внутренний распорядок. Я правильно делаю? — уточнил он, будто бы забыв о том, что они обсуждали минутой ранее.

— Да, конечно, — закивала Лея, — вообще я бы хотела уточнить о ваших связях между собой внутри «Мортема». Единственное, что я знаю сейчас — Агата замужем за Георгом, и это, конечно, не то, что мне надо.

— Понял. Так... Ну, начнем с того, что Виктор, владелец «Мортема», приходится Кларисе отцом...

— Владелец «Мортема» отец Кларисы?! — воскликнула Лея, — а кто тогда Евгений?

— Теперь я тебя точно понял. Давай сначала. Бизнес построили два друга. Один занимался похоронным бюро, а другой — ритуальными услугами. Клариса и Евгений — их дети, которые продолжили, так сказать, семейное дело. После смерти одного из друзей, бизнесом похоронного бюро стал заниматься Евгений, Клариса же является лишь формальной начальницей ритуальных услуг, а все важные решения до сих пор принимает Виктор, — Ричард ненадолго остановился. — Не запуталась?

Лея отрицательно покачала головой, и Ричард продолжил:

— Евгений ненавидит ритуальные услуги, зато с Кларисой ладит отлично, — последняя фраза прозвучала с особой интонацией, и по ней Лея поняла, какие именно отношения у этих двоих.

— У вас все сотрудники знают об этом или только ты?

— Я дружу с Раей, а она — негласная правая рука Кларисы. Рая ждет, когда Виктор, скажем так, покинет нас. Тогда на его место встанет Клариса, а на место Кларисы...

— Рая. Я поняла, — перебила Ричарда Лея, показывая, что внимательно слушает.

— Именно, — сказал Ричард, щелкнув пальцами.

— Я в шоке. Как все, оказывается, у вас непросто, — отозвалась Лея. Она встала к вскипевшему чайнику и до половины наполнила чашки кипятком.

— Ты уверена, что ограничишься одними именами? — Ричард задал ей тот же вопрос, что и Юрий в свое время.

«Почему их так интересует, насколько у меня может снести крышу?!» — возмутилась Лея про себя.

Не дожидаясь ответа, Ричард продолжил говорить:

— Я общался с Виктором по телефону... У меня так проходило собеседование, — объяснился Ричард. — И тогда он рассказал, что скандальная история по телевизору была подстроена ими же. Не буду вдаваться в подробности, с какой именно целью они это сделали, потому что мне его версия до сих пор кажется мутноватой, но это факт... Показываю тебе, на что они способны.

— Ого! — Эмоции Леи подчеркнула яркая мимика, походившая порой больше на театральную игру, чем на реальные эмоции. — Они настолько уверены в себе?

— Я проработал там два года и могу их понять, — Ричард отхлебнул горячего чая из чашки и бесшумно поставил ее обратно на стол, — им нечего бояться.

— Угу. Возможно.

Ричард замолчал. Он старался вспомнить, что еще стоит рассказать о «Мортеме» прямо сейчас, но все важные темы уже были озвучены, а мелочи не требовалось проговаривать.

— Знаешь, — Лея вздохнула, — насчет твоего вопроса про имена: пока что я не планирую заходить дальше и не хочу, чтобы что-то менялось.

— Но если все-таки поменяется, дай мне знать.

–– Зачем? –– с непониманием спросила Лея.

–– Мы же теперь партнеры. Мне тоже будет интересно.

Лея еле заметно кивнула и села за стол, позволив себе наконец расслабиться.

Они по очереди налили себе чая из заварного чайника, и Лея без спроса положила Ричарду последний кусок торта в тарелку.

— Теперь я понял, почему ты позвала меня к себе домой, — сказал Ричард, взяв в руку чайную ложку.

— Для тебя же лучше, — ответила Лея, оглядывая Ричарда с ног до головы, — да и ты вроде не против.

— Да. Спорить не буду.

Ричард медленно доедал остатки торта, а Лея пила согревающий чай. Они одновременно замолчали, а потом также одновременно заговорили:

— Ну что...

— Я...

Лея опередила:

— Говори ты.

— Я хотел сказать, что если мы все обсудили, то я, наверное, пойду. А ты чего хотела сказать?

— Неважно. Я тебя провожу.

Ричард поднялся со стула и направился к выходу. Лея пошла за ним.

— Спасибо за теплый прием. Будем на связи? — сказал Ричард, надев темно-синюю ветровку и кроссовки.

— Да, конечно.

После короткого прощания он скрылся за лестничными пролетами. Лея вернулась на кухню, села на место Ричарда и на секунду усомнилась в реальности происходящего. Если бы Лея поставила на какой-то из предполагаемых исходов сегодняшнего вечера, то проиграла бы все деньги, потому что такое прямое сотрудничество с Ричардом совершенно не входило в ее планы.

«Неужели мы все это всерьез обсуждали? В каком же он отчаянии, наверное. Семь лет...» — с горечью подумала Лея, качая головой.

Она снова вернулась к вопросу Ричарда, на который хотела ответить, оставшись наедине с собой: «Ты уверена, что ограничишься одними именами?» Ответ на этот вопрос диктовался исключительно ее целями. Любой результат кажется незначительным, если смотреть на будущие перспективы. Имена не играли большой роли, если не знать, что сотворили носившие их люди.

«Нет, — думала Лея, — все-таки нужно решать проблемы по мере их поступления».

В первую очередь она задумалась о наборе отмычек, который она еще ни выбрала, ни заказала, ни опробовала. Лея убрала со стола грязные чашки, помыла посуду и только затем направилась в спальню. С шумом приземлившись на диван, Лея последовала совету Ричарда и вбила в поисковую строку: «набор отмычек купить». На экране в ту же секунду появилось множество сайтов с различным количеством инструментов и расценками. Лея не понимала, почему ее так удивляет открытый доступ к средствам для взлома, само слово «отмычки» вызывало у нее какие-то не те ассоциации, но, с другой стороны, какие еще ассоциации могли быть у человека, который собирался применить их для проникновения в чужую собственность? Она хихикнула от комичности всей ситуации, заказала набор с хорошими отзывами и отписалась Ричарду о проделанной работе. Тот ответил ей только ближе к полуночи.

23:38 Ричард
Ждать отмычки будешь, наверно, дольше, чем учиться ими работать. Правильно сделала, что сразу заказала

23:39 Лея
Неправильно сделала, что не заказала еще раньше

23:41 Ричард
Ну, не все сразу

Лея не стала ничего отвечать. Вместо этого она взяла блокнот и выписала в него всю уже известную ей информацию, отметила то, что необходимо получить и узнать в первую очередь, а затем по пунктам расписала последовательность действий, разделив обязанности между собой и Ричардом. Рано или поздно ей бы пришлось взяться за дело, полностью осознавая всю серьезность ситуации, и сейчас, казалось, это время пришло.

***

Ричард никак не мог понять истинную причину, по которой помогает Лее. Что им двигало больше: любопытство, эгоизм или все-таки желание узнать правду о Веронике? Ричарда пугало то, с какой легкостью он ставит такие, казалось бы, несравнимые мотивы рядом. Означает ли это, что он ее практически отпустил? Положительный ответ на этот вопрос вселял Ричарду веру в долгожданную свободу, а ради свободы он готов был пойти на многое.

Лея произвела на него приятное впечатление. Она была не слишком энергичной, как София, не стервозной, как Агата, обладала незаурядным умом и хотела идти на риск ради риска, чего Ричарду часто не хватало в самом себе. Поначалу он решил, что Лея чересчур импульсивна, а потому откажется от своей цели через пару дней, когда бардак в голове уляжется, но Лея действительно собиралась сделать то, что до нее не делал никто, и Ричард хотел стать частью этой истории.

Его никогда не подводило чутье. За несколько минут знакомства Ричард определял, из какой категории человек перед ним, а дальнейшее общение лишь подтверждало его начальные догадки. В Лее Ричард увидел то же, что и в Рае при их первой встрече — возможность сотрудничества без последствий, и от этого он, в силу накопленного годами опыта, не хотел отказываться. Ричард в очередной раз убедился: все встречи не случайны. Он видел что-то мистическое в той череде обстоятельств, что привела его к Лее или Лею к нему. Ричард знал, что при грамотной проработке плана Лея сможет достичь цели, и только ради этого он был готов к многочисленным обманам, без которых положительный исход не представлялся возможным.

Ⅳ

Искусство лжи интересно и многогранно. Ложь, как и любая хорошая история, должна иметь внутреннюю логику, причинно-следственные связи и незначительные детали, которые, словно специи, не портят повествование, а дополняют его, если взяты в разумном количестве.

Раздумывая над историей любви между ним и Леей, Ричард представил ситуацию, в которой он решился бы изменить профессиональным принципам и вступить в отношения с клиенткой. История сложилась сама собой без особых усилий, оставалось лишь придумать, как правильно ее подать. Ричард редко врал людям, но, если приходилось, он всегда пытался прочувствовать свою ложь и прожить ее, чтобы быть наиболее убедительным в чужих глазах.

Прежде чем действовать, Ричард решил выждать неделю. Он знал, что ему некуда торопиться, но и не хотел надолго растягивать завязку. За неделю в его жизни больше не произошло ничего выбивающего из колеи — он работал, пытался не пропускать тренировки в тренажерном зале, несколько раз выходил на связь с Леей, ограничиваясь короткой беседой за неимением новостей, и рассказывал сам себе придуманную историю, подмечая глупости и неточности.

Наступила среда. Ричард решил приступить к активным действиям. С вечера он приготовил одежду: погладил белую рубашку, сделал ровные стрелки на брюках и даже достал золотую цепочку из небольшой деревянной коробки. Эту цепочку он когда-то перестал носить из-за простой лени и отсутствия в этом смысла. Он не стал вводить Лею в курс дела сразу, а решил подождать окончания первого пробного дня и посмотреть на реакцию других. По плану на развитие легенды и создание видимости серьезных намерений Ричарду требовался минимум месяц. Не самый долгий срок для обычной пары, но весьма серьезный для Ричарда и этой ситуации. Отмычки должны были приехать к Лее только через несколько дней. По ее расчетам, при должном усердии она могла за следующие три недели научиться ими пользоваться на разных типах замков.

«Да, месяца нам вполне хватит. Если можно все сделать за месяц, то нет смысла тянуть дальше, — размышлял Ричард. Обычно его жизненные планы рушились именно на тех этапах, к которым он, казалось, был наиболее готов. — И стоит ли мне бояться, если я готов ко всему?»

Утром, перед работой, Ричард избавился от осевшей за ночь кошачьей шерсти на одежде, нанес чуть больше парфюма на область запястья и шеи, чем обычно, и с приподнятым настроением вышел из дома.

Первая неудача настигла Ричарда, когда он не смог открыть дверь машины. Он почувствовал, что больше не хочет терпеть неполадок с личным автомобилем, и пообещал себе в ближайшем будущем купить новый, пусть на него и уйдут все сбережения.

Вторая неудача поджидала Ричарда в «Мортеме» прямо у приемной стойки — он не застал Агату на рабочем месте. Рядом с Максом стояла Марго, и они оба не скучали без дела. Когда Ричард подошел к приемной, Макс быстро пожал ему руку, а Марго машинально потянулась за ключом от кабинета 201, не отвлекаясь от разговора с посетителем.

«Неужели заболела? В тот единственный раз, когда я был бы рад ее увидеть! Нужно зайти к Георгу», — сказал себе Ричард, проходя по узкому коридору к лестнице.

Третья и последняя неудача постигла Ричарда, когда тот повернул дверную ручку, ведущую в кабинет Георга, — дверь не поддалась. Ричард предположил, что Георг просто подойдет позже, но одними лишь предположениями ограничиваться не захотел, поэтому, не отходя от кабинета, позвонил другу.

Ричарду ответил сонный голос.

— Да?

— Ты где? На работу собираешься? — сразу перешел к делу Ричард.

Георг выругался.

— Хорошо, что ты позвонил. Обычно меня Агата будит, а сейчас...

— Почему она не пришла? Заболела? — с нетерпением перебил Ричард.

— А? Да... Простыла сразу после своей смены. Спит лежит.

— Сам-то нормально чувствуешь себя?

— Да вроде бы. Только башка трещит.

— Ну ладно, собирайся. Не буду мешать.

Ричард первым завершил звонок. Отсутствие Агаты на рабочем месте впервые испортило ему настроение. Ему хватило бы и намека в сторону Агаты или Софии, чтобы о его новом любовном интересе узнали все «обитатели приемной», но на то планы и нужны, чтобы рушиться. Пусть лучше сейчас, пока обстоятельства еще не так серьезны, чем перед развязкой или в любой другой важный момент. Да, везде нужно искать свои плюсы.

Ричард хоть и расстроился, но не опускал руки. Обеденный перерыв он, как и всегда, планировал провести с Георгом и Раисой, и тут-то заготовленная история должна была выстрелить. Друзья интересовались личной жизнью друг друга только в том случае, если кто-нибудь из них давал повод, а повод Ричарда буквально сиял у него на шее и кричал всем: «Ну же! Спросите меня о том, какие у меня планы на вечер!»

Общение с клиентами вырвало Ричарда из потока событий. Он никогда не позволял себе халтурить или хандрить на рабочем месте. В своем кресле он не был «Ричардом», он был абстракцией, бездушной оболочкой для человеческих страданий. Он забыл о костюме, он не чувствовал аромата парфюма и уж тем более не вспоминал о Лее с ее планами и целями. Но, как только стрелка часов достигла 14:00, Ричард вернулся в свое тело, а вместе с ним вернулись и Лея, и парфюм, и его белая рубашка.

Ричард настолько привык к своему обеденному времени, что не мог представить, как уживались сотрудники из разных миров до «обеденной реформы». По словам Раисы, в комнате отдыха порой становилось слишком жарко от большого количества людей, которые собирались там вместе в одно время и с одной целью. Однажды, когда Раиса убедилась в том, что связь между ней и Кларисой крепка, она пожаловалась на недостаток кислорода, сравнив их комнату отдыха с каморкой папы Карло. Клариса отнеслась к словам подруги с пониманием и чуть позже разделила перерывы похоронного бюро и ритуальных услуг, определив для них разные часы.

После произошедших изменений в помещении стало легче дышать, но платой за этот комфорт стала еще большая пропасть между двумя половинами «Мортема».

Ричард по привычке написал Раисе и Георгу, и они вместе вышли в коридор с небольшими контейнерами в руках.

— Что я вижу? — воскликнула Раиса при первом же взгляде на Ричарда, — он, наконец, вспомнил, что в мире есть белые рубашки! — она всплеснула руками и снова обратилась к Ричарду. — Куда собрался?

— Даже мне теперь интересно, — вставил Георг перед тем, как Ричард заговорил.

— Иду сегодня на свидание, — Ричард выделил последнее слово и многозначительно улыбнулся.

— Неужели это случилось? — удивилась Раиса, — и кто же тебя посмел вытащить из многолетней спячки? — в этот момент все трое проходили мимо Марго, она обернулась на приближающиеся шаги и увидела приглашающий жест Раисы. Марго кивнула и повернулась обратно к посетителю. Ричард сказал:

— Ее друг был клиентом ритуальных услуг...

— Уф-ф, — перебил Георг, — звучит стремно.

— Даже для тебя, Ричард, — подхватила Раиса.

Тот лишь улыбнулся на попытку друзей его подколоть и продолжил:

— Это вы еще не слышали всей истории. Я видел ее до нашей встречи в «Мортеме» несколько раз точно. Она очень высокая девушка, трудно не запомнить. Пару раз мы пересеклись в тренажерке, один раз я встретил ее в магазине вообще на другом конце города, а в последний раз я заметил ее, когда она переходила дорогу. Я уже начал ставить себе диагноз, но встречи прекратились, а потом она открыла дверь кабинета, и я просто улетел. Я сразу понял, что не смогу ее вести, посоветовал обратиться к вам. Она меня спросила, почему, а я, сказал, мол, так и так, видел ее несколько раз и все такое. Тогда мы с ней и начали общаться, а сегодня, вот, идем погулять, — когда Ричард закончил свой рассказ, все трое сидели за столом и ждали своей очереди разогревать еду.

Георг и Раиса слушали Ричарда, не перебивая, а он старался не выдавать себя мимикой и жестами. Его друзья знали о любви Ричарда к деталям и жизненным совпадениям, а также лучше, чем он сам, представляли, какая именно девушка сможет выделиться в глазах друга. Сейчас Ричард не рассказывал свою историю, он лишь говорил то, во что поверят другие, и сделал все, чтобы они поверили.

— Ричи, такое могло только с тобой случиться, — Раиса ответила в привычной для нее манере, — ее вообще как зовут? Сколько ей лет?

— Лея, 24 года, отучилась на следователя, работает не по специальности. Я удовлетворил твое любопытство?

— Нет, — ответила Раиса, покачав головой, — покажи фото. Поглядим, оценим!

Ричард был готов такому вопросу и открыл друзьям заранее выбранную фотографию Леи.

— Интересный у нее типаж... — сказал Георг, рассматривая портрет девушки. Ричард отметил завуалированное и вежливое послание, которое на самом деле означало: «Она похожа на Веронику».

— К счастью, на этом их сходство заканчивается, — отсек Ричард.

Раиса никогда не принимала участия в разговорах, касающихся Вероники. Она предпочла промолчать и наблюдала за друзьями со стороны.

Марго подошла в самый подходящий момент. Все внимание с Ричарда перешло к ней и ее утренней истории о том, что кто-то из посетителей случайно задел гроб и чуть не повалил за собой стоящие рядом «дорогущие» гробы.

— Это же чертово домино ростом с человека. Представляете, что было бы, если бы мы вовремя не спохватились? — с возмущением говорила Марго, описывая в красках возможное развитие событий.

Ричард подхватил эту историю и начал развивать ее дальше, тем самым показывая Георгу и Раисе свое нежелание обсуждать Лею при посторонних. Он частично воплотил в жизнь задуманное — донес информацию до друзей. Теперь Ричард ждал, что Георг с большой вероятностью упомянет о Лее в разговоре с Агатой, когда та, заскучав из-за болезни, с особым пристрастием расспросит мужа о прошедшем рабочем дне. Ричард не считал сплетни чем-то зазорным и неприемлемым, и сейчас еще больше приветствовал разговоры о себе.

— А ты чего такой нарядный? — спросила Марго, обратив, наконец, внимание на внешний вид Ричарда.

— Иду после работы в театр. А там, как понимаешь, джинсы не прокатят.

— О как! В театр значит. И кого ведешь? — игнорируя личные границы, поинтересовалась Марго.

От микроволновой печи, подогревающей макароны с тефтелями, на всю комнату раздавался гул. Последние пять минут он не прекращался и медленно начинал действовать на нервы всем в комнате. Марго сидела напротив Ричарда и ждала, когда микроволновка не менее противно пропищит о готовности. Раиса и Георг, сидевшие между Ричардом и Марго, практически синхронно двигали вилкой и ножом, молча наслаждаясь обедом.

— Девушку, — ответил Ричард, не желая более ничего добавлять. Этим он явно дал понять, что идет не с Софией.

— М-м-м, — многозначительно протянула женщина.

Марго снова перевела тему на гробы и к разговору с удивительной охотой подключились остальные. О Лее больше никто не заговаривал, хотя Ричард и ждал еще хотя бы пары фраз от друзей.

«Думают, завтра я сам все расскажу. Они ведь знают, что расскажу».

Последние часы рабочего дня прошли без происшествий, но это слабо волновало Ричарда, он был доволен промежуточными успехами.

На следующий день Ричард обмолвился с друзьями о прошедшем вечере. Он сделал это в соответствии со своим характером. Его рассказ длился недолго и состоял только из сухих фактов:

— Мы ходили на балет «Спартак». Давно хотел посмотреть, а Лея мне призналась честно, что в театре со школы не была. Неплохо, даже очень хорошо, но явно не для первого свидания. После театра недолго гуляли, плюс еще из-за неполадок с машиной пришлось на такси поездить...

— Боже мой, Ричи! — перебила Раиса, — ты не рапорт зачитываешь. Эмоции-то хоть какие-то от вечера остались?

— Эмоций столько, что боюсь за рамки рапорта выходить, иначе вы меня заклеймите безнадежным романтиком, — усмехнулся Ричард. Они сидели втроем на тех же местах, что и вчера, Марго снова задерживалась. Ричард не завидовал «обитателям приемной». Каждый раз, когда он смотрел в их сторону, то видел перед собой только уставших и загруженных людей, с которыми могли соревноваться разве что администраторы.

— Не переживай, в нашем кругу мы и так знаем, кто ты такой, — сказал Георг с многозначительной улыбкой на лице.

— Но не скажем тебе, иначе потревожим твою тонкую душевную организацию, — подхватила Раиса, вызвав у Ричарда короткий смешок.

Ричард не стал загромождать рассказ какими-то еще деталями. Он продолжал подавать информацию маленькими порциями, в полном соответствии со своей скрытностью и любовью к личному пространству. Ему доставляло удовольствие наблюдать за реакцией окружающих, и, в то же время, он чувствовал дискомфорт всякий раз, когда врал друзьям. Он мог бы рассказать им правду, если бы те его правильно поняли.

«Я помогаю незнакомой девушке украсть документы со своей любимой работы, чтобы перестать терзаться смертью невесты. Нет, они меня точно не поймут».

В новых, пусть и воображаемых отношениях, Ричард видел и свои плюсы. Связь с Софией давно уже начала заходить в тупик, Ричарду все меньше хотелось слушать ее или видеться с ней. Он не понимал ее образа жизни, хотя изо всех сил пытался под него подстроиться и полюбить. Он продолжал встречаться с Софией только потому, что боялся тотального одиночества, но при этом знал, что их отношения рано или поздно исчерпают себя.

Ричард дождался, когда начнется смена Софии, и написал ей сообщение с просьбой зайти к нему в кабинет под конец обеденного перерыва. Она, со свойственной ей легкостью и простотой, ворвалась к Ричарду, села на стол и закинула ногу на ногу.

— Софи...

— Рикки! — перебила София, — я все прекрасно понимаю. Мне Марго уже рассказала о твоей подружке, и я рада, что ты, наконец, начал думать о себе! Если тебе понадобится совет, можешь всегда ко мне обратиться, а если не сложится — мой номер ты знаешь, — София смотрела на Ричарда своей красивой белоснежной улыбкой, которая когда-то его и зацепила. Сколько бы он ни общался с ней, всегда забывал, какой простой бывает эта девушка, и как легко она реагирует на любые жизненные ситуации.

— Ты как всегда бесподобна! — развел руками Ричард и облокотился на стуле.

— Я знаю! — девушка спрыгнула со стола, и, подмигнув Ричарду, развернулась на каблуках, покинув кабинет.

Фейерверк по имени София удалялся все дальше, оставляя за собой еле заметный шлейф от приторного парфюма. Без таких людей, как она, Ричард не знал бы, что в мире есть гармония и уравновешенность. Их короткий разговор даже поднял ему настроение. Ричард решил поинтересоваться у Леи о ее делах. Он был готов приступать к следующему этапу.

***

— Значит мой совет оказался дельным? — спросил Юрий, не скрывая своего самодовольства.

Лея сидела на кухне, держа в одной руке телефон напротив уха, а в другой — сигарету, от которой шел тонкий дым. Она вкратце рассказала Юрию обо всем, что случилось, умолчав о деталях насчет прошлых событий в жизни Ричарда. Лея не любила выдавать чужие секреты, и считала Юрия достаточно проницательным, он и без лишних подробностей понял бы серьезность намерений Ричарда.

— Не хочу, чтобы ты задрал нос еще выше, чем обычно, но да, совет весьма дельный, правда результат оказался немного другим, но это даже к лучшему.

— И что ты будешь делать дальше?

— Скоро мне доставят отмычки. Буду тренироваться. Пусть Ричард пока убеждает своих коллег в том, что у нас отношения. А дальше — дело техники.

— Надеюсь тебе не понадобится моя помощь, — Юрий явно шутил, но Лее вдруг стало не по себе.

— Не дождешься, — со смехом ответила она, скрывая тревогу.

И Юрий, и Ричард, да и сама Лея вели себя так, будто она затевает баловство, не более того, однако малейшая ошибка могла повлечь за собой серьезную ответственность и лишить Лею вообще какой-либо карьеры.

«Свобода мне дороже правды. Если что-то пойдет не так, я лучше отступлю и сохраню свободу, чем пойду до конца и окажусь прямиком в тюрьме», — решила для себя Лея, пообещав напомнить себе об этих словах в нужный момент.

После разговора с Юрием Лее пришло сообщение от Ричарда.

14:44 Ричард
Привет. Как ты?

14:45 Лея
Привет. Смотрела обучающие видео по работе с отмычками. На большее пока не способна. У тебя как дела?

14:45 Ричард
Отлично, все уже знают. Через пару недель можем продолжить

14:46 Лея
Класс!

14:46 Лея
Нам надо встретиться на неделе. Я до сих пор не знаю, кем я типа работаю. Ты больше разбираешься в том, что у вас там поблизости находится

14:47 Ричард
Окей, без проблем. Когда будешь свободна?

Ⅴ

Тоска по Рамону у Леи не проходила, хотя переносить ее становилось все легче. Лея уже намного реже перечитывала их последние переписки, просматривала совместные фото теперь только по вечерам, но главное изменение состояло в другом — она больше не чувствовала вины. Она простила и себя, и его, и даже Аллу Григорьевну, мама Рамона, но все же, несмотря на прощение, так и не решилась помогать ей материально. Суммы, оставленной Рамоном, хватило бы на год, а то и больше, но моральные принципы останавливали Лею даже во время самых сильных порывов избавиться от денег. Она не могла ни помочь матери Рамона, ни потратить деньги на себя, поэтому решила отдать все на благотворительность. Часть суммы пошла в фонд помощи больным детям, часть — в питомники для животных. После этого Лее стало легче. То ли от того, что она сбросила этот груз с плеч, то ли из-за того, что она была довольна собой.

«Он бы поступил также, — говорила себе Лея, — и сделал бы это, не задумываясь».

Иногда она проверяла телефон Рамона на наличие новых сообщений, но ему, по понятным причинам, никто не писал. В такие минуты Лея убеждалась, насколько никчемна человеческая жизнь.

Наступили долгожданные для Ксюши выходные и Лея, наконец, приехала навестить родителей в их старой квартире. Ее семью никогда нельзя было назвать бедной, но отец и мать Леи почему-то всегда откладывали покупку новой мебели и техники до последнего, пока та или иная вещь не придет в полную негодность и не испортится до такой степени, что ее даже нельзя будет перепродать. Потому в их квартире с недавним ремонтом все казалось ветхим и устаревшим. Поначалу Лея собиралась внести свой вклад в благоустройство дома, в котором жила сестра, но родители не приняли ни один из ее подарков, и Лея бросила попытки.

Подобный подход относился не только к дому, но и к одежде или школьным принадлежностям. Все детство Лея завидовала своим одноклассникам, которым родители чуть ли не каждый месяц что-то покупали и не отказывали в мелочах вроде красивой ручки или тетрадки. Все то время, пока Лея росла, родители ни разу не усомнились в своих методах воспитания и применяли их же с Ксюшей. Зная это, Лея каждый месяц втайне давала сестре небольшую сумму денег и никогда не отказывала, если та просила что-нибудь еще.

И все же Лея с теплотой относилась к тому месту, в котором выросла. В большей степени, конечно, из-за воспоминаний, связанных с Ксюшей. Все члены семьи прекрасно понимали, что, если бы не Ксюша, Лея вряд ли бы посещала родителей чаще, чем на их дни рождения или на Новый год.

В планах у нее было обсудить только одну важную тему — Ричарда. Она рассказала всем о знакомстве и отношениях с мужчиной, решив для себя, что в целях безопасности сестре не стоит знать подробностей и реальных причин того, почему Лея связалась с бывшим психотерапевтом своего погибшего друга. В отличие от дотошного Ричарда, Лея рассказала простую историю о любви с первого взгляда, о которой все так мечтают и которую идеализируют все вокруг. Родители отреагировали на новость с ожидаемой долей скептицизма и сомнений. Лея пропустила эти их слова мимо ушей. Куда больше ее интересовало мнение Ксюши, которая, оставшись с сестрой наедине в своей комнате, успела задать ей множество дополнительных вопросов, настолько необычных, что Лее приходилось выдумывать ответы на ходу. В итоге Ксюша пришла к окончательному мнению:

— Походу ты реально в него втюрилась, хотя не ты ли говорила, что любовь с первого взгляда –– это бред?

— Я сама себе поражаюсь, Ксю. Думаю, я старею.

Ксюша усмехнулась.

— Когда ты нас познакомишь? –– спросила она, –– хочу посмотреть на него вживую!

— Как только, так сразу, –– максимально расплывчато ответила Лея.

— Ясно, — с притворной обидой сказала сестра. Ее несерьезность выдавала сдавленная улыбка. Ксюша больше ничего не спрашивала о Ричарде. Все-таки полное доверие между ними сейчас играло Лее на руку.

Обычно ей хватало всего пары часов для полного насыщения родительским вниманием и сегодняшний день не стал исключением. До каждого члена семьи Лея донесла ровно столько информации, сколько того требовал составленный план, поэтому с чувством выполненного долга она поспешила удалиться, как только последняя более-менее интересная тема исчерпала себя.

Доставка отмычек то и дело откладывалась по различным причинам и в результате попала в руки Леи только через 2 недели после заказа. Ей хватило получаса на вскрытие замка, который прилагался к комплекту, и она перешла к другим — подготовленным и купленным заранее для тренировок. Работа с отмычками чем-то напомнила вязание и, учитывая любовь Леи к хобби, которое задействовало мелкую моторику рук, она провозилась с инструментами несколько часов, разбирая типы замков и способы их взлеома. Лее нравилось получать нестандартные навыки. После освоения отмычек она планировала перейти к изучению программ для обхода или подбора паролей, которые, как считала Лея, являлись более необходимым и востребованным атрибутом в желанной профессии.

«Напишу Альберту чуть позже. Он не должен отказать», — решила для себя Лея.

Альберт был приятелем Рамона и, по совместительству, его бывшим одногруппником, с которым Лее довелось видеться лишь однажды, отчего она не была уверена в его знаниях и возможностях, но считала, что Альберт в любом случае сможет ей помочь ей со столько деликатным вопросом: либо самостоятельно, либо направив к кому-нибудь еще. За это Лея и любила новые знакомства. «Никогда не знаешь, где тебе может пригодиться тот или иной человек», — говорила она, пытаясь окружать себя людьми разных профессий и из разных слоев общества.

Встреча с Ричардом выпала на субботу, то есть через несколько дней после прибытия отмычек. Он заехал за Леей на новом серебристом авто, марка которого не говорила ей ровном счетом ничего, как и состояние машины в целом. Машина есть и в ней хватает места — этой информации было вполне достаточно.

Лея села на переднее сидение, поздоровалась с Ричардом и пристегнула ремень безопасности. Дальше они ехали в тишине. На фоне играла музыка 80-х, в машине пахло хвоей. Ричард внимательно следил за дорогой, показывая всем видом нежелание углубляться в светские беседы.

Автомобиль остановился у небольшого ресторана под названием «Купол». Лея видела его впервые, но помнила, как о нем хорошо отзывался кто-то из знакомых.

— Твое любимое место? — спросила Лея, заходя с Ричардом внутрь.

— Не самое любимое, но тут довольно спокойно, — ответил он и удалился от нее в сторону хостес.

Они сели за столик у окна. Непогода дала о себе знать еще на подъезде к ресторану, и теперь Лея наблюдала за тем, как набирающий силу дождь поливал улицу, превращая ее в сырое пятно, которое могло либо высохнуть быстро, либо медленнее, если температура упадет. Обычно к концу апреля дожди сходили на нет, но в этом году погодная традиция дала сбой.

Интерьер «Купола» чем-то напоминал Лее кабинет Ричарда: тут были такие же болотные и коричневые тона, приятное глазу освещение и отсутствие мелочей на полках и столиках. Кухня располагалась прямо посередине зала, но Лея не чувствовала посторонних или неприятных запахов, возможно из-за того, что еще чувствовала аромат хвои из салона машины. Лея по достоинству оценила выбор Ричарда. Они оба не заказали себе ничего, кроме кофе, а когда официант вернулся через несколько минут с двумя чашками в руке, Лея потянулась за телефоном.

— Собираешься фотографировать? — с усмешкой спросил Ричард.

— Да, — без тени иронии ответила Лея, — я достаточно активно веду соцсети и такие фото нам понадобятся в будущем.

— Нам? — уточнил Ричард.

— Конечно! Думаешь, никто из твоих коллег или друзей не захочет на меня подписаться? У нас же с тобой все-таки есть претензия на серьезные отношения!

После слов Леи Ричарду в голову сразу пришли образы Агаты и Софии.

— Это совершенно не обязательно, но, если хочешь... — Ричард махнул рукой, наблюдая за Леей и выжидая момента, когда та закончит фотосессию с чашками и ложками.

Лея всегда пыталась извлечь выгоду из любой ситуации. Смешивая работу с личной жизнью — а в случае с «Мортемом» она старалась привыкнуть к мысли, что это именно работа, а не хобби — Лея могла достичь нескольких целей. Во-первых, ей не пришлось бы каждый раз выслушивать опасения родителей по поводу одинокого будущего вкупе с запоздалыми раскаяниями, которые Лея так хотела бы услышать в детстве и которые так опротивели ей сейчас. Во-вторых, она бы избавилась от сомнительных комплиментов и непристойных предложений от незнакомцев из интернета, вызывающих только неприязнь и злобу. В-третьих, Лея бы, наконец, перестала чувствовать себя «другой» и неполноценной, пусть даже и не по-настоящему.

Через несколько минут они вернулись к обсуждению насущной для обоих темы. Все выдвигаемые варианты фальшивого места работы предполагали нестабильный или ненормированный график, что делало саму эту задумку никуда не годной. Через десять минут безрезультатных предложений Лее пришла в голову совсем другая мысль:

— Там же рядом есть какой-то тренажерный зал? — спросила она в надежде на простое решение проблемы.

Лея сделала глоток горячего флэт уайта и с грохотом опустила маленькую чашку на круглый деревянный столик.

— В пятнадцати минутах ходьбы есть какой-то. Я там не был, но с виду приличный, — ответил Ричард, понимая, к чему клонит Лея.

— У тебя же там никто не знает, где я живу? — и услышав положительный ответ, Лея продолжила, — так пускай я буду жить поблизости от тренажерного зала и звать тебя на совместные тренировки три раза в неделю.

— Мне нравится, — с одобрением кивнул Ричард, — и тебе не придется ездить каждый день, и мне не придется задерживаться в ожидании тебя.

— Да-а, — Лея окинула взглядом помещение и обратилась к Ричарду, — тут кстати ничего. Действительно спокойно. Жаль, что погода дрянь.

— Наоборот, — Ричард покачал головой, — такая погода лишь усиливает впечатление от места.

Лея не стала спорить и молча потянулась за стаканом. Ричард оказался немногословным. Лея пыталась развить хоть какую-нибудь нейтральную тему, чтобы не сидеть в тишине, но Ричард будто совсем не хотел разговаривать и отвечал часто короткими и односложными предложениями. Он, казалось, не мог перестать о чем-то думать и уделял своим мыслям слишком много внимания. Этим Ричард напоминал Лее Рамона. Ей нравилось, что в ее жизни всегда был кто-то более тихий и приземленный, кто-то слишком непохожий на нее. Эксцентричный нрав сестры ей порой надоедал, а самовлюбленность Юрия временами раздражала. Рамон был для Леи человеком-антистрессом, который никогда не поднимал на нее голос и не провоцировал на ссору. Лея знала Ричарда совсем недавно, но уже была в твердой уверенности в том, что он такой же человек.

«Интересно, может ли случиться такое, что мы с ним реально подружимся?» — спрашивала себя она, допивая остатки кофе.

— Думаю, пора просить счет, — сказала Лея, заметив, что чашка Ричарда тоже опустела.

— Да, пожалуй, — он поймал на себе взгляд официанта и сделал жест рукой.

Когда счет оказался на столике, Лея потянулась за кошельком.

— Я заплачу, — прервал ее Ричард, — ведь привел тебя сюда тоже я.

— Как скажешь, мне без разницы, — Лея убрала руку от кошелька и вышла из-за стола, направившись к вешалке с верхней одеждой.

«Интересно, а если бы я сделала заказ на хорошую сумму, он бы тоже вспомнил об этикете?» — подумала Лея, взяв в руки плащ.

— Позволь я помогу, — послышался голос Ричарда сзади.

Лея не стала сопротивляться.

«Может и вспомнил бы», — заключила она, не меняя, однако, безразличного выражения на лице.

***

Прошли еще одни выходные. Вторая неделя мая напоминала о том, что вот уже практически месяц Лея занимается «Мортемом» безрезультатно. Подготовительные дни начинали надоедать, но она понимала, что основных действий не предвещается еще долго, потому терпеливо готовилась к чему-то, пока что очень далекому, но рано или поздно достижимому.

Во вторник Лея, наконец, выложила одну из неясных фото, сделанных в «Куполе» и явно намекающих на присутствие в ее жизни кого-то нового. Фото произвело ожидаемый эффект в кругах знакомых, а остальные люди Лею и не волновали.

На следующий же день она, по внезапной договоренности с Ричардом, явилась в «Мортем» в качестве его спутницы. Ричард объяснил такое скорое приглашение тем, что оттягивать момент бессмысленно, а в их случае, даже грубо. Лея не стала возражать.

Она пришла к шести часам вечера. В последний рабочий час у Ричарда всегда кто-то сидел на приеме, поэтому он немного задерживался, как и его коллеги. Посчитав, что в запасе еще есть время, Лея обошла здание, чтобы все-таки взглянуть на задний двор «Мортма».

«Ничего особенного. Бетонный открытый гараж, транспорт, серая конура для охраны, но стоит отметить, что здесь очень просторно» –– оценила Лея и, убедившись, что смотреть больше не на что, вернулась к главному входу в «Мортем», теперь уже войдя внутрь.

Лея встала около двери и демонстративно достала телефон, набирая для Ричарда сообщение о своем прибытии. На неё не сразу обратили внимание. Агата, как и Макс, были погружены в работу, но последний все-таки подошел к Лее через несколько минут. Парень спросил высоким голосом:

— Здравствуйте, вы кого-то ждете?

— Да, я жду Ричарда, — ответила та с улыбкой. Она заметила боковым зрением какое-то движение со стороны Агаты. Лея специально сказала фразу достаточно громко, чтобы девушка за стойкой ее услышала.

— Понял. Не буду вас отвлекать, — Макс ушел на прежнее место и перестал обращать на Лею внимание.

Она оценила поступок парня, но, в отличие от всех остальных, Максу действительно было все равно, кто она такая, и почему она вдруг пришла к Ричарду в конце рабочего дня.

Через несколько минут из коридора показалась долговязая фигура Георга. Лея знала, что ее визит в «Мортем» может пойти по-разному, и была готова к сценарию, при котором Георг освободится раньше друга. Лея также знала о том, что Георг и Раиса видели ее фотографию, а значит без зазрения совести могли подойти к ней, затеяв неформальную беседу.

Георг издалека заметил Лею и даже не стал скрывать удивления. Он решил не тревожить Агату, сильно сосредоточенную на набирании какого-то текста, и целенаправленно двинулся в сторону Леи, поправляя свои и так уже зачесанные волосы движением назад. Его внешность показалась ей еще более чудаковатой, чем на фото в соцсетях. Он заметно сутулился, и, видимо, стеснялся высокого роста так же сильно, как и она когда-то.

— Привет, — сказал он, протянув руку, — ты же Лея? Меня зовут Георг.

— Привет, да, это я, — она ответила на рукопожатие, — рада знакомству! Ричард о тебе рассказывал.

— Правда? — с интересом спросил Георг и показательно выдвинул грудь вперед, — что же, я польщен. Собираетесь куда-то? — он кивнул в сторону спортивной сумки, которую Лея держала в левой руке.

— А Ричард не сказал? Я уговорила его на совместные походы в тренажерный зал!

— Так похоже на Ричарда, — вмешалась в разговор Агата, которая только что освободилась от посетителя и уже спешила на разведку. Ей очень хотелось поучаствовать в разговоре и постепенно девушка сократила дистанцию, оказавшись совсем рядом с ними. — Из него информацию клещами вытаскивать нужно!

Все трое засмеялись.

«Так забавно, — подумала Лея, — три разных смеха и ни одного естественного».

— Ну давай, расскажи о себе. А то мы совсем ничего не знаем, — продолжила Агата с натянутой улыбкой.

«Ха, она же даже не его подруга... — Лея обратила внимание, как Георг приобнял Агату за талию. — Интересная парочка».

— А вы что-нибудь конкретное хотите услышать? ––Лея соединила руки за спиной и продолжала улыбаться, стараясь не выходить за рамки дружелюбия.

— Ну, например, чем зарабатываешь на жизнь? Дай угадаю — модель?

Лея рассмеялась, но оценила попытку Агаты сделать ей комплимент.

— Нет, совсем не модель. Я вяжу сумки и игрушки на заказ, в основном, конечно. Вообще все зависит от пожеланий заказчика и моего вдохновения.

— Оу... Какая прелесть! Покажешь что-нибудь?

Вряд ли просьбу Агаты можно было расценить как нечто большее, чем обычная вежливость, но Лея всегда любила демонстрировать свои изделия. Она открыла рабочий аккаунт и протянула телефон Агате, показывая ей и тоже заинтересованному Георгу самые удачные, по своему мнению, экземпляры.

— Вот же пираньи, — послышался голос Ричарда, который уже широкими шагами преодолевал расстояние от противоположной стены до входной двери, — она уже расспросила тебя о работе и семье до десятого колена?

— Ха-ха! Между прочим, Лея очень круто вяжет! Ты видел? — Ричард знал, когда Агата говорит искренне и был приятно удивлен тому, что Лее удалось ее впечатлить.

— Еще бы не видел, — соврал он, подхватывая Лею под локоть, — а если мы сейчас не уйдем, то этот разговор продлится еще пару часов. Я ведь прав? — не дожидаясь ответа, Ричард добавил, — Гео, ты идешь?

— Вообще да, но я еще тут побуду.

— Угу, — кивнул Ричард, — Ну ладно, а мы уходим!

— Нечестно так нагло красть свою возлюбленную, — возмутилась Агата.

— Еще пообщаетесь. У вас скоро на это даже будет повод.

Лея не стала показывать непонимания и лишь обратилась к двум парам глаз, смотрящих на нее:

— Было приятно с вами познакомиться. Получается, до скорой встречи?

— И нам, Лея! — воскликнула Агата, — Пока-пока, — она помахала ей на прощание.

— Увидимся, — подхватил Георг.

Когда пара вышла на шумную и пасмурную улицу, они, не сговариваясь, направилась в сторону машины и, как только оба закрыли за собой дверь изнутри, Ричард задал вопрос:

— Понравилось представление?

— Ха, — Лея откинулась на спинке кресла и посмотрела Ричарду в глаза, — Агата очень даже милая девушка.

— Со мной она такой дружелюбной даже в момент знакомства не была, но я и не ждал чего-то другого.

— А о каком поводе шла речь? — Лея сразу сменила тему, желая поскорее узнать ответ.

— У меня скоро день рождения...

— Точно! — перебила Лея, — ты же телец...

— Ты веришь в астрологию? — спросил Ричард, то ли напрягаясь, то ли просто проявляя чуть больше внимания.

— Да не особо. Так просто легче запоминать даты рождения. Даже если бы и верила, то что?

— Ничего, — закачал головой Ричард, — неважно, во что ты веришь, важно, насколько твоя вера фанатична.

— Это достаточно здравая мысль, — оценила Лея, демонстративно почесав подбородок.

— За рулем меня часто настигает философия, — то ли всерьез, то ли в шутку сказал Ричард.

Лея улыбнулась.

—Тебя подвезти? — спросил он.

— А в пробку попасть не боишься?

— Там, где ты живешь — нет.

— Ладно, — Лея не стала возражать, хоть и почувствовала дискомфорт, — но, если встрянем, я лучше выйду, а ты там где-нибудь развернешься, места вроде есть.

Ричард кивнул и постепенно тронулся с места. За окном мелькали одинаковые пейзажи, по радио звучали последние новости, которые затем сменились прогнозом погоды. Пара все же попала в небольшой затор. Пока машина еле двигалась в плотном потоке, Лея думала о том, что бы подарить человеку, которого практически не знает, но, по легенде, должна любить.

— Что тебе подарить? — нарушила тишину Лея, решив прямо озвучить волнующий ее вопрос.

Ричард тяжело вздохнул.

— Не дари ничего. Я скажу, что ты заболела и не смогла прийти.

— А если я хочу? — с вызовом спросила Лея.

— Мы с тобой виделись от силы раза два. Мелькнуть у моих коллег перед глазами и весь вечер притворяться влюбленными ради удовлетворения их любопытства — это разные вещи, и они совершенно необязательны для достижения цели, — не изменяя своему спокойному тону, ответил Ричард.

— Почему нет? Я примерю на себя образ, попрактикуюсь в нем. Никто не останется в минусе. Это же приятное дополнение к основному веселью!

— Твое легкомыслие иногда сбивает меня с толку, — сказал Ричард, не отрываясь от дороги.

Лею ничуть не обидели эти слова, потому что она не была с ними согласна.

— Не легкомыслие, а желание пробовать. Я не вижу смысла отказываться от чего-то, когда могу получить интересный опыт. Подарок я куплю тебе сама. Об остальном договоримся позже.

— Ты не знаешь моего домашнего адреса...

— Вот и проверим, чему я успела научиться. Только скажи день и время, — перебила Лея.

Ричард улыбнулся так, как улыбаются, когда слышат нелепую, но забавную шутку.

— Ха, интересно. Ну попробуй. День рождения у меня в субботу, собираю всех к восьми вечера.

— А пораньше прийти можно?

— Нет, я буду занят.

— Ладно. Заметано, — Лея сверкнула глазами и демонстративно отвернулась к окну.

Этот разговор интриговал Ричарда, хоть и добавлял больше трудностей. Он не то, чтобы был уверен в Лее, но понимал, что она вполне может превзойти его ожидания. Может, ему и правда стоит относиться к ней посерьезнее?

Через пятнадцать минут они снова выбрались на свободную дорогу. Еще через десять Ричард остановился у подъезда Леи. Она плавным, но быстрым движением выбралась из автомобиля и, уже встав на ноги, помахала Ричарду на прощание. Машина быстро удалилась, оставив Лею в одиноких размышлениях о предстоящем дне его рождения.

***

Сидя в тусклом свету лампы за слегка уже поздним ужином, Ричард просматривал работы Леи, чтобы развеять интригу, наведенную Агатой.

«Для обычного хобби это слишком хорошо. Кто-то обманывает себя», — рассудил он, накручивая спагетти на вилку.

Ричард не был точно уверен, знает ли Лея, на что идет, выражая желание посетить его невольный праздник. Она говорила ему про возможность получить новый опыт, но Ричард видел тут лишь легкий способ побыть в иллюзии влюбленности. Стала бы Лея так рваться к нему, если бы не хотела хотя бы на один вечер стать любимой? Настолько ли он против, что согласился на ее условия, хотя мог и дальше гнуть свою линию? Ричард считал себя неисправимым глупцом, который совершает ошибки, даже когда те не скрываются перед ним и проявляют себя в полной красе. Но для чего еще нужны ошибки, если не для того, чтобы их совершать?

Ⅵ

На следующий день Лея занялась поисками адреса Ричарда. Спросить интересующую информацию у Агаты или Георга показалось ей слишком простым решением. Лея хотела действовать самостоятельно и совсем недолго предавалась раздумьям и поискам ответа на вопрос «как».

Она планировала воспользоваться услугой каршеринга и проследить за передвижениями Ричарда по окончании его рабочего дня. Водить Лея хоть и не любила, но чувствовала себя за рулем достаточно уверенно, чтобы не бояться арендовать транспорт для особых случаев вроде сегодняшнего.

Зная, что Ричард освобождается чуть позже шести вечера и старается не задерживаться, Лея подъехала к «Мортему» ровно к 18:00. Ричард вышел из здания через десять минут и легким шагом дошел до своего автомобиля. Еще через пять минут машина выехала с парковки и Лея без промедления направилась вслед за Ричардом, стараясь всегда держаться на приличном расстоянии, чтобы тот никак не смог ее разглядеть.

Поездка оказалась недолгой и уже через семь минут Лея заезжала вслед за ним во дворы. Она считала везением тот факт, что Ричард занимал квартиру не в каком-нибудь элитном жилом комплексе с охраной и пропусками, иначе ей все-таки пришлось бы обратиться к Георгу от безысходности. Дом Ричарда представлял собой обычное многоэтажное здание, ничем не отличающееся от таких же рядом.

«Совпадение или он переехал?» — задалась вопросом Лея, паркуясь около соседнего дома.

Она заглушила мотор и исподлобья следила за передвижениями Ричарда.

Оставалось неясным, на что она теперь надеялась. Даже если бы окна Ричарда выходили во двор, он явно не стал бы включать свет, потому что на улице было достаточно светло, а других вариантов распознать нужный номер квартиры в многоэтажном доме не представлялось возможным. Она могла бы подкараулить кого-нибудь из жильцов и напрямую спросить о Ричарде, но не хотела мелькать во дворе, опасаясь по закону подлости выйти ровно в тот момент, когда ему приспичило бы посмотреть в окно. Лея почувствовала привкус поражения — не особо критичного, да и не поражения вовсе, но все-таки уехала с неприятным осадком от того, что не смогла быстро завершить начатое.

Добравшись до квартиры и сняв верхнюю одежду, Лея, желая все-таки раскрыть завесу тайны, добавилась к Георгу в одну из соцсетей и написала ему сообщение, заранее продуманное на такой случай.

18:31 Лея
Привет. Я хочу сделать сюрприз Ричарду в субботу, но не помню его номер квартиры. Мне очень нужно, больше не у кого спросить(

18:35 Георг
Привет. Мне бы самому вспомнить номер :)

Георг начал было печатать что-то еще, но затем перестал. Лея терпеливо ждала.

18:39 Георг
125 квартира :)

При виде до тошноты милых смайликов Лея невольно закатила глаза, но решила поддержать Георга в его стремлении быть приятным собеседником.

18:37 Лея
Спасибо большое :)

Только, пожалуйста, не проболтайся Ричарду о сюрпризе!

18:37 Георг
Оки-доки :)

Лея выдохнула и позволила себе немного расслабиться за вскрытием новых замков, которые она купила по дороге домой.

«Хорошие сигареты и прочные замки — что еще нужно для комфортной жизни?» —думала она, пока одной рукой тушила бычок о пепельницу, а другой откладывала очередной поддавшийся ей замок.

Теперь Лея чувствовала, что окончательно оправилась после неудачи с Ричардом. Если бы он не знал ее в лицо, то Лея смогла бы зайти в подъезд вслед за ним, подняться на тот же этаж и сделать вид, что стучится к соседям. Тут ничего сложного.

Через полчаса тренировок Лея вязла в руки несколько отмычек и решила, наконец, что готова справиться со своей входной дверью.

Она вышла из квартиры и заперла ее.

«Обычный цилиндровый замок. Ничего сложного», — сказала себе Лея и, приняв удобное положение, вставила небольшой вороток в основание замка. Затем она подобрала подходящую по размеру отмычку в форме клюшки и не спеша продавила каждый пин в свое положение. На весь процесс у Леи ушло около десяти минут и это не могло не расстраивать, ведь в идеале на такие замки у профессионалов уходит не более двух.

«Слава богу, никто из соседей этого не видел. Хотя... Пошли они к черту, какое им дело!»

Взломав свою же квартиру и закрыв за собой дверь, Лея убрала инструменты на место и решила заняться чем-то более законным, а именно — делом, которое пока что приносило ей основной доход.

Она взяла большие двадцатимиллиметровые деревянные спицы и пряжу нежно-розового цвета — самую толстую и пушистую из всех, с которыми ей доводилось работать. После того, как любовь к отмычкам начала вытеснять увлечение вязанием, Лее захотелось расширить ассортимент своих товаров. Она попробовала делать большие пледы, которые, хоть и потеряли былую популярность, но все еще пользовались спросом. Годами отработанные движения позволяли Лее уноситься мыслями далеко за пределы комнаты без страха испортить изделие или сделать неверный узелок.

Сейчас Лея размышляла о субботе и Ричарде. Она очень хотела надеяться на саму себя и не испытывать больше неожиданных разочарований, вроде того, которое случилось из-за слишком медленного вскрытия замка несколькими часами ранее.

***

Перед долгожданным праздничным вечером Ричарду и Лее предстояло встретиться еще один раз в «Мортеме». К пятнице смена началась у Марго и Софии, перед которыми Лее только предстояло разыграть сцену.

Она снова встала на прежнее место около входной двери. Она посмотрела в сторону приемной только на один миг, а затем отвернулась, демонстрируя безразличие. Практически сразу к ней обратилась София:

— Добрый вечер, я могу вам чем-нибудь помочь?

— Ох, нет, спасибо, — Лея слегка наклонилась, приложив руки к груди, — я жду Ричарда.

София посмотрела на Лею уже более вдумчивым взглядом, в ее глазах отражалась какая-то необъяснимая мудрость, которую она старалась тщательно скрывать.

«Они тут все из себя что-то строят. Эту Софию здесь наверняка считают глупее, чем она есть», — решила Лея.

— Понятненько, — София прервала мысли Леи. Эти слова звучали так, будто она просто вслух вынесла для себя какой-то вердикт. — Ричард скоро подойдет.

«Не очень тут разговорчивые, да?» — заключила Лея с улыбкой.

Лея запросто могла бы проявить инициативу, если бы знала, что ее правильно поймут, но София не внушала ей доверия, а Марго, казалось, не проявляла никакого интереса к разговору. Они обе поглядывали на Лею, но взгляды их были быстрыми, Лея не могла уцепиться за такой короткий контакт.

Через десять минут унылой паузы из коридора, наконец, вышла знакомая, а сейчас еще и долгожданная, фигура.

— Хорошего вечера, — бросил Ричард коллегам, проходя мимо.

— И вам, — ответили они в унисон, не отрываясь от работы.

— А эта София... — начала было Лея, когда оба оказались на улице, но Ричард не дал ей договорить фразу.

— Мы встречались какое-то время, — сказал он, — но это неважно. Она с тобой не заговорила только потому, что нашла рабочее время неподходящим.

— Понятненько, — Лея спародировала фразу с той же интонацией, что и у Софии. Ричард отреагировал еле заметной улыбкой. — Когда она успела узнать, как я выгляжу?

— Не думаю, что она тебя раньше видела. Наверное, по описанию выводы сделала.

— Понятненько... — задумчиво ответила Лея, теперь уже ненарочно.

Они сели в машину.

— Насчет завтра не передумала? — спросил Ричард, заведя мотор.

— А должна была?

Ричард покачал головой.

— Понятненько, — ответил он, не став ничего добавлять.

«Сколько же нужно приложить усилий, чтобы сломать эту бетонную стену? — Лею все больше раздражало поведение своего вынужденного напарника, — ну ладно, и не с такими справлялась».

Ⅶ

Лея не знала, чем именно будет занят Ричард и что этим подразумевал: собирался ли он покинуть квартиру или его речь шла лишь о подготовке ко дню рождения? Отсутствие однозначного ответа говорило только об одном — ей опять придется пойти на риск.

Впервые за неделю на улице выглянуло солнце. В воздухе наконец-то запахло поздней весной и зеленью. На чей-либо день рождения Лея вспоминала фразу: «Если день солнечный, значит человек хороший и честный, а если дождливый, значит человек злой и корыстный».

«Не сомневалась, что Ричард святоша», — в шутку подумала Лея, пока подбирала подходящую по случаю одежду.

Под косуху Лея надела легкое оранжевое платье с длинным рукавом, которое ассоциировалось у нее исключительно с маем. Образ получился дерзким и нежным одновременно, именно таким, какой она и хотела себя показать.

В любимую коричневую сумку кросс-боди, связанную много лет назад и немного растянутую от времени, Лея сложила все необходимые отмычки, затем завернула подарок Ричарда в цветастую бумагу и заказала такси, чтобы н спускаться в метро или, что еще хуже, опять садиться за руль.

Лея жила в получасе езды от дома Ричарда. Поездка ее слегка утомила, но настроение Леи вмиг улучшилось, когда она не увидела его припаркованной машины во дворе. Не став терять ни минуты, она, с помощью доброй старушки из 118-й квартиры, куда Лея позвонила наугад, зашла в подъезд и пешком поднялась на десятый этаж, не пользуясь лифтом. Она подошла к черной металлической двери и, на всякий случай, постучалась. После двух минут ожидания Лея выдохнула и стала оценивать уровень сложности замка перед ней.

«Обычный сувальдный замок. Надеюсь, успею до того, как кто-то пройдет мимо или, не дай бог, придет Ричард».

Ей понадобилось несколько минут, чтобы подобрать отмычки нужной формы и размера. Механизм вскрытия сувальдных замков отличался от того, что Лея проделала раньше со своей входной дверью, но она была готова к такой ситуации и управилась примерно за двенадцать минут. Ей приходилось постоянно оглядываться и опасаться любого шороха, что значительно усложняло и без того волнительный процесс.

Когда Лея вошла, ее уже поджидал Уголек, который ошибочно принял шум у входной двери за возвращение хозяина. Кот не растерялся и стал ластиться об ее ноги. Лея погладила, а затем аккуратно обошла его, опасаясь случайно наступить ему на хвост или как-либо толкнуть.

Первое, что бросилось Лее в глаза — планировка квартиры. Ничего необычного, разве что барная стойка смотрелась как-то нелепо, но, может, так казалось только с непривычки. В остальном же помещение выглядло нежным и приятным, возникало чувство, что Ричард может принимать клиентов прямо у себя на диване, уж очень интерьер сочетался с его профессией.

Лея оценила количество комнатных цветов на подоконнике. Они стояли в ряд, разных форм и окрасов, некоторые цветущие, некоторые просто зеленые, а некоторые с яркими листьями. Из них она признала только фиалку и орхидею, и то с некоторой долей сомнения. Лея ненавидела комнатные растения, потому что даже кактусы в ее руках высыхали или же наоборот, начинали гнить.

Она поставила подарок на барную стойку, помыла руки в кухонной раковине и села за обеденный стол таким образом, чтобы ее не было видно человеку, который войдет в квартиру.

Невольно взгляд Леи бросился на множество трав, специй и кухонных принадлежностей, которые занимали все полки на небольшом и явно любимом островке в доме Ричарда.

«Значит с подарком я не ошиблась», — заключила она.

Лея взломала квартиру не чтобы обыскать, она лишь хотела доказать Ричарду свою правоту. Ее совершенно не интересовали фотографии, одежда или любые другие чужие вещи, поэтому она не двигалась с места, на пару с Угольком ожидая прибытия хозяина квартиры.

Ричард вернулся через час после прихода Леи. Он застал ее за увлеченной игрой на телефоне, которую та начала от скуки, а теперь уже не хотела отрываться, хоть и услышала шаги в подъезде. Лея подняла глаза исключительно из любопытства. Выражение лица Ричарда оправдало все ожидания: он был обескуражен, но смотрел на Лею без злости и осуждения.

***

Ричарду не приходило в голову, что за ним будет кто-то следить. Он находился в полной уверенности, что Лея просто спросит адрес у кого-нибудь вроде Георга и придет вместе со всеми к назначенному времени. Если бы он знал Лею чуть дольше, то, конечно, посчитал бы тогда свое решение слишком простым и наивным.

Ричард не заметил Лею за большим потоком машин и не придал значения автомобилю, который остановился в его дворе. В конце концов, во двор то и дело приезжают машины, какой смысл уделять внимание всему, что тебя окружает? Ричарда не интересовала игра, которую затеяла Лея, он просто жил своей жизнью и пока что волновался только о том, чтобы еды, напитков и столовых приборов хватило на всех гостей.

Свой день рождения Ричард всегда выносил с трудом. Его напрягало излишнее внимание, часто не скрывавшее лицемерия, а также пожелания счастливой семьи и любви до гроба, которые Ричарду сейчас казались просто издевкой. Он не любил подарки и злился каждый раз, когда ему дарили что-то слишком дорогое, а Георг, как назло, всегда игнорировал слова Ричарда и, казалось, вообще не знал, что такое «недорогой подарок». Тем не менее, Ричард никогда не игнорировал свой праздник и всегда был рад принять гостей, состав которых каждый год менялся в зависимости от того, где он работал.

Первой, кто поздравил его субботним утром, была мама. Она посетовала на расстояние, разделявшее их, вспомнила некоторые моменты из его детства и в принципе разговор выдался весьма неплохим, именно таким, которого ждет каждый ребенок в долгой разлуке с родителем. Затем Ричарда поздравили Георг и Агата. Ему и на этом хватило бы уделенного внимания, но день только начался, и Ричард берег силы и терпение на вечер.

Он немного слукавил, сказав Лее, что будет занят. Ричарду всего лишь нужно было съездить за продуктами и, по возможности, присмотреть новую одежду, которую он покупал только по праздникам.

Ричард смирился с мыслью, что Лея все-таки почтит его своим визитом, но никак не ожидал ее увидеть настолько рано и при подобных обстоятельствах. Первое, что его насторожило — незапертая дверь, которую, в отличие от Кларисы, он всегда по нескольку раз проверял перед уходом, а второй деталью, развеявшую все сомнения о том, что в квартире посторонний человек, стала белобрысая макушка, предательски выглядывающая из-за барной стойки.

— Ты взломала мой замок?! — спросил Ричард, подходя к Лее с большим полиэтиленовым пакетом, полном продуктов, в одной руке и двумя бумажными, вероятно, с одеждой — в другой.

— И тебе привет! Да, я взломала твой замок, — сказала Лея так, будто это мелкая шалость. — С днем рождения, Ричард! — Лея встала и протянула руки, готовая его обнять.

— Спасибо, — Ричард положил пакеты на соседний от Леи стул и без колебаний обнял ее, — мне стоило ожидать такого от тебя.

— А что, кто-нибудь сомневался во мне? Я вот в себе нисколько не сомневалась!

Ричард смотрел на Лею и все чаще видел в ней то, что описывал раньше Рамон. Она все еще горевала, но ее взгляд с каждым днем становился светлее и, по мере того, как они оба привыкали друг к другу, Лея раскрывалась как сильная и уверенная в себе личность.

— Давай я помогу тебе? — спросила она, глядя на покупки. — Ой, пока не забыла! — воскликнула она в ту же секунду и потянулась за предметом, завернутым в подарочную упаковку, — думаю, ты оценишь.

Ричард сразу понял, что именно приготовила для него Лея, но не стал преждевременно благодарить, пока не развернул содержимое упаковки и не убедился в своей правоте.

— Интересно, — сказал Ричард, оценивая со всех сторон большую серую сковороду с керамическим покрытием, — когда я успел сказать о том, что люблю готовить?

— Хорошая сковородка никогда никому не мешала, — ответила Лея, пожав плечами.

Ричард ухмыльнулся, поблагодарил Лею и поставил подарок на плиту, начав разбирать пакеты.

— Так тебе помочь? — снова поинтересовалась она.

— Поможешь, когда буду накрывать на стол. А пока сиди отдыхай.

Пока Ричард возился с продуктами, Лея сидела молча и наблюдала за ним. Внезапно озарившая мысль прервала уютную для обоих тишину:

— Ты, получается, приготовишь все сам? Даже торт?

— Ну, горячим я как раз сейчас займусь, а торт я испек еще вчера, да.

— Если такие, как ты, одиноки, то я вообще не понимаю этот мир.

— Такие, как мы, — уточнил Ричард, исподлобья поглядев на Лею.

Она осеклась и снова замолчала.

Несмотря на указания Ричарда, Лея все-таки понемногу помогала. Совместными усилиями они управились с меню за час: салаты Ричард намеревался заправить ближе к приходу гостей, курица мариновалась в миске, а время готовить картофельное пюре еще не пришло.

В запасе оставалось около трех часов. Свою любимую коралловую рубашку и свободные брюки цвета хаки Ричард подготовил заранее. Сейчас он был полностью свободен и решил затронуть тему, не раскрытую до сих пор как следует.

— Ты точно сможешь весь вечер разыгрывать влюбленную девушку?

— А что тут сложного? — Лея сидела за пределами кухни за барной стойкой, держа на руках сонного Уголька, Ричард стоял напротив. Она положила кота на стул и потянулась ближе к нему, делая, как ей казалось, влюбленное лицо. — Видишь! Разве не похоже, что я в тебя влюблена?

— Ну ладно, — Ричард засмеялся, — ты вроде как девушка раскрепощенная, смущаться не будешь.

— Вот и славно. Если нужно, я и поцеловать тебя смогу, не переживай!

— Ха, за это я как раз не переживаю.

— Почему же? — непонимающе спросила Лея.

— Действия тебе даются куда проще слов и эмоций.

— Хм, — Лея села на место, не зная, что ответить.

— Раз уж нам нечем с тобой заняться, давай я расскажу тебе о том, как мы познакомились, а потом, если очень хочешь, помоги мне с украшением торта, — сменил тему Ричард.

— Внимательно слушаю, — отозвалась Лея, сев поудобнее.

Впервые со встречи в ее квартире им удалось развить непрерывный и интересный для обоих диалог, и это не могло не радовать расположенную к общению Лею. Быть может, на болтливость Ричарда повлияла домашняя атмосфера или праздник, который все-таки невольно создавал настроение, а, может, и совокупность факторов. Так или иначе Лея была довольна результатом.

Ⅷ

Гостей ожидалось немного, и все их имена Лее уже были знакомы. Самой первой в дом Ричарда прибыла Раиса — она была единственной, кто пришел вовремя и с кем Лее не довелось познакомиться раньше. Сила духа Раисы чувствовалась и без слов. Лее хватило одного взгляда, чтобы понять, что из себя представляет эта женщина. Лея не боялась таких людей, наоборот, надеялась, что им удастся наладить контакт.

Вторыми оказались Георг и Агата. Они опоздали на полчаса, за что сильно извинялись перед Ричардом, и, если бы Лее уже приходилось присутствовать на каком-либо празднике, она бы поняла, что такое в кругу этих друзей происходило постоянно.

Еще через десять минут появились последние и, пожалуй, самые неоднозначные гости — София и Марго. Присутствие первой Лея еще могла как-то объяснить, но приглашение Марго она посчитала не более, чем обычной вежливостью со стороны Ричарда.

После недолгих приготовлений гости сели за небольшой прямоугольный стол, накрытый у окна, из которого открывался прекрасный вид на оживленную проезжую часть. Лея с Ричардом расположились, сидя к нему спиной, справа от них сидели Агата с Георгом, слева — Марго с Софией, а напротив — Раиса, заняв целую сторону стола.

— Какой же ты сюрприз сделала Ричарду? — спросила Агата, попутно поедая пюре.

Лея с упреком взглянула на Георга, а тот в ответ лишь виновато пожал плечами.

«Вот почему я не хотела никого просить о помощи», — подумала она, чувствуя, как нарастает ее раздражение.

— Такие тайны обычно не обсуждаются в приличном обществе, — ответила Лея, смотря Ричарду в глаза. Она пыталась создать впечатление, будто им действительно есть, что скрывать.

— Согласен, — подыграл Ричард, крепко сжав ее ладонь.

Новое лицо в компании, которое, к тому же, играло не последнюю роль в жизни Ричарда, вызывало у всех неподдельный интерес. Конечно, никто из гостей не забывал о причине визита: все успели сказать душещипательный тост в честь именинника, нахвалить его на год вперед и преувеличить его достоинства, но все же спектр внимания был чуть смещен в сторону Леи, ей периодически докучали уточняющими и иногда глупыми вопросами. Ни Ричард, ни сама Лея не смущались и не раздражались от этого, они вели себя уверенно, потому что изначально понимали — такой сценарий и был наиболее вероятным.

Лея сначала неосознанно, а потом намеренно наблюдала за гостями. Она много рассказывала, была открыта, казалась местами беспечной, но все же не теряла бдительности и подмечала для себя интересные детали. По мере опьянения друзья и коллеги Ричарда открывали себя все больше, что помогало Лее составить в голове точные их характеристики и понять каждого из них.

Агата с Георгом были той самой парой, где двое настолько не подходят друг другу, что, по иронии судьбы, остаются вместе до конца жизни. Марго оказалась простой и приятной женщиной, которая не стесняется в выражениях различной степени мерзости и, возможно, смотрит мелодрамы каждый вечер в надежде обрести такую же любовь, как там показывают. София показалась Лее независимой девушкой с большими мечтами, но со страхом их осуществить. Такие как она были из тех, кто всегда выбирал синицу в небе, а вот Раиса... Раиса стала для Леи примером для подражания, эталоном, эта женщина умела контролировать все и всех, даже не прилагая особых усилий.

Компания была неидеальной, но живой и веселой, что, несомненно, было бы лучше вычурной правильности и наигранной важности.

Лея имела одну особенность организма, которой часто пользовалась в своих целях — она могла долго не пьянеть и сохранять здравый рассудок. Сейчас Лея как никогда раньше была благодарна своему отцу, от которого ей и передался этот «навык». Ей показалось забавным, как напитки определяли тех, кто их употреблял: София пила красное сухое вино, Раиса и Марго предпочитали коньяк, Ричард с Георгом пили джин, а Лея, как ни странно, поддерживала в предпочтениях Агату и пила сливочный ликер.

— Тебе разве завтра не нужно на работу? — обратилась Лея к Агате, когда увидела, что та допивает очередную порцию напитка.

— Завтра сокращенный день. Как-нибудь продержусь, — ответила девушка, махнув рукой на вопрос Леи.

Ни разу за весь вечер Лея не забывала о том, чью роль она играет: иногда она прижималась к Ричарду, часто пыталась над ним подшутить и старалась не отпускать его руки — именно такой она видела влюбленность, именно так вели себя все ее влюбленные подруги, пока она только мечтала оказаться на их месте, будучи подростком.

Совсем скоро к Лее привыкли и, потеряв всякую бдительность, начали обсуждать тему, способную связать всех присутствующих. Лея не заметила, в какой момент началось упоминание «Мортема», заслушавшись интересными, по мнению Георга, историями об их университетских похождениях с Ричардом. Оказалось, что параллельно с ними София и Раиса завели отдельный разговор и, когда со стороны Георга наступило затишье, Лея услышала слова Софии:

— Что там опять творится у Клары и Жени? Они попутали границы и орали друг на друга на весь коридор. Я слышала, когда проходила мимо.

— Ой, да они сами не знают, что между ними происходит! — выпалила Агата. По сравнению с остальными она была самой пьяной и разговор о Кларисе только раззадорил ее.

— Они что, в отношениях? — Лея сделала ошеломленный вид и очень натурально раскрыла рот.

— Их отношения старше тебя, — с ухмылкой ответила Раиса, а затем, посчитав, что ее поймут неправильно, добавила. — Это я сейчас серьезно, если что.

— Почему они тогда не женаты? — продолжала расспрашивать Лея.

— А они оба идиоты. Что один, что вторая. Успели и мужей, и детей поназаводить, а все продолжают играть и прятаться, как подростки, — Раиса махнула рукой с отвращением.

— Меня забавляет то, что о них знают все, хотя, как я понимаю, они очень стараются это скрывать, — сказала Лея, отпив из своего бокала.

— Я думаю, если бы их действительно волновало чужое мнение, мы бы сейчас не обсуждали с вами наше прекрасное начальство, — поправил ее Ричард, явно вкладывая какой-то скрытый смысл в свои слова.

— Ой, давайте не о работе, — вмешалась Марго, устало подперев лицо рукой, — тошно уже слышать об этом.

Остальные поддержали коллегу и снова вернулись к тому, о чем беседовали ранее.

Следующая часть вечера прошла по привычному праздничному сценарию: закончив с застольем, София с Марго с особым энтузиазмом схватили два микрофона и затянули обычные для караоке песни, Ричард какое-то время противился разворачивающемуся действию, но затем, после недолгих уговоров, присоединился к коллегам; Раиса не любила петь, зато согласилась стать партнершей Леи по танцам; Георг с Агатой, тем временем, шептались о чем-то, не вставая из-за стола.

В какой-то момент Раиса предупредила Лею, что ей нужно ненадолго отлучиться, и направилась в сторону ванной. Увидев, что Лея стоит одна, к ней сразу поспешила София, всучив Ричарду микрофон с такой скоростью, что тот на секунду опешил, но возражать не стал.

— Лея, — сказала София, потянувшись к ее уху, — я жуть как хотела поговорить с тобой наедине!

— В комнате полной людей? — усмехнулась Лея, оглядевшись.

— Ну а зачем нам лишнее внимание? — спросила София кокетливо, — я всего лишь хочу убедиться, что я не доставляю тебе дискомфорта. — София обхватила руку Леи и практически прижалась к ней всем телом. Лея почувствовала, как в нос ударил терпкий запах вина.

— Если ты про ваши с Ричардом отношения, то можешь не переживать по этому поводу. Я все прекрасно понимаю, — Лея попыталась отстраниться, но София схватилась еще сильнее.

— Как я рада! Я знала, что если Ричард и выберет кого-то, то это будет какая-нибудь мудрая не по годам девушка, а может и мужчина, я, если честно, до сих пор не разобралась.

«Кажется Агата здесь не самая пьяная» — заключила Лея, по-матерински тепло глядя на Софию.

— Горько! — крикнула София, заставив Лею содрогнуться, — что же наша парочка стоит по отдельности?

Все остальные гости вмиг повернулись в сторону Ричарда, ожидая от него каких-либо действий. Наблюдая за тем, как Ричард тщетно подбирает слова, Лея взяла инициативу в свои руки, сказав:

— У нас за вечер не было ни одного медленного танца. Вон, даже Георг с Агатой сидят, скучают.

— Нет, мы просто... — начал было Георг, но его перебила София, проговорив с энтузиазмом:

— Можем исправить! — и поспешив обратно к своему микрофону.

Из небольших колонок донеслась мелодия песни Adele «lovesong», и Лея с изумлением отметила для себя, что София отлично поет на английском языке. Ричард медленно подошел к Лее, пригласив ее на танец. С правой и с левой стороны от них встали Агата с Георгом и Марго с Раисой, которая вышла из ванной как раз под начало песни.

Ричард положил левую руку Лее на талию, а правой зажал ее ладонь.

— Что ты ей такого сказала? — шепнул Ричард, наклонившись к Лее.

— Всего лишь то, что меня не волнуют ваши отношения, — тем же шепотом сказала Лея.

— Интересно, что она вообще хотела услышать?

— Кто бы знал — ответила Лея, хотя вопрос явно был риторическим.

От Ричарда пахло чем-то цитрусовым с ноткой корицы. Лея положила голову ему на плечо и закрыла глаза. На ее лице появилась улыбка, происхождение которой трудно было объяснить. Отчего-то она чувствовала себя в безопасности, и это успокаивало.

Развлекательная программа продолжалась еще около полутора часов, пока Ричард не спросил:

— Пришло ли время нести торт?

— После попойки сразу к десерту — это я люблю! — рассмеялась Раиса, идя за Ричардом на кухню.

Расслабляющий чай стал для всех сигналом о том, что праздник подходит к концу. Разговоры стали спокойнее, речь давалась тяжелее, и накопившаяся за день усталость отзывалась в каждом из гостей.

— И с такими кулинарными навыками ты назвал мой торт хорошим? — шепнула Лея, попробовав нежный десерт с незамысловатым названием «сникерс».

— А разве он был плохим? — спросил Ричард, посмотрев на Лею через плечо.

В ответ Лея фыркнула и обратилась к Марго и Софии, решив вмешаться в их разговор.

— «Достучаться до небес», — подсказала она, услышав, что обе не могут вспомнить название фильма и пересказывают его друг другу в надежде справиться без помощи интернета.

Тему кино подхватили и остальные, образовав, тем самым, киноуголок за чаем и сладостями.

В течение следующего часа все разъехались по домам, в квартире остались лишь двое. Лея знала, что произвела хорошее впечатление на компанию своего «возлюбленного». Она не могла определить, на кого в особенности, но общего одобрения было достаточно.

«Тем более он сам расскажет чуть позже. Уверена, что у них теперь вместо приветствия будет десятиминутное обсуждение меня».

— Думаю, все прошло удачно, — заключил Ричард, предугадав вопрос Леи.

— Вполне, — согласилась она, — мне тоже пора домой.

— Брось, — Ричард отрицательно покачал головой, — уже поздно. Оставайся. Ляжешь на диване, а я себе на полу расстелю, как раз у меня спина болит. Я понимаю, что есть такси, но не советую тебе разъезжать по ночам непонятно с кем, — учитывая прошлое Ричарда, Лее казалось, что его слова несли в себе больше боли и смысла, чем тот изначально хотел вложить.

— Ладно, — Лея согласилась без колебаний. Ей не хотелось, чтобы Ричард переживал за нее еще больше, чем сейчас. — Уговорил, но с одним условием: я помогу тебе прибраться. Хотя бы помою посуду.

— С такими условиями у тебя вряд ли получится меня запугать. Давай, я только за.

В ответ Лея лишь хмыкнула и сразу подошла к раковине. Пока она убиралась на кухне, Ричард занялся обустройством спального места. За шумом воды Лея не слышала ничего, что происходило вокруг, поэтому не стала и пытаться заговорить с Ричардом.

Кода последняя тарелка была вымыта, Лея вытерла руки и повернулась на 180 градусов. Впервые с начала посиделок она увидела Уголька, который осмелился подойти к миске с водой.

— Он боится людей? — спросила Лея, когда Ричард расстилал толстый плед на том месте, где недавно стоял стол.

— Ему не нравится шум, — объяснил Ричард, не оборачиваясь, — он всегда прячется где-нибудь в темноте и ждет, когда станет тихо.

— Понятно... — Лея вышла из кухни, решив подойти ближе. — Признай, что ты сильно во мне ошибался, я же говорила, что со всем справлюсь, — с этими словами она села на приготовленное для нее спальное место на диване.

— Если ты хочешь услышать очередную похвалу в свой адрес, то я, так уж и быть, перескажу тебе все разговоры с коллегами, включая их искренние впечатления, отзывы и предложения, — ответил Ричард.

Он закончил возиться с одеялом и подушками и направился в ванную за спальными штанами и футболкой.

— Иногда ты бываешь безумно противным! — крикнула Лея ему вдогонку.

— Серьезно? — Ричард развернулся у самой двери в ванную. — Так вот как на самом деле выглядят противные люди...

Лея не стала скрывать улыбку, и Ричард, усмехнувшись и покачав головой, продолжил движение в ванную и на несколько минут пропал из виду.

Вернувшись, Ричард предложил Лее одну из футболок. Та не сразу разглядела принт, но затем все-таки заметила потрепанного временем белого шута и название одноименной группы.

— Не жалеешь давать мне такую вещь? Это же память как никак.

— Она изначально покупалась для дома, не переживай, — было видно, что Ричарду понравилась реакция Леи, может, он не просто так выбрал именно этот предмет гардероба.

Стол, который отодвигали на время вечеринки, вернулся на прежнее место рядом с диваном. Лея разложила на нем в ряд все украшения, чтобы те не сковывали движения, и, с чувством завершенности, наконец легла в постель, пахнущую стиральным порошком.

— Спокойной ночи, Ричард, — уже в полудреме произнесла она.

— И тебе, — чуть слышно отозвался он.

Ночь выдалась холодной. Лея спала, укутавшись в одеяло практически с головой, а Ричард, наоборот, отбросил покрывало в сторону. Он любил легкую прохладу. В ногах хозяина, пускай и на непривычном месте, дремал Уголек, подергивая ушами и задними лапами. Слышалось сопение разной степени громкости, иногда с улицы доносились голоса поздних гуляк.

Соседи поневоле заснули быстро и практически одновременно, на время позабыв о проблемах нового, пока не наступившего дня.

Ⅸ

Ричард проснулся намного раньше Леи, в начале девятого. Он чувствовал себя неважно, но терпимо, потому сразу встал, боясь, что повторное погружение в сон только испортит самочувствие. Ричард старался действовать как можно тише, но Лею вряд ли сейчас могло что-то разбудить.

Сходив в туалет и в душ, Ричард вернулся обратно в кровать и часа на полтора углубился в чтение книги «Сто лет одиночества», которую долгое время откладывал из-за неважного первого впечатления. Наконец Лея зашевелилась.

— Который час? — спросила она хриплым голосом, не поднимая головы.

— Без десяти одиннадцать, — ответил Ричард, проверив время на телефоне. — Выспалась?

— Не люблю так поздно вставать, — простонала Лея, вытаскивая левую ногу из-под одеяла, — голова болит. А ты как себя чувствуешь?

— Как человек, который подорвался в восемь утра после дня рождения... В принципе неплохо.

Лея изобразила улыбку и заставила себя подняться на ноги.

— Ужасно хочу есть, — сказала она, снова надевая кольца, — у тебя там много осталось со вчерашнего?

— Да, достаточно, — кивнул Ричард.

Пока Лея была в ванной, Ричард подготовился к завтраку и выложил на стол все, что только увидел в холодильнике. Он также посчитал, что им обоим будет приятно выпить свежесваренного кофе, который, по его мнению, стал бы прекрасным дополнением к остаткам торта.

— Как вкусно пахнет, — протянула Лея, садясь напротив Ричарда. Она выглядела бодрой и отдохнувшей: ее неприхотливое в уходе платье совсем не помялось после лежания на спинке дивана, волосы были собраны в высокий хвост, а брови и губы слегка подкрашены, подчеркивая естественную красоту.

— Приятного аппетита, — сказал Ричард с улыбкой, заметив, с каким блеском в глазах Лея смотрит на еду.

— Да, и тебе, — ответила она, наполняя тарелку и одновременно кусая бутерброд с колбасой.

Первая половина завтрака прошла в тишине. Лея с удовольствием наедалась, пока неторопливый Ричард лишь изредка попивал кофе без молока и сахара. Сегодня любимый прием пищи был ему только в тягость.

Утолив голод, мешающий думать, Лея спросила:

— А ты квартиру снял специально из-за «Мортема», или просто повезло с расположением?

— Повезло, — ответил Ричард, — я в этой квартире живу уже семь лет.

— Семь лет? Ты что... — Лея не была уверена, стоит ли продолжать вопрос, но все-таки решилась, — переехал после смерти Вероники?

— Да. Почти сразу после.

— Прямо как я, — сказала Лея, посмотрев на Ричарда вмиг опустевшими глазами. У нее в горле встал ком.

— Мда. Мы с тобой эксперты по вынужденным переездам.

Лея вымученно улыбнулась.

— Слушай, — более оживленно произнес Ричард, желая перевести тему, — а что ты там Агате наплела про сюрприз?

— Ой, — Лея махнула рукой, — во-первых, я наплела не Агате, а Георгу, я и не думала, что твой друг все своей женщине в первую же минуту разболтает, а, во-вторых, наплела я только чтобы узнать номер квартиры.

— Следила за мной? — спросил Ричард, смотря на Лею исподлобья.

— А сам как думаешь?

— Ну да, глупый вопрос.

Ричард не хотел возвращаться к неприятностям, поэтому не скупился на темы для беседы, заполняя пространство положительными эмоциями. Они не сразу вспомнили о «Мортеме». Сперва Лея расспросила Ричарда о любви к готовке и выразила сожаление о том, что умудрилась пропустить такую интересную деталь его биографии, а Ричард, в свою очередь, выждал подходящий момент, чтобы выразить впечатление работами Леи. Со стороны они были похожи на близких знакомых, которые знают друг о друге достаточно, чтобы делиться тайнами, но недостаточно, чтобы назваться настоящими друзьями.

О деле разговор зашел только когда кофе был выпит, тарелки вымыты, а в голосе обоих исчезла какая-либо тоска или тревога.

— Как думаешь, сколько времени нам еще нужно? — спросила Лея, ведя указательным пальцем правой руки по краю кружки.

— Учитывая, что вчерашний вечер прошел удачно, двух-трех недель будет достаточно, — прикинул Ричард, покачав ладонью в разные стороны.

— Значит, мне желательно с сегодняшнего дня заняться вопросом пароля от компа Кларисы. Кстати, если я пойду, как и планировалось, в пятницу, то попрошу тебя в субботу утром прийти на работу. Хочу дождаться начала рабочего дня в твоем кабинете после того, как закончу.

— Хочешь, чтобы я закрыл за тобой?

— Да.

— Без проблем. Что-то еще?

— Пока все. Дальше посмотрим, — а после небольшой паузы Лея добавила. — Я пойду потихоньку. Тебе помочь убрать со стола?

— Не нужно. Я справлюсь.

Проверив, все ли вещи на месте, Лея надела обувь, взяла куртку в руки и, уже у порога, спросила:

— А ты чем займешься?

— Пока не знаю. Мои планы нарушил плохой сон, и теперь мне нужно будет подстроиться под самочувствие.

— Звучит неприятно. Не представляю, каково сейчас Агате.

— Ее никто не заставлял напиваться. Забей.

— Ну да, ты прав, — было видно, что в голове Леи крутилась какая-то мысль, которую ей очень хочется выразить, — Ричард, а можно я буду называть тебя «Ри»? Просто твоё полное имя слишком длинное, –– в спешке объяснила она.

Брови Ричарда поднялись.

— Ну если только я тебя буду называть «Ли», что тоже звучит глупо, зато как-то более по-компанейски.

Лея засмеялась.

— Ладно, договорились, Ри, — она выделила голосом новое прозвище Ричарда и помахала ему на прощание, закрыв за собой дверь.

«Мда, так меня еще никто не называл», — подумал Ричард, садясь на диван, на котором еще несколько часов назад спала Лея.

У слишком настороженного и отстраненного поведения Ричарда была веская причина — он редко доверял и привязывался к людям, чтобы не печалиться из-за очередного разочарования. Плюс ко всему взаимоотношения с Леей изначально планировались временными, что еще больше обуславливало определенную дистанцию между ними. И все-таки Ричард понимал, что в любом случае будет скучать по Лее, потому что, как бы ни старался, он не мог отрицать факта, что Лея была именно тем человеком, которого ему не хватало в жизни.

***

Лея вернулась домой к двум часам дня. Первое, что она сделала после того, как вымыла руки — написала Альберту.

14:08 Лея
Привет! У меня есть к тебе интересный вопрос: разбираешься ли ты в программах для обхода паролей?

Альберт сразу прочитал сообщение.

14:08 Альберт
Привет, смотря, что именно тебя интересует

14:09 Лея
Например, мне нужно пробраться в чей-то комп. Насколько это сложно?

14:11 Альберт
Очень просто

14:11 Альберт
Я так понимаю, нужна помощь?

14:12 Лея
Было бы неплохо, если бы ты мне скинул одну из таких программ и объяснил, как ей пользоваться

14:14 Альберт
Так, ну сегодня вечером я весь день дома. Приходи, если не занята

14:15 Альберт
И возьми с собой пустую флешку

14:15 Лея
Хорошо, я приду. Напиши точное время и адрес

Изначально она задумывала спросить Альберта и про методы взлома, но посчитала подобное беззаконие чрезмерным и остановилась только на исключительном случае с компьютером.

Вечером того же дня Лея приехала на указанную улицу и некоторое время слонялась вокруг подъездов в поисках нужного, пока Альберт не вышел ей навстречу. Это был невысокий худощавый парень с темными волосами средней длины, впалыми щеками и болезненным цветом лица. Казалось, он никогда не выходит из дома и весь день сидит в потемках. Неизвестно, насколько эта догадка была далека от реальности. Тем не менее, несмотря на неприветливую внешность, он был добрым и отзывчивым, потому и согласился помочь Лее без лишних вопросов.

В небольшой и темной квартире кроме Леи и Альберта никого не было, но он предупредил, чтобы Лея не пугалась, если громкая входная дверь вдруг откроется и в нее войдет мама. Лея не стала уточнять, жили они вместе или мама просто заходила погостить — ее это не интересовало, куда важнее было дело, ради которого Лея здесь появилась.

На объяснения программы и необходимых для взлома действий Альберту понадобилось около двадцати минут. Он заранее записал порядок работы на отдельном листе формата А4 и отдал его Лее.

— Ну вот и все, — резюмировал парень, не придумав ничего, что еще могло бы заинтересовать любопытную собеседницу, — чай будешь?

— Нет, спасибо, мне нужно бежать, — почему-то Лее показалось, что предложение Альберта было больше вежливым, чем искренним, а чутье ее редко подводило.

И правда, на лице парня выразилось некоторое облегчение, которое Лея заметила.

— Напишешь, сколько я тебе должна? — спросила она уже на выходе.

— Я, конечно, мог бы взять с тебя деньги за такой пустяк, но не хочу.

— Ой, давай без этого. Если ты не скажешь сам, я скину столько, сколько посчитаю нужным, — в денежных вопросах Лея была принципиальна и оплачивала любой труд, который того заслуживает. Еще одна хорошая, по ее мнению, черта, которой Лею наделили родители.

— Ладно, — Альберт сдался, — я напишу тебе.

Удовлетворенная таким ответом, Лея еще раз поблагодарила Альберта за помощь и ушла, довольная собой. Чуть позже, когда указанная сумма была отправлена, Альберт, явно покоренный словами Леи, заверил ее, что она может обращаться к нему в любое время. Таким образом, Лея получила даже больше, чем рассчитывала.

Следующие две недели прошли для нее незаметно и были подчинены определенному распорядку. Около шести часов в день Лея посвящала вязанию. Обычно она вязала утром, таким образом, освобождая свой вечер. В понедельник, среду и пятницу Лея ходила с Ричардом в воображаемый спортзал, не забывая перед этим уделить беседе с сотрудниками приемной хотя бы 10 минут. В те же дни она занималась реальным спортом дома, а перед сном брала в руки отмычки и пятнадцать минут сидела над ними, продолжая оттачивать свои навыки. Выходные Леи прошли в компании старых знакомых из университета, которые, наконец, смогли одновременно освободиться от других дел и собраться вместе всей компанией.

С каждым новым днем Лея все сильнее чувствовала тревогу. Ее эфемерные и далекие мысли об окончании дела с «Мортемом» теперь воплощались в реальность. Неизвестность пугала, но и манила одновременно. Лея знала, что в «ту самую ночь» почувствует такой адреналин, которого еще не ощущала, и потому ей все труднее давались монотонные обычные действия.

Ксюша на время замолчала. Периоды затишья в общении с сестрой объяснялись только одним фактом — Ксюшу снова завалили заданиями в университете. В такие моменты Лея особенно ценила свободу и наличие двух дипломов в ящике стола, пусть те уже практически год лежали нетронутыми.

Пошла третья неделя того, как Лея и Ричард выжидали подходящего дня. Наступил вечер вторника. Лея делилась своими новостями и впечатлениями с Юрием, который, почему-то, в последнее время был таким же тихим, как и ее сестра. Они, как и всегда, разговаривали по видеосвязи. Лея сидела на кухне, поедая виноград, а Юрий лежал спиной на диване, укутавшись в серый плед. Юрий услышал не так много, как хотел бы, особенно о «деле ритуальных услуг», но все же теперь имел общие представления о жизни и самочувствии Леи. Он не мог не заметить, как много стало Ричарда в этой жизни. Ричард всегда подвозил Лею до дома и они, судя по всему, весело проводили вместе время. На самом деле после дня рождения Ричарда в их отношениях что-то сильно изменилось, но, кажется, ни Лея, ни Ричард, этого не понимали.

— Вы с ним совсем сдружились, да? — заметил Юрий после того, как Лея рассказала ему историю, которая произошла с ней и с Ричардом днем ранее: «Мы ехали в машине, и по радио заиграла какая-то старая песня, я ее даже не слышала, и, представляешь, он начал подпевать! Если бы ты знал Ричарда, ты понял бы, почему я до сих пор в шоке».

— А ты что, ревнуешь? — спросила Лея с ухмылкой.

— Да нет... На самом деле, я даже рад, что у тебя в жизни появился новый человек. Ну, знаешь...

— А чего ты мнешься? — тон Леи сразу изменился, стал настороженным и грубым.

— Я встретил девушку, — выпалил Юрий, виновато отводя взгляд.

— Так, — только и сказала Лея, тем самым приглашая Юрия рассказать.

— Ну, мы познакомились на работе, начали общаться через несколько дней после того, как я переехал, и вот, несколько дней назад стали встречаться.

— Ты поэтому мне не звонил и не писал? — спросила Лея, сглатывая слюну. Ее сердце колотилось и Лея не могла найти точную причину такого проявления эмоций.

— Извини, блин! Не знал, как тебе сказать, мы же...

— Мы друзья, — перебила Лея, смягчив взгляд, — мы лучшие друзья! Но если из-за нее мы перестанем общаться, я...

— Не перестанем, — на лице Юрия отразилось облегчение.

— Я, кажется, понимаю, почему ты молчал. Думал, я сцену закачу? За кого ты меня принимаешь?

— Я воздержусь от ответа на этот провокационный вопрос.

Лея не оценила насмешливого тона Юрия так же, как и его попытки перевести все в шутку.

— Понятно. Извини, я не хочу пока говорить.

Не дождавшись ответа, она скинула вызов, положив телефон экраном вниз. Через десять минут после окончания беседы Лея все-таки поняла, что вызвало у нее такую бурную реакцию — больше всего она не хотела оказаться второй, куда приятнее ей было бы вступить в романтические отношения раньше Юрия, и Лея знала, что он испытывал те же чувства.

«Если он сможет, то и я смогу. Самое главное, что наши недоотношения подошли к концу», — подумала Лея, испытывая радость и печаль одновременно.

Отчего-то ей стало очень одиноко. Юрий не врал — они не перестанут общаться, но их связь со временем или станет совсем редкой, или сойдет на нет. Лея не верила в какие-то более оптимистичные прогнозы.

«Все уходят от меня. Или уже ушли, или скоро уйдут»

Весь оставшийся день она провела в подавленном состоянии и наутро настроение Леи нисколько не улучшилось. За это время Юрий написал ей несколько сообщений с поддержкой и просьбой проявить обратную связь, но Лея молчала.

«Будет думать, что из-за него –– пускай! Но все-таки было бы лучше, если бы я сейчас вообще не проявляла эмоций»

Она приехала в «Мортем» ровно к 18:05, чтобы на беседу у приемной стойки ушло меньше времени. Сейчас ее не интересовали дела Марго и Софии, как и вообще сам «Мортем». Лее просто хотелось отметиться перед ними и уехать куда подальше. Она была противна самой себе, ругала себя за излишнюю вспыльчивость, но у нее не было сил справляться с самой собой в очередной раз закрывать глаза на свои чувства. Даже солнечный летний день не мог ее порадовать.

Обе девушки заметили перемену в Лее, но вслух расспрашивать ни о чем не стали, даже София, которая никогда не отличалась тактом, предпочла промолчать и сделать вид, будто все нормально.

Через несколько минут, ровно по расписанию, появился Ричард. Он, по обыкновению, кивнул коллегам и открыл перед Леей дверь, а затем взял ее за руку. Пара молча прошла до машины, и, когда оба закрыли за собой дверь, Ричард спросил:

— Что случилось?

Лея вздохнула.

— Ты боишься умереть в одиночестве? — спросила она непривычным безжизненным голосом. Последний раз Ричард слышал его на их первом сеансе, и теперь не мог представить, что послужило причиной такой заметной перемены ее настроения.

— Я не боюсь умереть в одиночестве, я боюсь, что знаю: я и правда умру в одиночестве, — ответил Ричард, смеясь, хотя от его слов по телу Леи пробежали мурашки.

— Это так печально... — Ричарду показалось, что Лея хочет добавить что-то еще, но она замолчала.

— Было бы печально, если бы я сказал это всерьез, а так... Мне всего 33, я, конечно, тоже часто хандрю, но верных друзей и любовь можно найти и в 60, главное дожить до этого возраста. А что ты вдруг заговорила об одиночестве?

— У меня практически не осталось близких друзей, и я никогда никого не любила. У меня нет шансов, Ри, — Лея повернула голову в сторону Ричарда. Ее глаза наполнялись слезами, но Лея вытерла их рукой прежде, чем они скатились по щеке.

— Это такой период, но уж точно не вся жизнь. Обычно нужные люди появляются в нужное время, а если человек не объявился — его время пока не настало, — Ричард улыбнулся. Он много раз говорил эту фразу самому себе и надеялся, что Лея поверит в нее сильнее, чем он.

— Я понимаю, но... Что будет, если человек так и не появится?

— Пусть над этим вопросом думает другая Лея. Не горюй о будущем, которое не наступило.

— Да ты, блин, ходячий цитатник, — усмехнулась Лея, снова вытерев слезы.

— Зато тебе стало веселее, — отметил Ричард, — а значит цитата помогла.

Он тронулся с места и поехал по привычной дороге к дому Леи, но через минуту она остановила Ричарда:

— Не хочу опять полчаса стоять в пробке и тратить твое время. Может, поужинаем где-нибудь?

— Хорошо, — не раздумывая, согласился Ричард, — есть предпочтения?

— Хочу пиццу.

— Я бы тоже не отказался. Сейчас выберем что-нибудь.

Забронировав столик в пиццерии, которая понравилась обоим, они не без труда добрались до пункта назначения. К удивлению Леи, дорога заняла у них даже больше обычного, около сорока минут, и прибыв на место, они уже не думали ни о чем другом, кроме еды.

Выбранное заведение по понятным причинам отличалось от ресторана, в котором Лея и Ричард виделись ранее. Количество места и возможность расставить столики далеко друг от друга давали людям больше свободы и личного пространства. Грамотно подобранное освещение не оставляло ни одного темного пятна, но при этом не вредило глазам. Основные предметы интерьера дополняли друг друга. Казалось, что если расфокусировать взгляд, все здесь сливается в одну большую пиццу: красные лампы на столах и такого же цвета подушки на диванчиках у кремовых гладких стен, напоминали пепперони; скатерть и цвет столов — слой сыра; а пол — светло-коричневую корочку, которую многие люди, почему-то, предпочитают не доедать.

Практически все места были заняты, несмотря на середину рабочей недели. Ричард и Лея сели в центре зала, но при этом оба чувствовали себя невидимками. Они заказали две больших пиццы: одну с курицей и грибами, другую с морепродуктами. Лея взяла пиво, а Ричард — обычную колу.

Ричард не хотел докучать Лее вопросами о ее самочувствии, но она сама начала говорить, как только они сделали заказ. Она рассказала и о Юрии, и об их отношениях, и обо всех своих не самых приятных мыслях. Лее просто хотелось выговориться кому-то, сомнения точили ее изнутри и, если бы рядом не оказалось Ричарда, ей пришлось бы тревожить сестру, а этого она совсем не хотела.

— Почему ты молчишь? — спросила Лея, закончив монолог. Вид у нее был усталый, будто она весь день занималась тяжелой работой под палящим солнцем.

— Я не думал, что тебе нужны какие-то комментарии, — ответил Ричард.

— У нас с ним совсем ненормальные отношения, да?

— А что для тебя «нормальные отношения»?

В этот момент к столику подошел официант, неся долгожданные пиццы. Заботливо расставив их на столе, он удалился, пожелав гостям приятного вечера. Лее пришлось повременить с ответом, ее одолел голод. С жадностью проглотив по одному куску от каждой пиццы и запив все холодным пивом, которое официант принес сразу после основного блюда, Лея, наконец, заговорила:

— Для меня нормальные отношения — это когда у людей есть четкое понимание, кто они друг другу.

— Вот как? — спросил Ричард, положив недоеденный кусок на тарелку, — а у нас с тобой нормальные отношения?

Вопрос застал Лею врасплох. Она боялась неправильно его истолковать, поэтому неуверенно ответила:

— Да, у нас — да.

— Ты четко знаешь, кто я для тебя? — не останавливался Ричард.

— Я могу тебя назвать своим другом, пусть мы и общаемся совсем недолго, — Лея, не отдавая себе отчет, потянулась за перстнем на указательном пальце.

— То есть ты с уверенностью утверждаешь, что если мы будем так же близко общаться в будущем, то никто из нас не начнет испытывать романтическое влечение к другому? — Ричардом двигало искреннее любопытство, хотя со стороны казалось, что в его интонации присутствует что-то иное, более личное.

— Мы же с Рамоном не были влюблены друг в друга...

— Вы с ним бок о бок провели очень много времени, у вас с ним сформировалась чуть ли не родственная связь, — перебил Ричард, — в сознательном и более старшем возрасте не так легко добиться подобного.

— Ты мне сейчас пытаешься доказать невозможность дружбы между мужчиной и женщиной? — спросила Лея, скрестив руки на груди и опершись на спинку стула.

— Ни в коем случае! Мне просто интересно твое мнение по этому поводу.

— Если верить теории вероятности, в нашей жизни возможно все, поэтому исключать что-то между нами я тоже не могу.

— Звучит логично, — Ричард пожал плечами и вернулся к недоеденному куску пиццы. Он выглядел беззаботным, в отличие от напряженной Леи.

— Вообще вопрос был про отношения с Юрой, — напомнила она после нескольких секунд тишины.

— Если тебя волнуют чувства, не переживай. Ты ты им не настолько увлечена, так что его влюбленность, скорее всего, вызовет в тебе только отвращение. Или, может, уже вызвала? — спросил Ричард, исподлобья взглянув на Лею.

— Вроде того, — пробормотала она.

Лея обратила внимание с каким удовольствием Ричард начал уплетать корку от пиццы.

— Для таких, как ты, нужно открывать заведения, где подают только корки, — съязвила она.

— И это был бы лучший стартап за всю историю существования пиццерий.

Лея издала веселый смешок. Она больше не хотела обсуждать ни Юрия, ни отношения с самим Ричардом. Около десяти минут они просто наслаждались внеплановым ужином, но затем Лея решила перейти к более серьезной теме.

— Когда мне лучше идти в «Мортем»? — спросила она, сделав небольшой глоток пива.

— Если за конечной целью, то можно уже в пятницу. На смене как раз будет Агата. Приходи к часу дня, когда Макс уйдет на перерыв, в общем, как мы и договаривались.

Лея кивнула.

— Да, кстати, — добавил Ричард, — я пока не выяснил график работы уборщицы, случая не представилось...

— Черт, уборщица! — спохватилась Лея, — у меня вылетел из головы этот момент, — она схватилась за голову, ругая себя за оплошность.

— Не волнуйся так. У нас еще есть время, я все устрою.

— Спасибо, — в глазах Леи светилась искренняя благодарность, — и, чтобы мне было комфортнее, не запирай дверь, когда будешь уходить, а еще, если несложно, как-нибудь сфоткай замок от кабинета Кларисы. Я заранее подготовлю нужные отмычки.

— Постараюсь.

— Ри, меня вот что еще интересует: мы с тобой упоминали вскользь, как я буду уходить из «Мортема», но не обговаривали детально. Так вот, прежде чем я перейду к сути, я хочу уточнить, у вас же есть запасной выход около лестницы на второй этаж? В чем проблема выйти оттуда?

— Во-первых, он почти всегда закрыт, но это для тебя не помеха, а, во-вторых, что куда важнее, им никто не пользуется. Ты вряд ли сможешь объяснить нашему уличному охраннику, что помешало тебе выйти через главную дверь.

— А зачем мне что-то объяснять, если я просто могу прикинуться дурой?

— Мне даже интересно, как это будет выглядеть, — Ричард широко улыбнулся и скрестил руки на груди, ожидая представления.

— Ой, дверь просто была открыта, извините, я не знала, что отсюда нельзя выходить, — с театральным испугом сказала Лея, карикатурно повысив голос.

Ричард засмеялся.

— Ну да, вряд ли он подумает, что ты перед этим стояла и, согнувшись, вскрывала замок. Только, прошу тебя, будь аккуратнее.

— Так ты же придешь в субботу. Постоишь на стреме.

Ричард хотел было озвучить какую-то мысль, которая долго крутилась в голове, но отчего-то запнулся.

— Да. Конечно, постою, — ответил он в итоге.

На миг лицо Леи просияло, но эффект быстро сошел на нет, и теперь она снова медленно погружалась в себя.

— Еще ничего не началось, а мне уже страшно, — сказала Лея, смотря в сторону.

— Это нормально. Ты готова ко всему. Тебе нужно лишь пробраться в кабинет, а там уже будет проще.

— Да, Ри. Конечно...

Лея сделала большой и последний глоток пива в попытках избавиться от кома в горле.

Впервые за все время их знакомства Ричарду так тяжело давалось молчание, но и слова почему-то были некстати.

— Хочешь сейчас домой? — спросил, наконец, Ричард, глядя на то, как Лея комкает очередную салфетку в руках и рвет ее на маленькие кусочки.

— Думаю, да.

Лея не запомнила, как они доехали и сколько времени заняла дорога. Она включилась только тогда, когда Ричард остановился около ее подъезда. Лея махнула Ричарду на прощанье и стала быстро удаляться, не замечая, как он пристально смотрит ей вслед.

«Мортем» теперь совершенно не выходил у нее из головы, вытеснив все другие переживания. Лея ждала пятницы, как маленькие дети ждут своего дня рождения, она в сотый раз прочитала инструкцию к использованию программы для обхода паролей и в десятый раз воспользовалась ею на ноутбуке, она за десять минут пооткрывала все замки, которые только смогла найти и понимала, что будет так делать вплоть до желанного дня. Лея боялась, но не настолько, чтобы отступить.

«Ричард и Юра верят в меня, и я тоже в себя верю», — шепотом повторяла Лея.

Четверг одновременно и бесконечно тянулся, и стремительно мчался. Лея весь день просидела дома, не отвечая никому, кроме Ричарда, да и с ним поддерживала связь только из-за страха упустить важную информацию.

Ричард, в свою очередь, сделал все, о чем просила Лея: он сфотографировал замочные скважины и раздобыл график уборки помещений. Он выполнил свою часть уговора полностью, теперь дело оставалось исключительно за Леей. Они оба это понимали.

Лее пришлось принять снотворное, чтобы наступление следующего дня не было таким тягостным. К сожалению или к счастью, у времени только одно свойство — идти вперед, поэтому томительный четверг подошел к концу, уступив место прекрасному пятничному утру.

После снотворного у Леи болела голова. Она выпила таблетку обезболивающего и сразу же приступила к сборам. До выхода из дома оставалось четыре часа. В сравнении с уже пройденным — это пустяк. И действительно, в какой-то волнительной суете минуты складывались в часы особенно быстро. И вот Лея собрала сумку, а уже через мгновение спустилась вниз по лестнице.

Еще вчера Лея заходила в «Мортем» впервые в качестве клиентки, теперь же она стояла у входа и смотрела на часы. Наступило ровно 13:00.

«Ну что, пора», — подумала она, взявшись за дверную ручку.