Глава 28.
Получатель: Засекреченный канал (исходный код WSQ.5904.300.20)
Тема: Пациент «О»
Дата передачи: 09.01.хххх
Господин Веспиан,
Подтверждаю, мы приступили к анализу предоставленного Вами биологического материала. Потребуется время на то, чтобы «выжать» из него всю необходимую информацию, включая анализ возникновения побочных эффектов и разработку метода дальнейшего лечения. Стандартная процедура займёт не более двух недель. Разумеется, с использованием менее традиционных методов исследований мы можем ускорить этот процесс, однако в этом случае мы не можем гарантировать целостность организма пациента. Если Вас это устраивает, то мы уже сегодня предоставим Вам итоговую стоимость по новому перечню услуг и немедленно приступим к работе.
Спасибо заранее.
HQVespS.group
Вырезка из корпоративного коммуникатора HQVespS.group
Дата передачи: 13.01.хххх
FW: Тестирование по определению порога температурно-болевой чувствительности объекта дали любопытные результаты. Его практически нет. Подобная патология встречается у людей переживших инсульт, но отсутствие болевой чувствительности никогда не делает тело прочнее, а регенерацию лучше. В этом же случае, объект проявляет навыки частичного регенеративного восстановления тканей и костей. Кожу невозможно пробить известными нам видами металла, но она поддаётся огню. Требуются повторное проведение опытов. (Гл. цел-ль Д. Окли)
FW: Попытка накормить увенчалась полным провалом — структура кожи не даёт кормить парентерально, подключить назогастральный зонд также невозможно. Бейли попробовал и буквально остолбенел, когда коснулся её лица! Предполагаю наличие дремлющих телепатических способностей у объекта, это объясняет ступор у главного пациента.
P.S. Мне начинать писать завещание? (Мл. цел-ль Э. Дюмон)
FW: Это нормально, что датчики, реагирующие на источник тепла и света, «слепнут» в её присутствии? Клянусь, временами мониторы показывают абсолютно пустую комнату, будто её увели на процедуры или ещё куда, но я стою прямо перед стеклом и вижу, как она вжалась в угол. (Мл. цел-ль З. Лайф)
FW: У меня самого рядом с ней голова трещит, как от магнитной бури. Есть риск получить облучение в подобной ситуации? (Мл. цел-ль Э. Дюмон)
RE: Коллеги, прошу прекратить использовать корпоративную почту не по назначению. Вы не в детском саду, придерживайтесь правил деловой переписки. Репаративная регенерация объекта превышает скорость регенерации известных нам видов, но для смертного это признак аномалии. Мы наблюдаем поразительную скорость даже при ожогах четвертой степени или частичной ампутации конечностей. Что же касается телепатического воздействия объекта на окружающих — на мой взгляд, вы просто мнительны. (Гл. цел-ль Д. Окли)
RE: Химический состав образца, безусловно, отличается от того, что был получен во время сдачи налога. Я бы даже назвал совершенно иным типом крови, если бы не знал, что он получен от одного и того же донора. Такого не случалось со времён открытия категории «А», при том, что мы не наблюдаем никаких признаков обращения! Просим верховную канцелярию покопаться в архивах, на предмет более подробного анамнеза материнской линии объекта.
P.S. По понятным причинам историю крови отца и его рода естественно получить невозможно, но проследить признаки отклонения ДНК возможно при использовании свежих образцов. Служба безопасности, просьба оказать поддержку. (Мл. цел-ль Т. Ройс)
RE: Посмотрим, о каком объёме идёт речь?
RE: Будет проще, если привезёте тело. По возможности нам может понадобиться и кровь матери. Сложно сказать, сколько материала может потребоваться, но с рабочими договориться явно проще, чем с живыми. (Мл. цел-ль Т. Ройс)
RE: Принято.
Получатель: Засекреченный канал (исходный код WSQ.5904.300.20)
Название: Пациент «О»
Дата передачи: 19.01.хххх
Господин Веспиан,
На данный момент объект проявляет нескрываемую апатию. Мы не смогли зафиксировать ни единого проявления подозрительной активности. Она не спит, но и не бодрствует. Ни еда, ни кровь не вызывают у неё интереса, более того временами мы фиксируем продолжительное отсутствие дыхания. Мониторинг пульса показывает поразительные показатели, либо её сердце бьётся слишком медленно, либо полностью останавливается. Её категория больше не соотносится ни с одной из ныне существующих, потому получила временное название категория «О».
Главный целитель крайне обеспокоен её разговорами с самой собой. Голоса не слышно, но она постоянно смотрит на своё отражение в стекле и шевелит губами. Готов поклясться, что в эти моменты стекло начинает вибрировать от вырабатываемой ею энергии. Есть опасения телепатического вмешательства инициировавшего её лорда. В связи с этим фактом, наш персонал выражает определённую степень беспокойства. Мы не специализируемся на содержании существ, с врождёнными телепатическими отклонениями, в связи с их принадлежностью сами знаете к кому. Нам не нужны неприятности такого масштаба. Пока никаких видимых причин отменять анализ у нас, конечно, нет, однако мы просим подтвердить возможность значительного увеличения затрат в случае появления неких... неприятностей.
Спасибо за понимание.
HQVespS.group
Получатель: Засекреченный канал (исходный код WSQ.5955.320.20)
RE: Пациент «О»
Дата передачи: 19.01.хххх
Ваше время на исходе. Делайте то, что потребуется, но предоставьте мне результаты. Или я сам прибуду, чтобы «обговорить» условия увеличения затрат. Об инициировавшем её лорде беспокоиться буду я сам. Работайте.
Н. В.
* * *
Когда она открыла глаза, в кресле возле окна сидел дедушка, одна его рука была перемотана бурыми бинтами, другой же он задумчиво рассматривал тонкое лезвие. Оно должно быть безукоризненно острым для того, чтобы быстро и безболезненно сбрить каждый волосок на лице. Он улыбнулся крохе, когда заметил её пробудившийся интерес ко всему процессу. Каннари часто ругали за привычку пристально смотреть на то, что делают другие. Как они едят, как готовят, как чинят или пишут. Наблюдать за людьми было интересно. Но дедушку это никогда не смущало, он всегда поощрял её любопытство. Насвистывая какую-то песню, он позволил изуродованной руке размеренно размазывать белую пену по щёкам и подбородку.
— Доброе утро, ты должно быть сильно проголодалась? Подожди немного, это не займёт много времени. Может пока рассказать тебе историю?
— Историю? Если как у бабушки, то не надо, она всегда рассказывает какие-то ужасы, — немного разочарованно уточнила она.
— Существуют масса интересных историй, не связанных с её носом, принцесса.
— А кто мне их расскажет? Дома все брошюры, которые приносит мама с работы, папа тайком отправляет в огонь, говоря какие вампиры жестокие. А сам он не читает. Может лучше ещё одну загадку? Их мне пока никто не запрещает слушать.
Бывали ли другие такие же семьи как у них, не способные договориться, чему учить их единственную наследницу?
— У нас с тобой кажется, был уговор, на каждую загадку должен прозвучать ответ, прежде чем я загадаю новую. Помнишь?
— Да... мне нужно ещё немного времени на неё. Тогда давай историю.
— Внимательно слушай, эту мне поведал один знакомый вампир, — задумчиво сказал дедушка, — Много лет назад в одной деревушке жили два смертных брата. Старший брат Бэйзил был озлобленным, но крайне печальным и болезненным на вид малым. Младший же Натаниэль был серьёзным и мрачным, похожим повадками и голосом на дикого зверя. Их никто не любил, потому что по убеждению простого люда кровь их рода скрывала страшное проклятье, — сказал дедушка, и поставил обломок зеркала рядом с вазой, чтобы было удобнее наблюдать за процессом, — Будучи совсем крохами обоих нашли на пороге одного из домов глубокой ночью. Никто не знал, кем были их родители. То были дикие места, где подбросить детей и остаться незамеченным незнакомец просто не мог, поэтому зародился слух, что то были существа, отличающиеся от обычных смертных. Видишь ли, согласно преданию в тех краях по сей день продолжают скрываться довольно отвратительные создания...
— Не вампиры?
— Деграданты, — фыркнул дедушка, закатив глаза, — Ужасные существа обладающие силой вампиров, но утратившие разум, чтобы отвечать за свои поступки. Как и Императоры, они старейшие обитатели планеты — потерянное звено, если хочешь их так называть. Доказательств тому, конечно, не было, ведь деграданты не могут производить смертное потомство, а дети, безусловно, были людьми. Но где есть страх, зарождается жестокость.
— Почему же их не изгнали, как детей из категории «С»?
— Бэйзил был чертовски умён для того времени. Он будто родился раньше своей эпохи. Маленький мальчик знал, как сделать так, чтобы люди делали то, что он хочет, не замечая, что всё это время их тянут за ниточки, как марионеток.
— Как здорово! Хочу быть как он, — тут же заявила Каннари, думая, что быть настолько умным было очень даже и неплохо.
— Манипулировать людьми не так сложно как ты думаешь, сложнее завоевать обратно их доверие, если твой обман раскроется, — усмехнулся он. Одним движением смахнул большую часть пены с лица, оставив ровный, чистый след без единого волоска на коже, и продолжил, — В отличие от него Натаниэль был нелюдимым человеком. Ему не нравился этот мир, не нравились люди, не нравился смех. Его сила позволяла легко выигрывать деньги в боях, но он предпочитал тратить их только на вещества, позволявшие убежать от реальности. Ты не поверишь, но его самой большой мечтой было закрыть глаза и никогда больше не просыпаться, — дедушка остановился и погрозил лезвием, — Не фырчи, такие люди тоже бывают. Поймёшь, когда подрастёшь...
— Не пойму, что в них такого особенного? Звучит, будто они и правда были просто людьми. Разве жителям деревни не достаточно того, что они могут выходить на солнце? Все знают, что вампиры его не выносят.
— Главная слабость мальчиков была в том, что каждый по-своему хотел поскорее отбросить личину человека и перешагнуть на следующую ступень мироздания. Правда, один жаждал бессмертия, другой же попасть в царство вечного покоя. Это-то и отпугивало от них людей, делая их пугающей аномалией. Быть человеком не так уж и плохо. Смерть придаёт жизни смысл. Мы стараемся успеть как можно больше, зная, что каждому из нас отпущен определённый срок. Вампиров этой привилегии давно лишили. У большинства из них жизнь бесконечная петля без смысла и цели, и, к сожалению, их эмоции сильно тускнеют под воздействием времени. Тоска по утраченной жизни многих заставила выйти на солнечный свет, правда мало кто об этом догадывается.
— Мне не нравится эта история, ты заставляешь их жалеть, — пробурчала она, смотря на дедушку. Случайный солнечный луч проник через окно, отразился от его седых волос, образуя подобие нимба. Ей не хотелось думать, что когда-нибудь его не станет и ей придётся сидеть на кухне в полном одиночестве, вспоминая с тоской все его загадки и истории. Если бы Каннари могла видеть своё лицо, она бы заметила, как по нему промелькнула боль былой утраты. Словно это уже произошло, но помнило об этом только тело.
— Не печалься о моей возможной гибели, — тихо попросил дедушка, — Расставание не будет длиться вечно. Рано или поздно мы вновь воссоединимся.
— Не хочу, чтобы это произошло с тобой или с кем-то ещё, — боль становилась нестерпимой, но, несмотря на это, дедушка улыбался, — Не надо улыбаться! Мне не хочется оставаться одной. Уж лучше бы я ушла раньше всех вас, только бы не видеть, как вы будете покидать меня один за другим.
В тот же миг тяжёлая рука дедушки опустилась ей на макушку, взъерошивая и без того растрёпанные волосы девочки.
— Не говори так. Дети никогда не должны уходить раньше родителей. Ну, всё-всё. Не нужно плакать, вернёмся к истории про братьев, пока я не упустил нить повествования, — вздохнул он и ещё раз погладил её по голове, прежде чем продолжить, — Однажды о бахвальстве старшего брата узнал древний вампирский лорд. Ему стало любопытно так ли умён смертный юноша, как гласили слухи. Он предложил ему пари — сыграть с ним в шахматы, и если Бэйзил сумел бы выиграть хотя бы одну партию, то лорд исполнит любое его желание. Вампир заглянул в его душу и решил, что подобный слуга будет для него весьма полезен, но он отказался поддаваться, дабы посмотреть, как же тот сумеет выиграть у него.
— Что настолько важный лорд делал в такой глуши? — практично спросила она, сомневаясь, что подобное событие происходит каждый день.
— Иногда в такие вещи вмешивается сама судьба, — дедушка скучающе посмотрел на лезвие, — Вероятно, лорду было скучно веками сидеть в своём мрачном замке, окружённым такими же, как он, застывшими статуями, поэтому под покровом ночи, он частенько надевал личину смертного и блуждал по своей территории в поисках интересных судеб. Одному богу известно, как Бэйзил прознал о его маршруте, и сколько ему пришлось выжидать, пока тот не появиться в одной из таверн.
Победить в подобном пари было невозможно. Вампир обладал способностью читать мысли, все уловки Бэйзила были видны ему, как на ладони. Поэтому когда смертный понял, что не сможет победить, он тайком подменил фигуру короля противника двойником, выполненным из серебра. Но Бэйзилу было невдомёк, что лорду серебро вреда причинить не может. Тот спокойно взял его в руки, повертел между пальцев, а затем с удивлением осознал, что потратил ход на демонстративное раскрытие уловки смертного, и угодил в его ловушку. Бэйзил сумел замаскировать свои истинные намерения при помощи практически неуловимого «белого шума» — мало встречающейся ныне технике высших фамильяров. Он заставил лорда передвинуть короля в нужное для него место и тем самым выиграл игру. Бессмертному лорду не оставалось ничего другого, как исполнить его желание.
— Всё слишком хорошо закончилось для смертного. Есть какое-то «но», ведь так?
— Вампир был очень честолюбив, и что скрывать, довольно мстителен, — глаза дедушки блеснули, будто его забавляла эта часть истории, — Он решил наказать его, и одарил бессмертием его младшего брата. Ведь то, что дар для одного, может стать проклятием для другого. В ту ночь жители деревни познали их жажду. Кровь несёт лишь кратковременное облегчение, утратив возможность скрываться от реальности при помощи алкоголя, Натаниэль возненавидел своё бессмертное существование и начал делать всё возможное, чтобы с ним покончить. Зачастую он гадил жизни брата, пытаясь заставить убить его, но тот был непреклонен. Даже самому жестокому чудовищу не захочется провести вечность в одиночестве.
— И что сделал Натаниэль?
— Ненавидел, но не мог убить. Противился, но следовал правилам. Их пути могли разойтись на десятки лет, но рано или поздно Бэйзил находил способ их воссоединить. И вот в один ужасный миг, любопытство навлекло на старшего брата страшное проклятье...
Каннари показалось, что стены дома покрылись старыми газетными вырезками. На каждом были описаны страшные преступления некого Бэйзила Веспиана. Одно страшнее другого. Листки бумаги обугливались по краям, освещая комнату оранжевыми бликами. Посыпалась штукатурка, стекла на окне рассыпались в белый песок.
— При инициировании вампиры как бы застывают во времени, пока все остальные продолжают двигаться по его течению. Не успевают они толком обрести власть над своими способностями, как всё, что они помнили, состарилось и исчезло. Поэтому они и стремятся завести бессмертное потомство, тратя столетия на поиски достойных кандидатов. Они заполняют ими пустоту в своих душах, ведь крайне успокаивающе знать, что твои «дети» никогда не уйдут. Но когда им что-то угрожает, ни один великий лорд не оставит такой поступок безнаказанным.
— Что происходит с домом? — тихо спросила она, но дедушка её не услышал.
— Любовь — сплошное противоречие. Она может, как спасти, так сделать тебя чьим-то рабом навеки. В ней легко потерять себя. Ради неё не страшно пойти на самые гнусные человеческие грехи. Оно оправдывает любые жертвы. Так не значит ли, что любовь — самое ужасное зло? Может возвести его в разряд преступлений? Забавная мысль...
Стены комнаты начали дрожать. Каннари посмотрела по сторонам, но не понимала, что за причина этой тряски. В голову лезли различные объяснения, но ни одно из них не казалось правдоподобным. Видимо вместе с историей дом также прекращал своё существование. Может, она спит?
— Что происходит? Почему всё рушиться? — спросила она, но дедушка склонил голову на бок. Его лицо начало видоизменяться, покалеченная рука немного исцелилась, вернулись пальцы, но в остальном она осталась такой же изуродованной. Его глаза опасно заалели, — Вы не мой дедушка...
— Меня называли по-разному. Мои последователи называют меня учителем, мои слуги хозяином, но ты можешь продолжать называть меня так, как называла всю свою жизнь.
Называть его дедушкой у неё точно язык не повернётся. Опять он. Деметрий Арк сумел добраться даже до её снов. Девочка осознала, что пока он рассказывал свою историю, её тело росло и принимало привычный для неё облик. Всё вокруг искажалось и исчезало в тумане воспоминаний и снов, пока её так ловко водили за нос. Между ней и Императором Теней выросла прозрачная стена из стекла, она прикоснулась к ней, ожидая почувствовать сопротивление, но всё, что она ощущала, было жаром от огня, обжигавшего кожу. Её волосы и одежда начинали гореть, кожа покрылась чёрной, похожей на обуглившееся дерево, коркой. Невыносимая боль грызла плоть, но всё, что она могла, это двигать глазами и, не моргая, смотреть на учителя.
— Это всего лишь сказка. Кошмарный сон, вот что это такое, — еле-еле шептала она пересохшими губами, пытаясь зацепиться за рассыпающиеся обломки сна и восстановить своё тело, — Не на самом деле... не на самом деле.
— Я не смог бы, уж слишком мстителен, но такова моя натура, — тихо сказал Деметрий, настолько тихо, что нужно было бы податься вперёд, чтобы услышать этот пронизывающий холодом шёпот.
— Что не смогли бы? — непонимающе спросила она.
— Простить... То, что он сотворил с тобой, с ними — такое никому не прощают. И дело вовсе не в теле. Его можно восстановить. Он совершил гнусный поступок. Забрал самое ценное. Возможно по незнанию, а возможно по пренебрежению. Когда долго позволяешь управлять своей судьбой другим людям, становишься небрежным. И последствия твоих решений становятся практически неотделимыми от чужой трагедии.
— Я не настолько важна, чтобы кто-то пострадал от моего существования.
— Разве? Кто вдруг заставил ощутить себя ненужной? Скажи мне и назову тысячу причин не верить этому глупцу.
— Заставил? Нет, никто не смог бы навязать мне подобное ощущение. Это не один человек. Это весь мир — функционирующий и практичный, живущий по своим правилам. Каждый найдёт себе в нем место, и будет двигаться как хорошо слаженный механизм, зная, что и когда от него требуется. Все вокруг будут продолжать жить, как ни в чем, ни бывало, а я вновь очнусь в какой-то параллельной вселенной, и буду наблюдать за жизнью, находясь в чужой тени.
— Прости этот мир, Каннари. Ты намного лучше меня, если найдёшь в себе силы простить его. Он движется не в том же направлении, что и ты, но я подарил тебе все ключи, чтобы повернуть его механизм в нужное для тебя русло.
— Я не понимаю, как их использовать.
— Не страшно, всему своё время. Я тебя научу. Пока тебе нужно лишь вернуться ко мне. Слышишь, тебя уже ждут? — ласково спросил Деметрий, постучав по стеклу, — Мальчик сильно беспокоиться, будь добра, прояви хоть какие-то признаки жизни.
Каннари закрыла лицо руками не в силах смотреть на своё обезображенное отражение. Её глаза казались неестественными белёсыми пятнами на фоне кровавого месива, что когда-то было её лицом.
Он изуродовал её. Похитил. Сжёг заживо. Убил... близких? Разве у неё был ещё кто-то кроме учителя? Она не помнила. Пусть даже так, как она сможет простить? Она зарычала, колотя по стеклу и оставляя на его поверхности кровавые отпечатки.
— Не прощу... ни за что не прощу... Что он наделал? — все мысли покинули её, остальное застилала лишь слепая звериная ярость деградирующего сознания. Зрелище не могло быть привлекательным. Ей самой было бы противно, окажись она свидетелем подобной сцены.
— Не стесняйся, кроме нас здесь никого нет. Иногда полезно выпустить пар, — сказал Деметрий, не обращая внимания на бешеный взгляд девушки смотревшей на него исподлобья, — Позже, когда придёшь в себя, постарайся найти поблизости немного крови. Жажда — неприятное последствие гнева, он иссушает тебя, оставляя совершенно обессиленной. Натаниэль, как и ты, руководствуется гневом. Воспользуйся этим. Оставлю выбор его наказания на тебя — прояви немного креативности. Никто не обвинит тебя, если ты обойдёшься с ним так же, как и он с тобой. Впрочем, если по нелепому стечению обстоятельств он умрёт, тебя тоже никто не обвинит.
Деметрий постучал по стеклу ещё раз, и на этот раз оно разбилось на множество осколков, рассыпавшись по полу, как крохотные алмазы. Послышался треск, её тело разбилось на кусочки подобно стеклу, но на их месте проявились новые, возродившиеся участки нежной, как у ребёнка кожи. Она сделала вдох, но не почувствовала никакого облегчения. Её лёгкие двигались машинально,будто желая напомнить телу, как нужно изобразить подобие жизнедеятельности. Пора просыпаться.