Глава 27
Рори двигалась быстро, бросая неуловимые взгляды по сторонам.
Темно-русый длинный парик, ничем не примечательная мешковатая одежда, под которой постукивает о ребра пистолет.
Один справа.
Мимо.
Двое по углам - пристально смотрят, но ничего.
Третью группу она решительно расталкивает, бормоча на языке кочевниц-торговок, чтобы заглушить бешеный стук собственного сердца.
В самом людном месте она дотрагивается магнитом до двери легковушки среднего класса, припаркованной у обочины, и садится на водительское место.
Короткий удар коленкой по пластмассе вокруг рулевой колонки, резкое вращение руля.
Быстро достать цилиндр, два движения отверткой - и она выезжает, нацепив черные очки незадачливого владельца, забытые под солнцезащитным щитком.
"Так-то ты заметила, как я навесила тебе жучок", подумала она, петляя в сторону, как только позади начались признаки обнаружения угона. "Агент Харвей!"
Паудер рванула руль в сторону, так что заскрипели тормоза.
"Небось думала, меня не могло побеспокоить то, что мы миновали воздушную границу так просто?"
Четвертая группа.
Полицейский с рацией.
Какая-то толпа.
Звук резко срывающегося с места мотоцикла с байкером в бандане, закрывающей нижнюю половину лица.
Теперь можно идти в раж.
Педаль газа до упора - и машина летит через рынки и площади, срезая маршрут эвакуации через гибло узкие трущобы.
Рори уворачивается от пуль, свистящих вокруг с периодическим шварканьем по корпусу, и, не отпуская руля, стреляет назад.
Одно попадание преследователей уже заставило лопнуть заднее стекло.
Главное уйти в горы.
По сторонам с криком разбегаются люди.
Она мчится по центральному проспекту, глядя, как между домами мелькают по двух параллельным улицам машины преследователей, у которых, в отличие от той, которая на хвосте, нет проблесковых маячков.
"Подрядили террористов", проносится в голове презрительно, когда пуля, пробив боковое стекло со стороны пассажирского сиденья, визжит мимо уха. "Ох, какая ''тонкая'' игра, дельта Харвей!"
Удар по педали тормоза, полицейская машина на скорости врезается в задний бампер виновницы погони.
Та делает резкий разворот - и легковушка со страшной силой врезается в витрину магазина.
Из размозжённого капота вырывается пламя, но Паудер уже нету и там.
А из подворотни в той же стороне отъезжает потертый велосипед с бородатым попрошайкой, который стремится поскорее смотаться с места, куда скоро слетится полиция, на ходу швыряя что-то в горящий мусорный бак.
___
"Проклятая жара".
Рори не выдержала и соскочила с седла, задыхаясь под ворохом тряпья и париками.
Оглядываясь по сторонам, сдернула накладные космы и бороду, вылезла из лохмотьев, отряхивая от пыли собственный костюм.
"Альтштадт - просто рай по сравнению с этим пеклом. Да и Империя отхапала себе редкой отвратности климатическую зону. Ясно, почему они экономят на защите самого населенного пункта."
Бывшая сержант Паудер оперлась о велосипед, переводя дух.
В скалах уже можно было отыскать тень, в укрытии между камнями шуршал на сквозняке сухой кустарник, колеса велосипеда мяли скудную траву.
Издалека доносился вразнобой хор полицейских сирен и отдельные выкрики, подхваченные эхом, но природа вокруг выглядела умиротворенной.
Один из одиннадцати на планете рудник EDA, окружённый элементами пассивной защиты и мощной артиллерией, зиял вдалеке настоящим спуском в царство смерти.
Рори вздохнула.
Над ней просвистела какая-то птица, и, провожая взглядом её бездвижный полет, Паудер задумалась.
"Я заразилась безумием. Найти двух Голиафов в этом огромном каменном кольце - всё равно что сухую посуду на жилплощади средних рангов..."
А если это и удастся...
Что дальше?
Перед внутренним взглядом мелькнули большие детские глаза зловеще-рубинового цвета, и Рори вздрогнула.
Бесповоротный вопрос "для чего я всё это делаю?" готов был наконец разразиться в мозгу, но Паудер схватилась за велосипед.
Она хотела вывезти его наружу, как вдруг краем глаза уловила вдали какое-то движение.
Улегшись на камень, Рори навела бинокль на отрог.
Когда спустя несколько секунд она посмотрела поверх окуляров, её глаза были прищурены, а губы решительно сжаты.
Комбинезон пилота, только ярких цветов, и рыжие волосы.
"Значит, это Второй..."
Убегает куда-то. Но это не столь важно. Откуда-то...
Рори быстро убрала бинокль и заскочила на двухколесный транспорт.
Имперцы еще не вылетели на поиски. Так что вполне возможно...
Доказать, что Вирджинии всё же не удалось свести её с ума.
___
За верхушку каменного завала над спуском в низину схватилась чья-то рука со сбитыми в кровь пальцами.
Следом показалась голова с копной спутанных рыжих волос и бледное лицо, глаза на котором окружали тёмные провалы.
Побег из родного города, пилотирование, эта игра в размалеванных солдатиков...
''А ведь на самом деле я просто трус.''
В самом деле, чтó он без Голиафа? А чтó внутри?..
Он бросил их.
Бросил их всех.
Элиот посмотрел на постройки, которые занимали самый край отрога.
Потом сполз обратно и проклял всё на свете из-за того, что не форменной одежды с собой у него в принципе не имелось, а значит, маскироваться было невозможно.
Но у имперских пилотов другие комбинезоны, даже гражданские должны это знать...
Внезапно его отчаянно шарящий по сторонам взгляд наткнулся на какой-то куль, заткнутый за камень в ущелье неподалеку.
Рей вытащил пистолет, взвёл затвор и подкрался поближе.
Тишина.
Элиот выпрямился, огляделся еще раз, и, не опуская ствола, протянул руку к вороху тряпья.
"Парик?"
Изумленно пронеслось в голове.
"Видимо, перебежчиков тут куда больше, чем я думал".
Рей юркнул за камень и спустя минуту выбрался оттуда в одном из костюмов Рори Паудер, уходящей от погони по этим местам около часа назад.
___
Приземистые кварталы новостроек, которым, судя по свежей краске, и правда не больше трех лет.
Люди, безразлично проходящие мимо. Многие ведут за руку детей.
Он слышит голоса и смех, и от этих звуков в груди сдавливает еще сильнее.
Не выдерживая, Элиот срывается с места, бежит вперед.
Он смутно вспоминает рассказы о том, что птицы и звери чувствуют место, где был их дом, даже тогда, когда от целого ландшафта вокруг ничего не осталось... может быть, с ним то же самое.
Ноги сами несут куда-то мимо пыльных, мертвенно-спокойных закоулков.
Ни пожарищ, ни развалин.
"Мама... Катрин."
Сердце бьется как сумасшедше.
Направо.
Налево, левее, перекресток - и сердце пропускает удар.
То самое место, он готов дать голову на отсечение.
Даже колодец остался, только выглядит по-другому.
И вокруг выкрашенные в белый с желтыми квадратами трехэтажные дома.
Пахнет местом, где он вырос, но рассеялся запах дыма, и остались просто пыль, песок и пустыня.
Та самая площадь, на которую упала оторванная Голубым Ангелом голова Голиафа-захватчика.
Получается... Голиафа Республики. Как и того, кто свернул ему шею...
А теперь здесь свежая брусчатка, фонари, даже... скамейки...
Как во сне, Элиот побрел к колодцу, заглянул внутрь и, сорвав парик, увидел себя - высокого роста, с длинными волосами, рыжина которых выгорела на солнце, так же как и кожа успела сделаться смуглой за те промежутки времени, когда он выглядывал наружу из кабины, предвкушая возвращение сюда.
Отражение разбилось на круги.
Где-то он уже слышал звук из глубины, куда сорвалась тяжёлая капля.
Облокотившись о камень, Рей медленно сполз коленями на землю и уткнулся лицом в собственное плечо.
Он даже не дернулся, когда кто-то обернул его нос марлей со снотворными парами и накрыл голову мешком.
-Агент Харвей, -сказал Девале, наблюдая за тем, как Элиота погружают в полицейскую машину. -Второй у нас.
С этими словами он взял кружку и хлебнул из воды из ведра, которое только что наполнили по его приказу, но сразу сплюнул.
-Жавер! -Крикнул он одному из своих людей.
-Шеф?
-Воду здесь испортили, болван. Твой же участок!
-Честное слово, шеф, дежурили здесь днем и ночью...
Махнув рукой, капитан сел в машину рядом с бесчувственным Реем, и водитель дал газ.