28
На следующий день Дэвид отправился в командировку в другой город. Его ожидало небольшое, но полное тревожных предчувствий путешествие с Эндрю — верным спутником и другом, с которым им предстояло собрать воедино разрозненные кусочки головоломки, чтобы разобраться с запутанной ситуацией, нависшей над их головами.
Согласно полученной информации, налёт был организован Чаком — человеком с сомнительной репутацией. Он не только организовал налёт, но и подорвал машину. Чак всегда стремился пересечь путь Дэвиду. Но что же двигало этим человеком? Какова его истинная выгода? Почему его активность возросла до такой степени, отчего расправы с главарём стали лишь частью более масштабной игры? Каждое новое открытие указывало на то, что за враждой скрывались более глубокие и зловещие замыслы. Всё обострилось острее после обнаружения зацепки, ведущей к загадочному опасному и крупному лидеру — Нубису. Дэвид осознавал: чтобы выжить в этом опасном мире, необходимо нанести удар первым. Время не ждало; каждый миг мог стать последним. Поэтому ему предстояло расследовать мотивы Чака и попытаться понять, какую роль он играет в этой сложной шахматной партии. Давление со стороны Томаса усугубляло ситуацию, как неумолимый гнет. Предстояло вступить в схватку с врагом, который уже давно плел сети вокруг Дэвида.
Город Эйрус славился бурной ночной жизнью. Здесь заведения работали без усталости, светя яркими огнями, отражавшимися в глазах прохожих. Ночные клубы, как грибы после дождя, расползались по улицам, но истинным олицетворением роскоши и утонченности считался «Сияние оазиса».
Владелец «Сияния оазиса» — Дэнис Роджинальд — был фигурой, вызывающей одновременно восхищение и настороженность. Тридцатилетний брюнет со жгучими чертами лица, смуглой кожей и меланхоличными серыми глазами. Короткая бородка придавала вид загадочного авантюриста, который знает больше, чем говорит. Когда-то он работал бок о бок с Дэвидом, но затем его путь пересекся с Чаком. Однако предательство было иллюзией; в действительности Дэнис оставался верным своему истинному лидеру. Все его «измены» тщательно планировались и одобрялись самим Дэвидом — стратегический ход, призванный обмануть Чака и заставить поверить, что все события развиваются по его замыслу. В этом хитросплетении лжи и правды Дэнис смог сохранить нейтралитет. Когда завершилось задание, Дэнис решил отойти от дел и открыть собственное заведение. Он создал «Сияние оазиса», которое быстро стало символом досуга и наслаждения. Чак же по сей день не догадывался о том, что его доверенное лицо никогда не предавало босса, а лишь мастерски играло свою роль.
Вечер в клубе «Сияние Оазиса» только начинал расцветать, когда они переступили порог заведения. Яркие неоновые огни мерцали, как искры, вырывающиеся из глубин космоса, маня внутрь, а гул музыки уже наполнял пространство. Внутри клуб поражал грандиозным размахом: просторный зал с высокими потолками оформлен в сочетании темных тонов и ярких акцентов. На танцполе, залитом мягким светом, танцовщицы в полураздетых костюмах исполняли зажигательные номера, их движения были полны грации и энергии. Каждое их выступление превращалось в настоящее шоу, привлекая внимание зрителей и заставляя сердца биться быстрее. Барная зона, переливавшаяся огнями, предлагала широкий ассортимент коктейлей, каждый из которых являлся настоящим произведением искусства. В воздухе витал сладковатый аромат экзотических фруктов и крепкого алкоголя, приглашая гостей на гастрономическое путешествие. Посетители клуба с удовольствием поднимали бокалы, смеясь и общаясь друг с другом, их лица светились радостью и беззаботностью. Освещение менялось в такт музыке, создавая динамичные световые эффекты, усиливающие атмосферу праздника и погружали всех в вихрь эмоций. На стенах клуба висели плакаты с анонсами предстоящих мероприятий: тематические вечеринки, выступления известных диджеев — здесь всегда происходило что-то интересное, что могло привлечь внимание даже самого искушенного зрителя.
Люди разных возрастов и статусов собирались здесь, чтобы отвлечься от повседневной рутины и погрузиться в мир веселья и наслаждения. «Сияние Оазиса» становилось не просто клубом — он был настоящий оазис для тех, кто искал утешение от серых будней и стремился к ярким впечатлениям.
Дэвид и Эндрю прибыли в клуб «Сияние Оазиса», чтобы навестить старого знакомого, который с нетерпением ожидал их за привилегированным столиком на верхнем этаже. По мере того как они поднимались по изящной серебристой лестнице, украшенной витиеватыми узорами, их взгляды пересеклись с несколькими спускавшимися девушками. Эти прелестницы, облаченные в легкие, струящиеся наряды, с игривым блеском в глазах окинули парней оценивающим взглядом. Дэвид, обладая непроницаемым выражением лица, не проявил ни малейшего интереса к флирту, в то время как Эндрю, более раскрепощенный, подмигнул дамам, его губы изогнулись в легкой улыбке. На кокетливый жест отозвалась русоволосая красавица, чьи волосы были собраны в высокий, тугой хвост. Маленькое золотое платье обвивало фигуру, полностью открывая спину и подчеркивая изящество её линий. Во взгляде читалась настойчивость — сегодня она определенно не собиралась возвращаться домой в одиночестве.
Дэнис уже ожидал их за столиком. Увидев своих друзей, он оживился, лицо озарилось радостью, и Роджинальд встал, чтобы приветствовать их с энтузиазмом присущему только истинным ценителям дружбы. Мужчины, облаченные в элегантные костюмы, обменялись крепкими рукопожатиями, полными искренности и взаимного уважения, прежде чем усесться.
На круглом деревянном убранстве, изящно оформленном резными узорами, красовались бутылки с отборными напитками и аппетитные закуски. В воздухе витал сладковатый запах свежезажаренных деликатесов. Неподалёку, в полумраке, возвышался пилон, вокруг которого грациозно кружилась длинноногая брюнетка на высоких каблуках, словно воплощение самой чувственности. Её черный блестящий купальник искрил под яркими огнями сафитов, отражая их свет как драгоценные камни. Каждое движение было наполнено изяществом и уверенностью, а взгляд искал зрителей, обещая незабываемые впечатления.
— Дэвид! Как же давно ты не удостаивал меня своим визитом! — подметил Дэнис, вальяжно устроившись на роскошном диванчике, обитым мягким бархатом, который приятно холодил кожу. Его голос звучал с ноткой игривости, словно он приветствовал старого друга, а не лишь делового партнера.
— Ты ведь знаешь, у меня нет времени на подобные развлечения. И, пожалуй, нам лучше ограничить общение, — ответил главарь, делая размеренный глоток янтарного напитка, который переливался в хрустальном бокале.
— Зато смотри, как ты поднялся! — с восхищением заметил Эндрю, глаза сверкали от восторга.
— Всё это благодаря вам! — с широкой улыбкой ответил Дэнис, раскинув руки в стороны, словно хотел обнять весь мир.
— В прошлый раз мы знатно потусили, — добавил Эндрю, вспоминая.
— Ахахаха! Повторим? — с азартом предложил Дэнис, наклонившись ближе к Эндрю.
— Не сегодня, — с серьезностью перебил Дэвид, а лицо приняло строгие очертания.
— Да, точно. Эндрю мне уже всё поведал. Даже обидно осознавать, что наши встречи стали возможны лишь по причине работы, — с лёгкой досадой произнёс Роджинальд, его глаза выражали недовольство.
— В последнее время Чак начал меня беспокоить особенно остро.
— Надеюсь, у тебя всё под контролем? — с беспокойством поинтересовался хозяин клуба.
— Да, но не всё мне до конца ясно. Что слышно от людей Чака? Есть какая-то информация?
— Что конкретно тебя интересует?
— Я должен выяснить его основную цель. Если раньше он просто хотел избавиться от меня, то сейчас я так не думаю. У него было несколько возможностей, но он ими не воспользовался. Значит, его мотивы намного глубже и хитроумнее.
— Я вообще удивлён, как у него хватает времени и сил за тебя браться. До меня дошли слухи, — Дэнис понизил голос до шёпота, будто боялся быть услышанным даже самым невнимательным ухом, — что он хочет добраться до Нубиса.
— В каком смысле? — насторожился Дэвид, его брови сошлись на переносице в выражении недоумения.
— Он копает под Нубиса и стремится выйти на него. У мужика слишком жадные амбиции. Я не уверен, сможет ли он откусить такой большой кусок от пирога власти, — произнес Дэнис с легким пожиманием плечами и закурил сигарету, облачко дыма взвилось в воздухе, создавая завесу таинственности.
Дэвид и Эндрю переглянулись между собой. Ведь они также пересеклись с зацепкой, ведущей к этому человеку.
— Чего он конкретно жаждет от него? — спросил главарь с напряжением в голосе.
— В подробности меня больше никто не посвящает. Есть лишь догадки. Но ты сам можешь сделать выводы из того, что знаешь, — ответил Дэнис с лёгким вздохом.
— У тебя ещё есть актуальная информация обо всех его базах? — поинтересовался Дэвид с надеждой в голосе.
— Да, могу на карте отметить все необходимые точки.
Дэвид протянул ему планшет. Мужчина с лёгкостью ставил все необходимые отметки и объяснял подробности.
Как только они завершили все необходимые рабочие моменты, атмосфера наполнилась легкостью и беззаботностью. Стол, уставленный изысканными блюдами, источали манящие ароматы, а бокалы с крепким алкоголем, весело звенели при каждом тосте. Запах табака, клубами поднимающегося к потолку, добавлял вечернему настроению особую пикантность.
В углу зала, словно загадочная нимфа, танцевала брюнетка с волосами, струящимися как шелк. Она постепенно приблизилась к Дэвиду, останавливаясь перед ним в обворожительной позе. Её тело изгибалось с грацией, а движения выражали невидимую магию, призывающую к себе взгляды присутствующих. Однако главаря совершенно не тронуло это зрелище. С каждым её плавным движением раздражение Дэвида только нарастало. Он отводил глаза, пытаясь игнорировать соблазнительный танец девушки. Когда она наклонилась ещё ниже, обнажая свои прелести, Дэвид не выдержал. Его голос прозвучал резко и злобно.
— Убирайся! — произнёс он, не скрывая отвращения.
Она с недоумением выпрямилась, её глаза, полные удивления, метнули взгляд на Роджинальда, который, казалось, не замечал напряжённой атмосферы. Парни прервали свой разговор, будто по команде, и обратили внимание на вышедшего из себя Дэвида. Дэнис, смутившись от такой резкой реакции друга, едва заметным жестом призвал девушку покинуть их компанию.
— Ты чего? Это же всего лишь танцовщица! Не понравилась или ты не в духе? — с лёгкой улыбкой попытался разрядить обстановку Роджинальд.
Дэвид, уже приняв вид внешнего спокойствия, сделал большой глоток виски: горло обожгло тепло крепкого напитка. Поставив стакан на столик с характерным звоном, он наконец обратил своё внимание на ожидающего ответа хозяина клуба. Эндрю же, давно привыкший к необъяснимым вспышкам эмоционального напряжения друга, был увлечён потреблением салата.
— Есть блондинка? — наконец спросил Дэвид после некоторого молчания.
Эндрю, до этого сосредоточенный на блюде, оставил вилку и с округлёнными глазами уставился на Дэвида. Он не мог поверить своим ушам и, похоже, инстинктивно догадывался о причинах такого запроса, что увеличивало замешательство. Лишь Дэнис оставался в неведении, его лицо выражало полное недоумение.
— Конечно! Для тебя найдём любую! — радостно воскликнул Роджинальд, поднимаясь с диванчика с энтузиазмом, который можно сравнить с детской радостью перед праздником.
Он начал звонить кому-то, не отрывая взгляда от танцпола, где люди весело кружились в ритме музыки, их лица светились от счастья. Эндрю покачал головой и закатил глаза, полные беспокойства и недоумения. Что же происходит с Дэвидом? Этот вопрос витал в воздухе, нависая над их вечерней идиллией.
Через десять минут в зале, окутанном полумраком и ароматами дорогих духов, появилась девушка, облачённая в полупрозрачное боди, словно созданное из лёгкой паутины, и босоножках на высоких шпильках, издававших мелодичный щелчок при каждом шаге. Она уверенно заняла позицию напротив Дэвида, её движения были грациозны и соблазнительны, как у кошки, готовящейся к прыжку. При каждом взмахе головы накрученные волосы, переливавшиеся на свету, рассыпались по плечам. Руки, обтянутые тонкими перчатками, скользили по телу. Дэвид, расслабленно откинувшись назад в кресле, положил руки на резные подлокотники, поза выражала некое безразличие, но в то же время скрытую напряжённость. Его глаза были прищурены, как у хищника, высматривающего добычу; он пытался рассмотреть каждую деталь танца, каждое движение незнакомки.
Хотя она была светловолосой, её облик резко контрастировал с образом Лии. Волосы девушки имели более тёплый оттенок, в то время как у Лии они отдавали холодом зимнего утра. Яркий макияж подчеркивал черты лица, делая их почти театральными, а откровенная одежда выставляла напоказ всё предложенное природой. Это совершенно другое лицо… Не её.
Закрыв глаза, Дэвид погрузился в мир воспоминаний, где обитала его муза. Он старался вызвать в воображении образ своего ангела — нежного и утончённого. Когда он вновь поднял веки, перед ним предстала Лия — её улыбка, её взгляд, её аура. Сознание дало сбой под воздействием алкогольного опьянения и смятения мыслей. В итоге именно она стала исполнять танец перед ним; каждое движение сливалось с его мечтами, и реальность расплывалась в тумане фантазий.
Это следствие вихря мыслей о Лии, который захлестнул разум Дэвида. Особенно остро чувства вспыхнули после их недавней прогулки в парке. В Дэвиде пробудились незнакомые эмоции, столь яркие и неуловимые, что застали врасплох и не давали покоя, не покидая парня. Главарь ощущал, как постепенно сходит с ума от внутреннего смятения. Дэвид смог уловить лишь одну истину: его душа стремилась только к этой девушке, а присутствие других женщин вызывало невыносимое раздражение. Каждый раз, когда он видел Лию, сердце наполнялось трепетом, а разум терялся в бескрайних просторах желаний. Дэвид ловил себя на мысли, что порой, погружаясь в объятия сна, он мечтал о ней — о её улыбке, о её взгляде, о том, как её волосы играют на ветру. Ни одна из представительниц прекрасного пола не могла оставить столь глубокий след в его душе до появления Лии. Что же сотворила эта колдунья со сердцем Дэвида? В парке он безумно хотел поцеловать девушку, но сдержался. Если бы не Эндрю, это мгновение стало бы судьбоносным, и едва ли главный герой смог бы остановиться. Ему становилось всё труднее держать себя в руках; каждый взгляд на неё словно поджигал огонь страсти внутри. Дэвид осознал: он влюбился. Как безумно это ни звучало, но это именно так.
Вечером следующего дня, когда солнце медленно погружалось за горизонт, окрашивая небосвод в яркие оттенки оранжевого и пурпурного, Дэвид направился к машине. Он купил бутылку воды в ближайшем киоске, её прозрачные грани переливались на свету, даруя надежду на утоление жажды. У автомобиля ожидал Эндрю, который сосредоточенно протирал лобовое стекло, оставляя на нем блестящий след. Им пора было возвращаться домой.
— Держи, — Дэвид протянув бутылку с водой.
— Спасибо, — ответил Эндрю, убирая тряпку. — Что планируем дальше?
— Теперь мы осведомлены о главной цели Чака. Осталось установить связь между этим и мной. Всё складывается слишком подозрительно. Мы сами столкнулись с человеком Нубиса. Теперь же Чак стремится выйти на него. Неужели это случайность? Он не дает мне покоя, скорее всего, именно из-за этого.
— Не хватает информации, — заметил Эндрю с нахмурившимся лицом.
— И Томас умалчивает о многом. Уверен, он связан с этой историей каким-то образом.
— Ты действительно так думаешь? — спросил Эндрю с сомнением.
— Убежден. Задание исходило от него, после которого начались все эти проблемы.
— Чак и раньше нас доставал, — сказал Эндрю с легкой усмешкой.
— Но не с такой дерзостью, как сейчас. Есть ли вероятность, что флешка предназначалась именно для него? — задумался Дэвид. — Она не должна попасть ему в руки!
— Мы её забрали, так что переживать не о чем, — Эндрю беспечно махнул рукой.
Внезапно раздался резкий и пронзительный сигнал тревоги из их гаджетов. Парни нервно обменялись взглядами, и в глазах каждого отразилась паника. Дэвид схватил планшет и посмотрел на экран, где горело красное предупреждение.
— Тревога! — произнес он сжатой челюстью.
Дэвид и Эндрю быстро уселись в машину. Мотор взревел мощным гулом, и автомобиль рванул с места, оставляя за собой облако пыли.
Им потребовалось полтора часа, чтобы преодолеть расстояние, которое казалось бесконечным в напряженной атмосфере. Когда они наконец прибыли, двор предстал перед ними в зловещем молчании. Однако это спокойствие было обманчивым: на территории уже трудились несколько человек, их движения выдавали настороженность. Они осматривали территорию.
Дэвид, не дождавшись полной остановки автомобиля, с поспешностью выскочил из него. Он стремительно вбежал в дом, оглядываясь по сторонам. Внутри царил хаос: все предметы разбросаны, словно пронесся ураган. Каждый уголок жилого пространства свидетельствовал о недавнем насилии. Шкафы перевернуты, их содержимое — одежда, книги и мелкие безделушки — лежало в беспорядке на полу, создавая впечатление о неумолимой беспощадности незваных гостей. Картины, некогда украшавшие стены, сняты и брошены в углу.
Дэвид почувствовал холодный пот, покрывающий лоб. Они явно искали что-то с безжалостной настойчивостью. Его разум метался между страхом и гневом: как могли они позволить себе подобное? Он шагнул дальше в разрушенный дом, глаза искали признаки жизни среди обломков, надеясь найти хоть какие-то улики.
Первая мысль, пронзившая сознание главаря, была лишь одним словом: «Лия!». В этот миг его сердце забилось с такой силой, что казалось, оно готово вырваться из груди. Он начал судорожно исследовать каждое помещение. Голос раздавался в пустоте, словно крик отчаяния, рвущийся из глубины души: «Лия!».
Поднимаясь по лестнице, он натолкнулся на Коула.
— Где она? —спросил Дэвид, дернув его за одежду с такой силой, что тот едва устоял на ногах.
— Наверху, в своей комнате. Мы отнесли её туда и оказали первую помощь. Сейчас с ней Микаэль, — со взглядом, полным сожаления ответил тот.
Слова Коула обрушились на Дэвида, как холодный дождь в лютый зимний день. Сердце сжалось от ужаса: оказали первую помощь? Значит, она всё-таки пострадала! Внутри вспыхнул гнев и беспокойство. Подорвавшись с места, главарь не терял ни секунды — стремглав ринулся к комнате Лии, оставляя позади недоумение и растерянность Коула, который смотрел ему вслед. Лестница скрипела под его ногами, а стены, казалось, шептали о несчастьях, произошедших здесь. Дэвид мечтал лишь об одном — увидеть Лию живой и невредимой.
Распахнув дверь, Дэвид оказался в комнате, где царила тишина, нарушаемая только еле слышным ветром за окном. Перед его взором предстал Микаэль, склонившийся над Лией, словно ангел-хранитель, стремящийся облегчить её страдания. Но он не вызвал у Дэвида ни малейшего интереса; всё внимание сосредоточилось на девушке, которая лежала безмолвно, с закрытыми глазами, на спине, будто погрузившись в мир сна.
Микаэль, ощутив напряжение в воздухе и осознав, что его присутствие здесь стало нежелательным, быстро покинул помещение. Он оставил их наедине — двух душ, связанных нитями любви и боли.
Дэвид медленно приблизился к любимой и уселся на край кровати. Его рука дрогнула, когда парень провёл кончиками пальцев по щеке блондинки, где красовались крупные багровые ссадины — следы жестокого обращения, оставленные безжалостными руками. Эти знаки унижения и боли издевались над её невинностью. Он осматривал раненое тело Лии с непередаваемым чувством гнева и беспомощности. Как кто-то посмел посягнуть на столь хрупкое создание? Внутри Дэвида бушевали ураганы самобичевания: он винил себя за то, что не предусмотрел достаточную охрану, за то, что не вернулся вовремя. Каждый миг отсутствия оборачивался для неё мучениями, а для него — невыносимым грузом вины. Нагнувшись к Лие, парень нежно поцеловал её в лоб и щёку, стараясь передать всю свою любовь и поддержку через простой жест. Затем, обняв девушку с осторожностью, словно боясь причинить боль, Дэвид чувствовал, как её тело нуждается в заботе и ласке. Главарь поклялся себе: больше никогда не позволит никому причинить вред Лие.
Ощущая тепло Дэвида, Лия медленно пробуждалась от мрачного сна. Её веки дрогнули, и девушка с трудом открыла глаза, в них отражались остатки страха и боли. Немного захрипев, она попыталась сделать глубокий вдох, но разбитые губы лишь болезненно шевельнулись, будто напоминали о пережитых муках. Дэвид, почувствовав пробуждение блондинки, отпрянул на мгновение, а затем, придерживая голову, бережно поправил растрёпанные волосы, которые лежали на её лбу. Его сердце наполнилось облегчением — Лия была в сознании.
— Дэвид… — обессиленно произнесла она.
— Лия… — прошептал он, зажав её руки в своих крупных кулаках, пытаясь таким образом передать ей силу и поддержку.
Поднеся её запястья к своим губам, он виновато продолжил:
— Прости меня за то, что я не оказался рядом и не смог защитить тебя.
— Всё случилось очень неожиданно… — хриплым голосом начала рассказывать она. — Я пыталась спрятаться, но не успела…
— Мои люди не справились с защитой! Бездари! — прорычал Дэвид. — Я велел Люку охранять тебя!
— У них всё было тщательно спланировано. Они что-то искали… Пытались выбить из меня информацию о твоих тайниках. Остальное… я ничего не помню.
— Не нужно говорить об этом, отдыхай и восстанавливайся, — произнес он с нежностью. — Я сам разберусь. Найду каждого, кто причинил тебе боль, и убью! Они будут умирать медленно и мучительно! — процедил главарь сквозь зубы.
Жизнь Дэвида теперь вращалась вокруг защиты этой хрупкой души, и он был готов на всё ради её спасения.
Дэвид медленно отпустил руку Лии и с решимостью вышел из комнаты. За дверью уже ждал Микаэль — верный страж, которому Дэвид поручил заботиться о девушке. В этот момент он подумал: возможно, именно Микаэль был бы более полезен в охране, ведь его преданность могла бы спасти Лию от тех ужасов, которые она пережила. С гневом в сердце Дэвид спустился вниз по лестнице, где собралась остальная команда. Он искал Люка — того, кто, несмотря на собственные ранения, должен был стать опорой для Лии. Парень пострадал от нападения, но гораздо меньше, чем Лия. В охране было ещё несколько человек, их тоже ранили. Остальные ребята прибыли на подмогу позже, тем самым спугнув бандитов.
Когда Дэвид достиг нижнего этажа, его взгляд упал на Люка, сидевшего на диване. Коул обрабатывал его разбитую бровь.
— Люк! — воскликнул Дэвид, подходя к нему.
Услышав приближение босса, Коул отступил в сторону, чтобы не мешать их диалогу. Люк встал, и их с главарём взгляды встретились.
— Мы облажались, знаю, — сказал он с опущенным взором и угрызением совести.
— Плевать на дом! Я велел тебе защищать Лию. Это была твоя основная задача! — злобно предъявил Дэвид, толкнув Люка в плечо с такой силой, что тот едва устоял на ногах.
— Я не успел! Они были поделены на две группы! — Люк задыхался от волнения. — Первая группа ворвалась в дом. Мы с Чарльзом бросились на помощь, но опоздали. Рэд и Курт прикрывали нас. Я добрался до Лии слишком поздно; они схватили её в первую очередь. Я вовремя подоспел, так бы её вообще убили. А если б в этот момент не прибыла подмога, мы бы все были мертвы. Есть два трупа, другие сбежали. Их было семеро — почти вдвое больше нас!
— Никто не имеет права её трогать! В итоге Лия пострадала больше всех вас! Так ты её защитил?! — яростно вскрикнул Дэвид.
— Рэд получил серьёзное ранение! Она пострадала не больше всех! — продолжал оправдываться Люк.
— Смеешь спорить?! — Дэвид разгорячился пуще прежнего; его глаза начали темнеть от ярости.
Коул, стоявший неподалеку, инстинктивно подошёл ближе, готовый вмешаться, если накал достигнет критической точки.
— Ты говоришь о том, что никто не имеет права трогать её, но за Эндрю не следишь! К нему не было претензий, когда он ударил Лию! Почему весь гнев направлен только в мою сторону? Двойные стандарты! — с обидой выпалил Люк.
— Ты о чём? — Дэвид мгновенно принял серьёзный и сосредоточенный вид.
Люк осознал: он переступил границу, но назад пути уже не было.