Чистая кровь

Кики проснулась резко, от возни и ударов за дверью. Девушка огляделась, но в комнате больше никого не было. Вивьен, которая и в этот раз ночевала с ней, отсутствовала.

Протяжно хмыкнув, Кики перевела подозрительный взгляд на дверь. Дверь выглядела достаточно прочной, чтобы нечисть не смогла снести её одним щелбаном.

«Да и Вивьен должна была поставить на дверь защиту. Крови опять попросила».

Зевая, Кики уже подумывала укладываться обратно и постараться уснуть – мало ли, кто там выясняет отношения – как вдруг дверь распахнулась, являя взлохмаченного и раздражённого Теренса. Чёрная майка прилипла к телу, на лице и руках – кровь и ссадины. Кики открыла рот и моргнула от неожиданности.

– Что...? – начала она, но Теренс перебил:

– Что, чёрт возьми, вы тут устроили? Ритуальное самопожертвование!?

Девушка замотала головой, не до конца понимая, что происходит, и машинально натягивая тонкое одеяло до подбородка. Теренс резко захлопнул дверь и сделал к Кики несколько широких шагов. Её кровать стояла в углу, максимально далеко от двери, пусть комната и была шагов семь в длину.

– Ручка вашей двери измазана твоей кровью, – процедил Теренс сквозь зубы, не отрывая от Кики жёлтого взгляда.

– Но это же...

– Это не заклинание, – оборвал Теренс, без труда поняв, что она хочет сказать. – Это просто кровь. Тебе жутко повезло, что я был недалеко и услышал, как довольная нечисть собирается закусить. Пришлось хорошенько почесать кулаки о чужие носы. – Он вздохнул и слегка присел, упёршись руками о колени и разглядывая бледнеющую девушку уже не с высоты роста, а почти вровень. – Не знаешь, как так получилось?

Кики сглотнула.

– Нет. Вивьен попросила у меня новую порцию крови, чтобы поставить на дверь защиту. Как она это делает, я не знаю, и не проверяла, что там снаружи. Дело было сделано, и я легла спать. Вивьен тогда ещё была в комнате. Где она сейчас, не знаю.

Теренс криво усмехнулся.

– Скорее всего, на безопасном расстоянии.

Девушка отвела глаза, не зная, что ответить. Она, конечно, чувствовала, что Вивьен её не любит, но чтобы настолько...

– Спасибо, – спохватилась она, поворачиваясь к оборотню. Даже получилось улыбнуться, пусть и нервно.

– Всегда пожалуйста. – Теренс улыбнулся, и Кики пробила внезапная дрожь по всему телу.

– Ты ведь... – хрипнула она, потому что во рту резко пересохло, – не съешь меня, правда?

Теренс со вздохом спрятал клыки за губами.

– Будь спокойна. Меня так легко не пронять, да и потом, мы ведь уже решили, что ты – своя. Должна же в нашем безумном мире сохраняться хоть капля солидарности.

Кики нервно хохотнула, тем не менее, успокоенная, и жестом предложила Теренсу сесть на кровать. Оборотень кивнул и действительно сел, проследив, чтобы Кики достаточно подвинула ноги.

– Слушай, это, конечно, успокаивает, но, всё-таки... почему? В чём твой секрет? В P все вдруг словно поймали единовременный приход, зачарованные моей кровью, а ты – нет.

– Джеймс тоже не побежал перегрызать тебе горло, помнишь? Хотя тут я не удивлён. Он у нас взял на себя роль мамочки. Решил, что раз это он всех собрал, должен следить, чтобы все ладили и всё такое. Раз уж он взял тебя под крыло, этот его инстинкт победил. – Он пожал плечами. – Это то, что вижу я, а что у него там на самом деле в голове – чёрт его знает.

Кики покивала.

– Ладно, с Джеймсом понятно. А с тобой-то что?

Теренс закатил глаза и хотел запустить пальцы в волосы, но увидел, что они в крови, и передумал. Кики подсказала ему, где лежат салфетки и оставленная Вивьен бутылка воды.

– Благодарю. – И он, раздобыв искомое, принялся оттираться, параллельно рассказывая: – Думаю, это всё – влияние Алекс. Ты не знаешь, как мы познакомились, да? – Кики покачала головой. Она старалась не расспрашивать других без надобности, только если человек сам поднимал тему или начинал расспрашивать её.

– Я так и думал. Дело было так: я долгое время был вожаком стаи оборотней – как я там оказался и стал вожаком, сейчас не важно – и как-то раз один из моей стаи выследил молоденькую девчонку, но та принялась болтать и доболталась до того, что в подругах у неё – могущественная ведьма. Обещала познакомить и уговорить присоединиться к их стае в качестве союзницы, если сейчас её отпустят. Эту болтунью притащили ко мне, и я заинтересовался. Решил, что девчонка либо просто заговаривает зубы, чтобы отсрочить смерть, либо надеется, что её подруга и впрямь сумеет спасти её. Девчонку, кажется, звали Дженни, и была она такая маленькая и щупленькая, что без слёз не взглянешь – лёгкая добыча, в общем. Даже крест такую бы не уберёг. – Теренс вздохнул, хмурясь, но потом тряхнул головой и продолжил: – В общем, эта Дженни привела нас на место, упрашивала пустить её сперва поговорить с подругой. – Он фыркнул. – Нашла дураков! Конечно, одну её никто не отпустил. В маленькой квартирке мы нашли почти такую же мелкую девчонку, худющую, одни глаза видны. Она тут же подскочила, руки вскинула. Мои парни уже были готовы броситься, так что пришлось их тормозить и пытаться договориться: мол, подружка твоя выторговала собственную жизнь на твоё сотрудничество. Соглашайся, и вы обе будете жить. Численное превосходство меня успокаивало. Какой бы сильной ведьма ни была, во-первых, она была слишком молода, а, во-вторых, нас – восемь против одной. Бой вышел бы неравным. Только Алекс быстро сообразила, кто тут главный, и направила всю силу на меня. Прежде, чем я успел въехать, что вообще происходит, уже преклонил колено и опустил голову, глядя на собственный пыльный ботинок. Мои ребята дружно ахнули, но, по итогу, ничего не сделали: то ли от удивления с места не сдвинулись, то ли ждали моей команды, то ли их она тоже умудрялась держать. Все силы у меня ушли только на то, чтобы поднять голову и увидеть, как она подходит. И была она в этот момент такой пугающей и прекрасной, тощая, растрёпанная, со впалыми щеками и чёрными кругами под глазами... Не знаю, меня словно божественный свет озарил или что-то вроде того. Никогда, ни до, ни после, я такого не чувствовал. – Теренс заметил, как Кики смотрит на него широко раскрытыми глазами, где плескалось живое любопытство и даже немного восхищения, и откашлялся, а потом отвернул голову, разглядывая сцепленные в замок пальцы с грязными ногтями. Как Теренс ни старался, от него всё равно несло кровью.

– «Ты меня защитишь. И будешь защищать, пока яд течёт в твоей крови. Не я пойду с твоей стаей, а твоя стая пойдёт со мной, потому что ты – их вожак, со мной пойдёшь», – продекламировал он. – Так она сказала, и я это помню, словно слышал только что. Ну, и... всё так и случилось, как она сказала. С тех пор я всегда был с ней, но почти сразу оборотень из моей стаи всё-таки добрался до её подруги и убил. Алексис предложила выбор: убийца её подруги становится новым вожаком с тем условием, что мы с ней уходим, и нас никто не преследует. Или она натравит меня на убийцу и начнётся бойня, а так как я, разумеется, был самым сильным, да и Алекс всю стаю пугала не на шутку, мы разошлись относительно полюбовно. С тех пор мы путешествовали вдвоём, пока не объединились с остальными. Со временем сила хватки Алекс над моей волей ослабла, но я всё равно остался с ней, потому что за всю свою жизнь я не встречал такой девушки и не встречу. Даже если влияние её магии закончилось, в чём я вполне уверен, я всё равно останусь с ней, пока мы оба живы. – Кики закусила губу, задумчиво вглядываясь в чужой профиль. Ей подумалось, что с Алексис Теренс об этом не говорил. А может, и вообще ни с кем, кроме неё, Кики. – А ещё её магия что-то во мне перестроила, и я стал лучше контролировать жажду крови. Наверное, Алексис старалась за этим следить, чтобы я в припадке не напал на неё, пока спит, например... хотя она почти и не спит, на самом деле. А если дело в чём-то другом, то тут лучше спрашивать не у меня, потому что в магии я не разбираюсь. Для этого надо прилагать больше умственных усилий, чем готов я. – Оборотень хохотнул. – Да и магом мне уже не стать, в любом случае. – Он дёрнул плечами. – Магами могут быть только живые.

Он замолчал и некоторое время смотрел перед собой, а потом вдруг резко повернул голову к Кики. Девушка вздрогнула от неожиданности.

– Надеюсь, я утолил твоё любопытство, а теперь вставай.

Девушка моргнула, и Теренс устало вздохнул, поднимаясь и демонстративно поворачиваясь спиной, чтобы дать одеться. На самом деле, усталости он, конечно, не чувствовал, и Кики понимала, что этот спектакль специально для неё.

– Пойдём к Алекс. Пусть она подтвердит или опровергнет мою версию. Да и с ней тебе безопаснее, чем с Вивьен. Не думал я, конечно, что она до такого опустится. Сильно ты ей поперёк горла встала.

– А? – переспросила Кики, застёгивая застёжки-липучки на ботинках. Джинсы она натянула в мгновение ока.

Теренс в ответ только снова вздохнул, отмахнулся и, заметив краем глаза, что девушка уже готова, взял за запястье и повёл за собой.

Алексис не спала. Когда Теренс и Кики возникли на пороге комнаты, девушка сидела на кровати с чашкой кофе и при свете настольной лампы делала в тетради пометки. Кики уже знала, что многострадальная тетрадь – единственное наследие, которое досталось Алекс от матери, со всеми её знаниями о магии. Ведьма мало того, что выучила наизусть всё содержимое, постепенно дополняла записи собственными наработками. Несмотря на магию, ни о каких магических школах пока не было слышно. Магию постигали, кто как умел, методом проб и ошибок. Единственное, что знали точно – что делать, чтобы начать свой магический путь, и что у некоторых могли открыться особые таланты. Сам ритуал был прост: нужно было сжечь деревянный крест и вдохнуть его пепел. А вот особого магического таланта не мог гарантировать никакой ритуал.

Алексис тоже не понадобилось не то, что ритуала, но даже вставать с места, чтобы проверить, поставила Вивьен защиту или нет.

– Если на двери была кровь, а под дверью начала собираться нечисть, вывод один: это просто кровь. Там не было никакой защитной магии. Ещё повезло, что Теренс вовремя оказался рядом и сумел отвести беду.

Кики, которой предложили сесть на кровать, нервно обхватила себя руками, и Алексис предложила ей свою чашку. Кофе был ещё горячим и оказался почти не тронутым. Девушка почувствовала, как её невольно передёргивает с головы до пят.

– Но за что? – спросила она, глядя в чашку. У той внутри виднелись коричневые круги от предыдущих напитков. Кики снова невольно передёрнулась. Она и так ещё была сыта из-за глотка субстанта, а уж мысль о том, в каком состоянии здесь держат посуду, и вовсе отбивала даже потенциальный аппетит и всё любопытство. Кики вдруг поняла, что никогда в жизни не пила кофе.

Пока девушка разглядывала напиток, размышляя, ведьма и оборотень, прислонившийся плечом к стене и скрестивший руки на груди, переглянулись, общаясь без слов, а потом взглянули на неё. Ведьма поджала губы.

– Видишь ли... – начала она, неловко подбирая слова, – Вивьен уже долгое время влюблена в Мэтта. Дольше, чем мы с ней знакомы.

– Она всегда была ревнива, – подхватил Теренс, – но раньше Мэтт никем не интересовался настолько сильно. Да и потом, он бы не успел. А ты поехала с нами. – Они снова переглянулись под вопросительный взгляд Кики, и оборотень хмуро закончил: – Но мы не думали, что она дойдёт до такого: ну, пошипит, покривится, и, со временем, смирится. Но, кажется, в этот раз она намерена идти до конца.

Алексис посмотрела на Кики с сочувствием, и девушке стало совсем неуютно.

– Она теперь не остановится, пока не сживёт тебя со свету.

Кики, на всякий случай, глянула на оборотня, но тот только кивнул, и даже на его лице Кики прочла, что ему не совсем всё равно.

«Господи, неужели Вивьен настолько страшна? И все ещё не разбрелись, потому что их каким-то чудом держит Джеймс, а она как сестра идёт в довесок?»

Некоторое время все молчали. Кики крутила в руках чашку кофе, напряжённо размышляя, а потом сказала:

– Думаю, мне лучше уйти. – Ведьма и оборотень обменялись краткими взглядами, но промолчали, и Кики продолжила, возвращая Алексис нетронутый кофе: – Я, конечно, уже начала к вам привыкать, да и Мэтт мне нравится, но не настолько, чтобы жертвовать ради него жизнью или просить охранять меня от Вивьен. Это уж слишком.

Она замолчала, ожидая реакции. Теренс цокнул языком.

– Если ты вдруг ждёшь, что мы будем тебя отговаривать – это вряд ли. Ты, конечно, нормальная девчонка и не доставляешь больше неудобств, чем можно ожидать, но караулить тебя день и ночь от Вивьен я не хочу, а уйти, в твоём случае – самое разумное. Может, вернёшься к себе в N, по дороге соберешь денег песенками, сможешь отстроить лавку и будешь жить, не высовываясь. – Он дёрнул плечом, разглядывая ссутулившуюся девушку.

– Единственное, что могу предложить – взять у тебя прядь волос. Так я смогу разыскать тебя максимально быстро. Телефон ведь ты так и не купила.

Кики согласилась, потому что телефон, за ненадобностью, действительно не приобретала. Возможно, теперь стоило бы, раз уж она отправляется в одиночное странствие, но точно не прямо сейчас. Алекс споро раздобыла из сумки маленькие ножницы и мешочек, а затем срезала у Кики прядку. Девушка поднялась и подхватила брошенную на полу сумку.

– Ну, я, пожалуй, пойду, не затягивая. Прощаться с остальными лично не буду. С Джеймса станется и впрямь меня отговаривать, а устраивать сцену не хочется. Можете передать остальным, что я отправилась дальше в одиночестве. Пусть считают неблагодарной, если хотят.

Она вдруг резко шагнула и обняла оборотня за талию. Тот от неожиданности слегка покачнулся, но не успел даже расцепить скрещённые руки, как девушка уже отстранилась и так же кратко обняла сидящую на кровати ведьму. Та тихо охнула, но обняла в ответ. Многострадальную чашку она уже отставила на прикроватную тумбочку.

– Что ж, – девушка убрала волосы с лица, – было приятно провести с вами время. Слышала, тут ходят рейсовые автобусы. Надеюсь, ближайший отходит не утром. – Она вздохнула и неловко потопталась посреди скудно обставленной гостиничной комнаты. – Может, свидимся ещё. – Кики улыбнулась на прощанье одними губами и, неловко махнув рукой, резко развернулась на пятках, и вышла, не удосужившись услышать, попрощаются ли с ней в ответ.

Никто не попрощался.