26
Влад.
Мы поднимались по лестнице на второй этаж. Я крепко сжимал ягодицы Евы, пока она тесно держалась руками за мою шею. Я шел прямиком в нашу спальню и уже по пути в комнату думал, как мог удивить и порадовать пуговку.
— Куда ты? — удивилась Ева, когда я оставил ее одну на кровати, а сам пошел в гардеробную.
— Сейчас, — я вернулся с кое-какой вещицей в руках. Как только Ева увидела ее у меня в руках, ее глаза округлились.
— Что это? — неуверенно и даже немного боязно переспросила меня Ева, хотя я был уверен, она знала, что это.
— Это вибратор, — глаза Евы округлились еще больше и кажется, она даже перестала дышать от моих слов. Она смущенно отвернулась от меня, глазами изучая комнату. — Ты бы хотела воспользоваться им? — я подтолкнул ее к ответу, на что лицо Евы вспыхнуло. Она слишком смущалась, и покраснела настолько, что стала ярко-розовой.
Черт. Пять минут назад она рассказывала мне, что теперь будет говорить мне свои желания. Я сильно обрадовался этому, потому что я уже давно думал о том, что ее следовало научить говорить прямо то, чего она хотела, каким бы «постыдным» это не было в ее разуме.
Около минуты мы молчали, пока Ева продолжала чувствовать себя некомфортно, а я обдумывал ее поведение. Наконец мне стали понятны ее перепады настроения, которые слишком сильно влияли на ее слова и поведение.
Казалось, что вся эта смена обстановки и недавно произошедшие события еще сильнее травмировали ее. Возможно, она даже отвыкла от меня и ей было тяжело показывать свои эмоции, как это было в самом начале.
Нет, мне срочно нужно было вернуть мою Еву.
Я тепло посмотрел на нее и взял ее за крошечную руку, которая оставалась такой же маленькой, по сравнению с моей. Я почувствовал, что ей стало неудобно от моего молчания, а начать диалог самой ей не хватало сил.
Это было совершенно не мило и не здорово, что ее настроение так резко изменилось. Ева — стеснительный человек. Вряд ли она когда-нибудь сказала бы мне подобное, если бы не эти эмоциональные качели, которые она сейчас переживала.
— Малыш, расслабься. Ты же знаешь, что можешь мне доверять и я никогда не осужу тебя. Никогда. И ты всегда можешь поделиться со мной своими желаниями и рассказать о своих страхах. Ты же видишь, что мы вынуждены заново узнавать друг друга, — я поцеловал Еву в запястье, прежде чем продолжить. — И у тебя есть возможность попробовать что-то новое со мной, — прямо сказал я. — Это не стоит твоего смущения. Мне важно знать о твоих предпочтениях.
— Тогда... — Ева неуверенно начала, пока я потянулся рукой к ее подбородку и заставил ее смотреть на меня. — Я бы хотела попробовать кое-что еще.
— Я слушаю тебя, — снова я подтолкнул ее, отчаянно желая услышать ее желание.
— Я хочу сделать тебе приятно, — на одном дыхании поделилась Ева, вновь отвернувшись от меня.
Сделать мне приятно.
И дураку было понятно, каким образом.
— Ты уверена в этом? — я приподнял бровь, желая услышать ее подтверждение.
Черт возьми, честно, я понятия не имел, как мы должны были это сделать.
Я не должен был сильно давить на нее и быть терпеливым. Это было самое главное. Мне нельзя было спешить, это все-таки ее желание.
— Да. И я хочу сделать сегодня. Сейчас, — мне показалось, что настрой Евы вернулся к ней. — Ты же не против?
— Мне будет трудно отказать тебе в твоем желании, — улыбнулся я, поднимаясь с корточек на ноги. Ева подняла голову, ожидая моих следующих действий.
— И так мы имеем согласие? — спросил я и зарылся рукой в ее волосы, нагнувшись над ее лицом. Я заметил, как Ева сглотнула, но потом быстро кивнула. Я ухмыльнулся, всматриваясь в ее глаза. — Тебе не нужно бояться этого, — на всякий случай объяснил я, не увидев в ее карих глазках страха или намека на него.
И я поцеловал ее. Это не был нежный поцелуй, но только сейчас ко мне пришло осознание того, что это был наш первый поцелуй после долгой разлуки. Вспомнив об этом, я немного сбавил темп, но все равно не слишком нежничал с Евой: мне нужно было, чтобы она видела, насколько сильно я ее хотел.
Я ухмыльнулся ей в поцелуй, когда почувствовал две прохладные ладошки на своей горячей коже. Мне казалось, словно меня облили кипятком и эти маленькие ручки возвращали меня в реальность.
Ева бродила руками по моему телу, точнее, до всего, до чего могла дотянуться. Она схватилась за мою футболку и приподняла ее, открывая себе мое тело.
Ева отстранилась от меня, и я заметил ее красные подпухшие губки.
— Давай. Сними с меня футболку, — я опустился к Еве на кровать, облегчая ей задачу. Ева в раз сняла с меня футболку и я увидел ее скрытую улыбку. Увидел глаза, которые гуляли по моему телу. — Мы собираемся сделать это прямо сейчас? — снова переспросил я, и Ева тут же кивнула. — Хорошо, давай попробуем найти позу, в который тебе будет удобно, — я поднял Еву за подмышки и опустил ее на мягкий ковер. Все еще беспокоясь о том, что ее колени могут болеть, я кинул несколько подушек под ее ноги.
Я сел на кровать перед ней и снова наклонился, чтобы поцеловать ее. Ева сладко двигала губами и положила руки на мои колени, немного приподнимаясь.
Я быстро расправился со штанами, а Ева, смотря, как я раздеваюсь, сняла с себя ночную футболку и осталась полуобнаженной передо мной.
— Ты ведь покажешь мне? — я кивнул и взял ее руку в свою.
— Если почувствуешь, что тебе неприятно, просто скажи мне и мы закончим. Я не хочу делать это насильно.
— Но ведь это то, чего я хочу.
— Ты не делала это никогда. Тебе может это не понравиться, — вместо ответа Ева схватила рукой мой член и совсем немного сжала его, от чего я чуть не сронил стон.
Решила действовать самостоятельно. Ладно.
Контраст ее холодных рук и моего горячего члена заставили его затвердеть еще больше. Ева совсем немного сжала его, видимо боясь, что причинит мне боль. Но сам факт того, что ее маленькая ручка сжимала меня... Я уже был готов кончить от этого.
— Сожми сильнее, — мягко приказал я и посмотрел на смущенную Еву.
— На сколько? — сразу же поинтересовалась она, а я накрыл ее руку своей и сжал ее. Я закатил глаза от волны удовольствия. Ева гладила меня большим пальцем, и я был готов зашипеть от этого блаженства. — Может, мы начнем?
— Если ты так хочешь, — я заметил, как Ева устроилась удобнее. Я кинул взгляд на ее разбухшие розовые соски и, будь я проклят, мой член поднялся еще выше.
Ева приоткрыла рот и принялась облизывать языком мой член снизу вверх, по всей длине. Ее теплый язык проходился по всем венам и я сжал простынь в руках от, уже до невозможности, прекрасного чувства.
Она делала все медленно, немного неумело, но это только заставляло меня чувствовать себя лучше.
Потому что я ее был первым опытом и я был единственным, кто видел ее в подобном виде.
Она облизала головку моего члена, и я закатил глаза от удовольствия. Ева вопросительно посмотрела на меня, не зная, что нужно было делать дальше. Я наклонился к ней и собрал ее волосы в свою руку, чтобы они не мешали ей.
— Попробуй взять его, — подсказал я, и Ева сразу же потянулась к моему члену. Она неумело взяла его в рот, немного задевая зубами, но и это доставляло мне неповторимое удовольствие.
Ева пыталась взять в себя как можно больше и я увидел, как она давилась моим членом. Я сразу же оттянул ее голову от него, от чего Ева громко закашляла.
— У меня... Не получается, — между кашлем говорила она.
— Тебе не нужно брать все в себя. Ты не сможешь это сделать. Это невозможно, — объяснил ей я и погладил по щеке большим пальцем. — Мы никуда не спешим. Не насилуй себя этим, — я поцеловал ее розовую от смущения щеку и снова собирал ее волосы в свой кулак.
Ева вновь взяла мой член, пока я помогал ей двигать рукой по основанию. Она рисовала узоры на моей длине и, черт, это так завораживало. Ева делала это по-своему, и я почти не помогал ей.
В какой момент она ускорилась, так, что начинало темнеть в глазах. Я снова отстранил Еву от себя, помогая ей рукой.
Не прошло и пол минуты, как я с томным стоном кончил.
— Это было хорошо, — я взял салфетки и очистил руку Евы и свой член от спермы.
— Тебе правда понравилось? — Ева облизнула свои губы и я усадил ее себе на колени, не желая, чтобы она больше сидела на коленях передо мной. Я взял стакан воды и приставил его к губам Евы. Она отпила немного, после чего я поставил стакан на прежнее место.
— Это было волшебно, — мои губы прикоснулись к губам Евы, и она подалась ко мне вперед. Ее обнаженная грудь прижалась к моей и я обхватил ее руками, немного сжимая. Мои губы переместились на ее мягкую кожу шеи, и я оставил розовые отметины на ней. Ева тяжело дышала у меня над ухом и сильно сжимала мои волосы у себя в ладонях.
Я услышал тихое хныканье, когда мои губы дошли до груди Евы. Я лизал ее сосок, от чего Ева начала подрагивать у меня в руках. Я уложил ее на кровать и в секунду сорвал с нее мокрые трусики.
Под тяжелое дыхание Евы я поцеловал ее шею, лаская нежную и такую сладкую кожу языком. Ева становилась розоватой от сильного возбуждения, и схватилась за мой бицепс, сжимая мои руки со всей силы.
— Давай. Скажи мне, чего ты хочешь. Скажи мне, что ты хочешь получить, — подтолкнул я и сжал тоненькую талию в своих руках.
— Сделай мне приятно, — прошептала Ева мне на ухо и даже раздвинула ноги для меня, чтобы я мог лечь между ними.
— Иди сюда, — я навис прямо над ее мокрой промежностью, закидывая ее ноги на свои плечи. Пальцы Евы впились в простынь, и я переложил их на свои волосы.
Быстро взяв в руки вибратор и настроив его на среднюю мощность, я раздвинул половые губки Евы и приставил вибратор прямо к ее клитору. Ева громко вскрикнула, потому что не ожидала такого.
— Малыш, мне сделать мощность меньше? — Ева покрутила головой и это был весь ответ, который был мне нужен. Что ж, теперь можно было приступить и к моей части.
Я коснулся губами розовой плоти Евы и поцеловал ее, пока ее ноги судорожно дрожали на моих плечах. Мой язык резко проник в ее промежность, от чего Ева застонала и захныкала еще больше.
Мои движения не были медленными. Я трахал ее языком быстро, как только мог, ликуя внутри от ее наслаждения.
— Влад! — вскрикнула Ева, когда я поставил и вибратор на максимум. Ева впилась пальцами в мои волосы и потянула их, пока я делал последние движения внизу. Тело Евы покраснело и дрожало, пока она кончала на мой язык. Я вылизывал ее сладкую влагу, пока Ева бесшумно лежала на кровати, зажмурив глаза и отходив от оргазма. Я убрал вибратор и последний раз поцеловал ее киску.
— Хорошо, — кивнул я и наблюдал за Евой, которая только приходила в чувства. Я дотронулся до ее щеки и нежно поцеловал, пока Ева обнимала меня за шею. Я поцеловал ее горячее лицо, а Ева старалась выровнять свое дыхание.
— Ну давай же, — стонала она, когда головка моего члена коснулась ее бедра. Я раздвинул ее ноги шире, и плавно вошел. Ева укусила мое плечо, пока я гладил ее по волосам. Возможно, ей все еще было непривычно. Это не было странно, ведь это только ее второй раз и я не рассчитывал на какой-то грубый или просто трах.
Нет, с Евой такого никогда не будет.
Я так же медленно входил в нее, доходя до самого конца.
— Все хорошо? — спросил я, ведь не слышал ничего, кроме тихого дыхания.
— Влад... Пожалуйста, меньше слов, — упрекнула меня Ева и я принял этот ответ, как разрешение продолжить. Я вышел на половину и сделал довольно резкий толчок, снова полностью погружаясь в нее. Я чувствовал, как Ева сжимала меня внутри. Я застонал от этого ощущения, а Ева хищно ухмылялась.
— Тебе нравится, да? Тогда я буду делать так чаще, — Ева тут же покраснела и будто не верила своим словам. — Я не то хотела сказа..
— Я понимаю, — сказал я между толчком и стоном Евы. — Я знаю, что с тобой происходит и я нормально принимаю это, — успокоил ее я и поцеловал в лоб. Ева закрыла глаза от удовольствия, а я положил подушку под ее голову, чтобы ей было удобнее. Я не хотел, чтобы позже от возможной боли в промежности к ней добавилась еще и боль в спине.
Я целовал каждый участок ее сладкой, как сахарная вата, кожи. Ева так была юна и ее нежное тело так и тянуло меня к себе. Хотелось погрузиться в нее, в ее тепло и никогда не выходить. Хотелось вдыхать ее аромат и дышать только им. Она была моим кислородом и я просто задыхался эти два месяца без нее. Не мог дышать и был неспособен сделать и малость без нее.
Я внимательно наблюдал за Евой. Как она хмурилась, сосредоточившись на своих чувствах. Как она тянулась ко мне за поцелуем, а я с радостью отдавал ей всего себя.
Как она цеплялась в мои руки и плечи, царапала меня и даже не замечала этого от многочисленных волн удовольствия.
—Я люблю тебя, — прошептал я и сделал последние несколько толков, перед тем как наши тела содрогнулись и мы потерялись друг в друге.
— И я тебя люблю, — улыбнулась Ева и ее тело расслабилось, пока я обнимал ее.
— Я не сделал тебе больно?
— Нет. Ты, как всегда, аккуратен, — Ева зарылась в одеяло, но я быстро достал ее оттуда.
— Сначала нужно принять душ. Давай. Нужно освежить тебя и потом ты отдохнешь.