7
***
Шторы были здесь почти постоянно закрыты, из-за нелюбви к солнечному свету одного из жильцов, но даже так лучи настойчиво пробивались сквозь шторы, пронзая золотистыми лучиками комнату.
Кейт сидела на кровати, хмуро наблюдая за Почкой, что спокойно занимался своими делами. Русые, вьющиеся волосы были взлохмачены, венок и повязка лежали на тумбе, пока та, с румяным от сна лицом пыталась смириться с наступлением нового дня. В очередной раз зевнув, взгляд вновь вернулся на беловолосого, что бережно заправлял свою постель. Юноша любил утро. Для него это было начало нового дня. С легкой улыбкой, напевая какую-то мелодию, он аккуратно разглаживал покрывало, увлеченный какими-то своими мыслями насчет наступившего дня.
- Я уже говорила что ненавижу тебя по утрам?... - пробормотала девушка чуть хриплым после сна голосом.
- Много, - отозвался парень с задорной усмешкой, подходя и ловко уворачиваясь от подзатыльника. - Зато больше за день успеешь, радоваться наоборот надо, весь день еще впереди, а ты дрыхнешь.- добавил он, одновременно с этим кривясь от неожиданного удара, от которого уже он увернуться не смог. - Ай!
- бе-бе-бе...
- и это тоже. - Почка усмехнулся, на секунду сгребая русоволосую в объятия несмотря на возражения.
- Я не могу понять! Ты меня обнимаешь или душишь?! - Та чуть отпихнув его, нахмурилась.
- И как ты догадалась... - с сарказмом проговорил Почка, после чего засмеялся.
Голубоглазая с злобой зыркнула на него и слезла с кровати, начиная застилать ее.
Тишина разбавляемая лишь пением птиц за окном была приятной. Она окутывала и дарила некий уют. Момент хотелось чтоб длился вечно, но за дверью раздались быстрые шаги, после чего дверь открылась, чуть ударившись о стену и как бушующий утренний порыв ветра, в комнату зашел Иван, что грубо нарушил царящую идилию. Его глаза горели, что означало очередную идею или авантюру, которую он придумал. Ни дня без чего-то интересного, ни дня без приключений. В этом была вся суть блондина. Ребенок солнца...
- Слышишь, ты в край офигел? Тебя стучаться не учили? - спросил Почка, притормозив Ивана у входа и слегка хмуря брови. Это был уже не первый раз, но каждый раз это ужасно раздражало беловолосого. Раздражало и глупая бестактность и что каждый раз с появлением этого парня конец приятно тягучей и излюбленной атмосферы созерцания тишины вдвоем наступал очень быстро.
- Не стоит переживать за меня, Почка, - спокойно ответил Иван,что совсем и не стыдился за свою такую энергичность. - Я по делу пришел, не для того чтобы размениваться на пустяки, - светловолосый плюхнулся в кресло, закинув ногу на ногу, излучая уверенность. - Нам надо искать Грина и остальных как можно быстрее. Мы действуем слишком медленно.
- А как ты собрался искать их быстрее? - с лёгкой недоумением спросила девушка, хмуро глядя на солнцелюба что подбешивал итак часто, а с утра глядеть на его напущенное веснушчатое лицо смотреть вообще не хотелось. - Вместо поисков кое-кто предпочитает бухать... Не знаешь случайно кто?
- Нам нужно действовать более рассредоточено, - уверенно продолжил Иван, игнорируя ее упрек. - Возможно, когда мы двигаемся, допустим, на пристань, они покидают ее, и мы их теряем...
- А ты не думаешь, что мы можем потеряться, и не собраться возвращаться в... - начала было говорить девушка, но в эту минуту дверь снова открылась. В дверь будто впорхнула Елена, чья почти что ангельская фигура казалась совсем не уместной в сумрачной обители Кейт и Почки, которые не особо жаловали шум, гам, а из-за особенностей ЛДКейт и свет.
- Доброе утро, Иван, доброе утро, Почка, доброе утро... И вам, мадам, - проговорила она, чуть щура синие глаза, оглядев всех и задержав презрительный взгляд на русоволосой девушке.
- Начнем с того, что я пока что мисс. Закончим на том что, а вас вообще ничего не смущает? - Кейт, поднявшись с кровати, подошла к девушке с недовольным выражением лица. - Иван, она с тобой?
Почка устало вздохнул. Начинается... Юноша подошел ближе, чуть хмуро наблюдая за происходящим со стороны.
- На данный момент нет, - коротко ответил Иван, слегка пожав плечами, как будто это не имело никакого значения.
- Так а кто ее тогда пустил? Ей богу, превратили в комнату в проходной двор, - возмутилась Кейт, ощущая весь накал ситуации. Она чуть отошла, желая просто забить на ситуацию, глянула с злобой на Ивана, с укором на Почку, намекая чтоб он попросил всех вежливо... уйти.
Елена прищурилась, наклоняя голову в бок и с нескрываемым интересом разглядывая лицо русоволосой девушки.
- Глаз пропила, или из-за агрессии потеряла? - с легким ехидством произнесла она, словно смакуя каждое слово и в предвкушении последующей реакции.
Девушка что продолжила застилать постель, остановилась, застыв на пару секунд. Слова болезненным ударом ушли в само сознание и долго еще будут там вариться всплывая в периоды печали, оставляя за собой лишь выступившие в уголках глаз крошечные слезинки.
- Пиздец тебе, мразь... - тихо проговорила Кейт, чуть ли не сшибая ее с ног, готовая ответить на провокацию.
- Нет! Только не в лицо! - барабаня в виски, воскликнула Елена, сжавшись в угол, готовясь принять удар, словно предчувствуя, что в воздухе витает напряжение.
Почка отреагировал мгновенно, как истинный защитник, перехватив руку Кейт в воздухе, предотвратив тем самым взрыв эмоций, после чего скрутив ее руки за спиной, чуть вздохнул.
- Успокойся, Кейт! Не стоит опускаться до ее уровня, - прорычал он, гневаясь на себя за свою беспомощность и на Елену за ее бесчувствие. Он чувствовал, как гнев закипает и в нем самом, подобно бурному потоку, стремящемуся вырваться наружу. Юноша прекрасно знал о том, что это была одна из тем табу. Которую никогда не обсуждали просто из-за того, что это было тяжко. И не будь Елена девушкой, он бы сам с удовольствием набил бы ей рожу просто за подобные слова. Взгляд метнулся на Ивана, что все еще сидел в кресле, только с чуть более приподнятыми от осознания бровями. Светловолосый, казалось, наконец-то очнулся от своего равнодушия, нахмурился и взглянул на Елену с укоризной, как будто осознал, что происходит между ними.
- Елена, это было лишнее. Это прям страйк, - сказал он, стараясь сохранить спокойствие и сдержанность, но в его голосе безусловно сквозило неприкрытое раздражение. Он понимал, что сейчас главное - поддержать Кейт, а не выяснять отношения и разбираться с конфликтом.
Голубоглазая же, выдернув руки из хватки Почки, отвернулась, прикрывая руками лицо, надеясь ни то скрыть эмоции, ни то сам факт уродства. Еще раз кто-то вломиться с утра без разрешения... Слова Елены попали в самое больное место, напоминая о пережитой травме, о боли и беспомощности, которые никогда не покидали ее.
- А что конкретно у нее с глазом? - спросила Елена, оправляясь от возможности быть избитой, но всё еще оставаясь настойчивой. Казалось, ее чуть надменное бледное лицо не показывало ни одной эмоции.
- Скалк. Попала спора, - произнес Почка, не выказывая эмоций, но на самом деле внутренне наполняясь раздражением. - А вообще, стоило бы извиниться.
Девушка встала с диванчика, осторожно подошла к Кейт, как будто приближаясь к затопленной лодке.
- Извините... Я не хотела настолько сильно вас обидеть... - произнесла она, стараясь звучать искренне.
Русоволосая промолчала, демонстративно отвернувшись, словно она построила вокруг себя стену, не желая пускать никого внутрь. В желании скрыться и отречься от тех, кто делал больно. Наверно, в этом крошечном мирке, существовали только она, Почка, подвалыши и Марсик. Обида проходила спустя какое-то время, но слова оставались и всплывали потом многие годы.
- Вы говорите, у вас в глазу скалк, да? - вновь спросила Елена, чуть поворачивая голову в сторону Кейт, интересуясь, как будто речь шла о каком-то редком существе. Русоволосая тихо кивнула, увидев пустой взгляд Елены, и вдруг ощутив, как внутри нее вспыхнула старая, забытая память. - Я знакома со скалком очень давно... - произнесла она тихо, обдумывая, как произнести важные слова.
———— 1755 г, 18 лет назад. ———
Это был не самый богатое, но весьма просторное и уютное имение выполненное в стиле барокко. Светлые комнаты, красивые и элегантные сверкающие на солнце подсвечники, кружевные шторы и скатерти, это был тот уют что царил в этом доме.
Просторный зал с высокими, приоткрытыми окнами, сквозь которые прорывался теплый ветерок, покачивающий кружевные занавески.
Женщина аккуратном платье приподнялась из-за стола, осторожно обхватывая ручками в перчатках чайничек и разливая горячий чай в две кружки. Пар от напитков поднимался вверх, а аромат шиповника заполнял дом.
- Благодарю вас, Татьяна Федоровна. - с улыбкой проговорил мужчина, беря чашку и отпивая чай. Женщина кивнула, садясь на кресло напротив, так же приступая к своему напитку.
На полу рядом играла девочка годов так 3 от роду. Она изредка поднималась, быстро-быстро мельтеша с игрушками по комнате.
— Елена, можешь поменьше бегать? Для дамы это весьма неприлично! - произнесла мать девушки, хлебнув из кружки немного чая, с легким укором, отражая строгие нормы приличия, но в этом взгляде не было ничего серьезного и теплота все равно пробивалась в этом взгляде.
Отец, замечая, как уходит мимо них беззаботное счастье, посмотрел на ребенка и слегка улыбнулся, пытаясь оправиться от тёмных мыслей. Он понимал: долги, конфликты с культом. Все это может быть непоправимым последствием для его семьи и их тихого счастья. Он твёрдо решил: он будет стоять до конца, несмотря на все опасности.
Но мысли прервали.. В дверь постучали. Стук был вроде обычным, но пугающе зловещим, точно нес в себе скрытую угрозу...
- Кто там? - спросила женщина, прихмурившись, заметив, что что-то в атмосфере переменилось. Она чуть поднялась, поднимая Елену, играющую на полу, на руки, спешно удаляясь в другую комнату, чуть шурша пышной юбкой.
Мужчина тихо встал, и, открыв дверь, вскрикнул от ужаса. В дверях стояли культисты в робах, на которых было изображено бьющееся синее сердце - символ их культа. В руках одного из культистов был кинжал сделанный из ребра. Их глаза казались пусты, пялясь в самую душу. На лицах - нечитаемая эмоция ярости и... голода.
Стали сверкнула, и, пройдя насквозь через тело мужчины, окропилась кровью. Светлые полы заливались кровью, а крики оглушали весь дом.
Женщина знала о долгах мужа, знала о возможной опасности и о жестокости культа и ей казалось что она была готова, но сейчас, столкнувшись с этим лицом к лицу... Горячие крупные слезы катились по ее щекам, руки спешно стаскивали душегрейку, наматывая ее на дочь и сажая ее на подоконник первого этажа.
- Сейчас ты спрячешься где-нибудь, хорошо?
- А как же вы, маменька? -тихо спросила малышка. В силу своего возраста, она, к счастью, не понимала что происходит, но чувствовала всей своей открыто-наивной детской душой что что-то плохое.
- Беги... Просто беги, - произнесла мать, слыша, как крики и звуки пронзают тишину, словно предвестник близкой беды, а грузные шаги разносятся эхом по всему дому и приближаются.
Девочка выпрыгнула через открытое окно, вытирая с глаз слезы, которые катились по щечкам, будто повторяя ритм ее сердцу. Капельки воды падали в такт крикам женщины, исходящих из дома, и разрывали её сердце от боли.
Девочка блуждала несколько часов, устав от бессмысленного страха и боли. Мимо нее прошел мужчина в робе, схватив её за плечо, обнимая как заблудшую душу. Он прикладывал ее к своему сердцу, гладил ее волосы, чуть ли не срываясь на слезы, будто нашел что-то такое потерянное и ценное.
- Мне жаль, что так произошло. Я был другом твоего отца, - произнес он, пытаясь успокоить её, как будто сдаваясь перед всей бесконечностью горя.
Так она и оказалась в жилище этого странного мужчины.
- Будь как дома столько, сколько тебе понадобится, - произнес он, предлагая ей поддержку в час нужды.
Он имел странный характер, сочитающий в себе одновременно и милосердие, с сочувствием ко всему и... Вспышки страшной жестокости, в порывах которых оставалось лишь прятаться, в надежде не попасть под горячую руку..
————1773 год————
- И так я прожила у него четырнадцать лет, пока не смогла самостоятельно зарабатывать деньги, - прошептала Елена, покуривая сигару, и аккуратно убирая тонкие слезки с глаз, словно стараясь прикрыть свою ранимую душу от всех невзгод. - Вскоре я узнала, что у отца было некоторое состояние, которое досталось мне. Вот так я и пришла к своему нынешнему состоянию, к своей жизни, полное воспоминаний... - добавила она, осознавая, насколько цепки корни её прошлого.
Иван удивленно глянул на девушку, после чего неловко отвел глаза. Юноша плохо умел подбирать слова в таких ситуациях, от чего ощущал сейчас себя явно не в своей тарелке.
- Мне очень жаль...
В комнате повисла неловкая тишина, разбавляемая лишь гулким потикиванием механических часов. Почка чуть кашлянул в кулак, привлекая к себе внимание и разбавляя молчание.
- Сожалею, но... Культ скалка? Звучит мягко говоря... странно.
Елена же, закончив утирать кружевным платочком слезы, дернулась, глянув на парня и уже было хотела что-то сказать, но была прервана.
- Звучит может и бредово, но это реальность. - Кейт, закончив перевязывать глаз, подошла к остальным глянув с нескрываемой ненавистью на дворянку. - Древние города - места их пристанища. Они считали скалк - явлением божественных сил миру, что они избранные и построив портал - смогут уйти по воле богов в лучший мир, обретя безграничную силу и вечную жизнь. Скалк же - гриб-паразит, вечно голодный и требующий пожирать чужие души и тела для размножения. - Русоволосая вздохнула, хмуро глянув на Елену. Ей не хотелось ее выгораживать, но сама история была очень печальной и вполне правдоподобной, тем более, Кейт увлекалась этой тематикой и много изучала. - Я искренне вам сожалею, Елена.
Аристократка же, удивленно захлопала синими глазами, после чего кивнув головой, потупила глаза в пол. Ей казались подобные слова от этого человека странностью, но та лишь взмахнула легким веером, прикрывая часть лица в желании дистанцироваться от окружающего мира и своих тяжких воспоминаний.
Светловолосый поднялся с кресла, задумчиво сводя брови и пару секунд тупя глаза в пол, после чего, точно вспыхнув идеей, широко улыбнулся, включая всю лесть и обаяние.
- Елена Павловна, а не затруднит ли вас познакомить нас с вашим бывшим опекуном? - Парень осторожно подошел, ловя на себе недоумевающие взгляды друзей и застывшую на лице дворянки гримасу раздумий. - Мне кажется, что в инженерии, знания о скалке могут довольно таки хорошо пригодиться, да и если уж культ велик на столько, на сколько его описывают, может он и поможет отыскать нам наших товарищей.
Почка же, устало вздохнул. Эта идея ему не показалась чем-то таким прям важным, скорее очередная авантюра от Ивана, что только отдаляла от них идею о скорейшем возвращении. Такие же мысли разделяла и Кейт, хотя узнать о быте культа... Интересная мысль...
- Да и к тому же, - продолжил блондин. - Может есть возможность вернуть утраченную зрячесть нашей подруге.
Беловолосый удивленно поднял брови, уже с большим интересом глянув на Ивана, а после и на голубоглазую, что кажется, прониклась этой идеей, хотя самому парню она все еще казалась не очень... Было у него предчувствие что все пойдет не так... Мягко говоря через одно место. Но... Все, кажется, поддерживали идею и ничего больше не оставалось.
Елена пару секунд стояла на месте, маша веером и накручивая светлый локон на палец, после чего, взвесив все "за" и "против", кивнула головой.
- Bien! Я познакомлю вас, я сейчас пойду проведаю его за кружечкой чая и разузнаю согласен ли он на эту встречу и если его это не затруднит, то встретимся на закате здесь. Он не очень жалует свет. - Девушка прикрыла веер, одернула пышную юбку платья и точно плывя по воздуху, скрылась за дверью, оставляя за собой лишь аромат сладких духов.
***
Был уже второй день, а на площади все еще толпился народ, смеясь и улюлюкая от виды юноши, что ругался и как диковинный зверек бегал по клетке на потеху публики. Грин, Енот, Мира и Марк стояли в толпе, с удивлением наблюдая эту картину.
Они еще с утра выдвинулись на поиски и время уже близилось к полудню и что же... как минимум одного они нашли...
- Ну, Партика мы считайте нашли. - с легкой улыбкой проговорил Грин, почесывая бороду. Хоть и в такой ситуации, но известность о судьбе этого бестолкового уже немного но ослабляла удавку на шее мужчины в виде ответственности... Он живой, вполне здоровый, да, может и бегающий голышем по клетке, но... все же, Грин не соврал если бы сказал что это вполне заслужено..
Марк же с Мирой не скрывали то, насколько это их веселило и радовало. Особенно радовался архитектор Долины Пещер, уж сколько у них конфликтов с этим идиотом было и застать его в такой ситуации... было огромным удовольствием. Блондинка же с боку уже чуть ли не задыхалась от смеха, почти что падая на землю, так как ее тонкие ножки ужасно дрожали и казалось вот-вот подогнутся.
Одна лишь темноволосая девушка низкого роста, кажется, не разделяла всеобщего веселья. Ей было ужасно жалко этого бедолагу и ощущения какой-то... вины по отношению к нему пронзало сознание. Может, какими-то частичками души она и понимала что он - не ее забота, но с другой стороны... Ощущение тревоги за судьбы всех ее друзей у нее было очень давно. Тем более что сейчас они все еще не знали о том, что случилось еще с двумя их друзьями, а Партик казался ни то сильно напуганным, ни то сердитым на происходящее.
Аккуратно убрав за ухо прядь волос, Енот сквозь толпу пробралась к самой клетке, хватаясь за прутья и внимательно вглядываясь в фигуру юноши.
- Партик. Партик!
Тот встрепенулся, оглянувшись и заметив знакомое лицо, чуть ли не рывком подскочил к решетке.
- Енотиха, братуха! Хуй Грину в глотку, я пиздецки рад тебя видеть. Помоги а... Я уже заебся тут, честно. Еще и Иван, Кейт и Почка отказались помогать! Вот уебки, скажи?
Енот, что уже собиралась отойти, дернулась, удивленно хлопая темными глазами.
- Ах? Что? Кейт, Иван и... Почка? Так, а как давно!? Где они сейчас? - Маленькие ладошки вновь хватились решетки, с светящимися глазами глядя на Партика. Девушке на секунду даже показалось что конец этого ужаса уже совсем близко, что скоро все они будут рядышком, весело общаясь и делясь историями, но увидев недоумивающие лицо юноши, вся радость сошла.
- Вчера. Пришли, поржали, спросили о вас и уебашили к пристани. Я в душу не ебу где их носит! А этот белобрысый ваще хуй знает как сюда попал!
Брюнетка кивнула головой, отходя, будто снова погруженная в свои мысли и тревоги. Ветер обдувал ее аккуратное личико, трепал чернявые волосы, где-то сзади возмущенно вопил Партик, но это все отошло на задний план. Девушке хотелось скрыться от мира, погрузившись в долгий-долгий сон, а проснувшись оказаться дома, где солнце заливает светом всю округу, вокруг шумно и по-семейному тепло... Где ей не надо тревожиться и беспокоится о всем и всех. Этот город был отчужденно чужим: огромные каменные строения, незнакомые хмурые прохожие, что спеша даже не взглянут друг на друга... А сама Енот ощущала себя здесь маленькой и забытой всеми пылинкой...
- Грин.- она дошла до компании, окинув их взглядом и привлекая внимание всех троих. - Есть две новости. Одна хорошая и одна плохая.
- Та-а-ак... - Мужчина почесал бороду. - Давай с хорошей.
- Партик видел Ивана, Кейт и Почку. - все резко замолчали, осознавая и ощущая неимоверную радость. Грин будто гору с плеч скинул, Марк тихонько улыбнулся, а Мира аж запрыгала на месте пища и светясь от радости как маленькое солнышко коим она в Долине и была.
- Почку? Как он тут оказался?.. - Бородач чуть свел брови, но лишь улыбнулся. - Ну, зато с ним не пропадешь точно, это радует. Да. Так, а плохая?
- Видел он их вчера и сейчас не знает где они.
Все вновь замерли, только уже от чувств досады и разочарования.
- Что же... -Русоволосый вздохнул, массируя виски и грамотно подбирая слова, размышляя что лучше в этой ситуации сказать чтоб поддержать командный дух... Енот казалась печальной, она стояла чуть сжавшись и отведя глаза куда-то в сторону. Марк скорее разраженным тем, что Мира, уже изрядно устав и соскучившись, сгребла его в объятия повиснув на нем как маленький ребенок потерявший любимую игрушку. Грин и сам был сбит с толку, но признавать это было нельзя. Корабль начинает идти ко дну, когда капитан объявляет о том, что не знает что делать. - Зато мы знаем что они где-то поблизости! И что все вместе, это уже лучше, чем если бы поразнь. Да и Почка о них позаботится! Плюсы уже есть!
Но компания не особо разделила этот оптимизм. Главный админ пару секунд стоял ожидая хоть какой-то реакции, но не получив ее, принял другое решение.
- Давайте вернемся и передохнем? Мы все устали за сегодня.
Темноволосая кивнула. Блондинка же, чуть шатнувшись глянула на второго заместителя самыми умоляющими глазами:
- Ма-а-арк... Я устала! - Та топнула ногой, хмурясь и прикрывая глаза. - Пожалуйста...
Парень же, вздохнул, поворачиваясь спиной и присаживаясь чутка.
- Залезай...
Банан благодарно улыбнулась и залезая ему на спину, он подхватил ее под ноги, неся на своей спине.
Так наша компания постепенно двигалась в сторону уже природнившейся пристани. Солнце близилось к западу, постепенно окрашивая небо в пунцово-персиковый оттенок. Розоватые облака медленно плыли по небу, а птиц, чьи силуэты медленно растворялись в небесной лазури, становилось все меньше. Они ложились спать.
Они шли молча, каждый погруженный в свои мысли. Но их прервали... Заходя на очередную узкую и не очень людную улицу, на встречу вышло три человека в черных робах. Грин остановился, с заметным напряжением глядя на незнакомцев и прикрывая собой остальных, что так же остановились, безмолвно глядя на фигуры напротив.
- Ч.. Что вам надо!? - Повысил голос мужчина, напряженно глядя на фигуры, но те лишь в полном безмолвии продолжали стоять.
Напряжение пронзало воздух, заставляя адреналин вскипать от ожидания опасности и полного спокойствия стоящих напротив. Это кажется тянулось вечно, пока сзади не раздался тихий писк, все оглянулись с ужасом увидев как уже другая фигура в черных одеждах схватила Енота, прижимая к себе и поднося к лицу какую-то тряпку.
- НЕ СМЕЙТЕ!- Грин ринулся на помощь, но получив сзади сильный удар по голове рухнул на землю.
Мира быстро спрыгнула с Марка, горя яростью.
- ДА ЧТО ВЫ СЕБЕ ПОЗВОЛЯЕТЕ!? - Та кинулась с кулаками на одного из людей, но быстро была скручена и повален на землю, пока Марк лишь кинулся ей на помощь, но так же был схвачен и к лицу прижата тряпка с каким-то раствором.
- НЕ ТРОГАЙТЕ ЕЕ! НЕ ТРО... - Но тьма постепенно охватила его, заставляя провалиться в бескрайнюю тьму.
***
Парень, окончательно собравшись с мыслями и расставив их по полочкам, встал с пола клетки, которая, надо признать, была не самым комфортным и уютным местом для пребывания в столь неординарной ситуации. Бегать он уже устал, физически и морально вымотался, поэтому, в своей голове раскинув все возможные варианты, явно планировал совершить побег, который, по его смелой задумке, должен был стать выдающимся и беспримерным поступком:
"Эти пидоры бросили меня! Этот светловолосый супер-пидорас, да еще и Енотиха!" - подумал черноволосый парень, начинающий крутить круги по клетке, словно пытался найти решение своей сложной и запутанной ситуации, как будто по замысловатому лабиринту. "Надо еще и волка найти, если мне удастся выбраться отсюда!"
Парень тяжело выдохнул, глубоко дыша и полностью осознавая всю сложность своего запутанного положения, когда вдруг увидел человека, принесшего ему пищу: сочный кусок и призывные запахи, которые могли вызвать даже у едока голод.
"Это шанс, и он может быть единственным и неповторимым!" - подумал он, азартно наблюдая за движениями человека.
Темноволосый, собирая все свои внутренние силы и полную решимость, сделал резкий, внезапный выпад, проскочив мимо человека, принесшего ему еду, в надежде на то, что этот судьбоносный момент станет ключевым в его побеге и позволит ему выбраться на свободу в светлое и безоблачное будущее.
Человек, опешивший от такой наглости и неожиданности, не успел среагировать на происходящее. Партик, ловко пользуясь моментом, ринулся к выходу. "Главное – не дать им опомниться и не упустить шанс!" – промелькнуло в голове. Он понимал, что его главное преимущество – это неожиданность, которая нависала над ситуацией, как тень.
Он вылетел на улицу, как пробка из бутылки, осматриваясь по сторонам, глотая свежий воздух свободы. Солнце слепило глаза, а десятки прохожих с удивлением и шокированными лицами смотрели на парня, стоявшего посреди площади в одних трусах, будто он был сумасшедшим или вообще прибывшим с другой планеты.
Парню было плевать на удивленные взгляды и осуждающие комментарии прохожих, а также на неловкость ситуации. Главное – свобода! Он быстро сориентировался и увидел знакомую, родную морду. Волк! Его верный и преданный спутник, которого он так отчаянно искал и мечтал найти. Но зверь был привязан к какому-то щуплому мужичку в очках, который, явно, оказался не на своем месте.
- Слышишь ты, пидорасина культурная, волка на базу гони, а то пиздюлей вломлю! – заорал парень, направляясь к ним. Мужичок в очках от неожиданности чуть не выронил поводок, его удивление были на грани шока. Он явно не ожидал такого напора и дерзости от полуголого беглеца.
Не дожидаясь ответа, парень постарался отвязать волка, но мужичок вцепился в поводок мертвой хваткой, словно боялся потерять своего домашнего питомца.
- Это мой волк! Я его купил! – пискляво завопил он, обиженно вскидывая руки, как будто защищаясь от врага. Партик, недолго думая, влепил мужичку подзатыльник с характерным звуком, от чего даже очки соскочили с носа мужичка падая с треском на землю.
Волк, увидев знакомое лицо своего человека, радостно заскулил и попытался лизнуть Партика, но поводок не давал ему приблизиться, словно невидимая преграда. Мужичок, потирая ушибленное место, ругался, но поводок не отпускал, не желая терять свою "добычу". Партик, понимая, что времени в обрез, выхватил из кармана мужичка острое лезвие складного ножа и, не раздумывая, перерезал поводок одним резким движением. Волк, вырвавшись на свободу, радостно запрыгал вокруг Партика, ласкаясь и повизгивая от счастья.
Вскоре, к ним подошли стражи порядка, мужики в форме с суровыми лицами и проверками.
- Что тут происходит, мсье? - строго спросил один из усатых мужиков, подошедших к Партику с явным намерением разобраться с ситуацией.
- Этот человек украл моего волка, мой нож, и теперь угрожает им! - при этом его голос был полон паники и недоумения.
- А ну ка, пидрилы, подходим по одному, щас всем въебу. - произнес парень рьяно, но, не успев сориентироваться и принять меры, был повален охраной на землю, как подбитая птица.
Парня скрутили, как очередной нерадивый преступник, и снова забросили в клетку, на этот раз вместе с волком, продлив срок заключения еще на 7 долгих суток, и в его голове зашумело от мыслей о свободе, мечтах и надеждах.