Бабочки зависти

В Москву я переехала в конце сентября. Дома жить стало просто невыносимо. Родители объединились против меня и даже как-то сдружились, хотя до этого уже давно жили словно в параллельных вселенных. Они меня пилили при каждом удобном случае, упорно предлагали мне самые различные места работы, которые искали по всему городу. Но это были в основном непривлекательные для меня должности уборщиц, курьеров, лаборанток, помощниц по хозяйству, сиделок при больных. И я категорически отказывалась и в очередной раз сбегала к бабушке. Она старалась в этой критической ситуации соблюдать нейтралитет, хотя мой отец периодически и ей капал на мозги. И когда дошло до того, что мать выделила мне полку в холодильнике и заявила, что питаться я буду отдельно и есть только то, что куплю на заработанные деньги, я не выдержала. В этот же день, едва сдерживая слезы, собрала вещи и ушла к бабушке. Но я видела, что и она устала от этой затянувшейся войны, поэтому рассказывать ей о последних событиях не стала, а попросила поработать на ее ноутбуке. Сказала, что хочу подыскать себе какое-нибудь место в Москве. Алла не возражала. Я первым делом зашла на сайты агентств недвижимости, выбрала то, которое работало на рынке больше десяти лет, записала телефон первого же попавшегося риелтора, занимающегося арендой. И когда Алла ушла прогуляться, набрала номер. Ответил приятный женский голос.
 – Мне нужно срочно снять однокомнатную квартиру, – сказала я. – Но в приличном доме, чтобы никаких алкоголиков и бомжей.
 Риелтор деловито начала выяснять, кто я, откуда и цель моего приезда в Москву. И как только узнала, что я из ближайшего Подмосковья и собираюсь на следующий год поступать в институт, сразу поменяла тон и превратилась чуть ли не в заботливую мамашу.
 – Есть у меня отличный вариант, – сообщила она. – Держала для своей племянницы, семейные проблемы, понимаете ли, хотела пожить отдельно от мужа. Но буквально вчера они помирились. И я сегодня хотела вывесить квартиру на сайт. Но если вас устроит, то пока придержу.
 – А что за жилье? Где и сколько стоит?
 – Квартирка отличная, только после ремонта, – радостно заговорила она. – И район хороший, не где-нибудь на окраине! А возле метро Баррикадная. В общем, возле зоопарка. А это центр! Сами представляете уровень!
 – Сколько? – перебила я ее, немного приуныв. Я была наслышана о ценах на квартиры в центре.
 – Не поверите, но всего тысяча долларов! – торжествующим тоном сообщила она. – Это, считай, даром за такое жилье!
 «Кому-то, может, и даром, – подумала я. – А вот мне, безработной, дороговато».
 – Такие квартиры обычно уходят за две тысячи и не долларов, а евро, – продолжила она. – Так что, смотрим?
 – Хорошо, – согласилась я, подумав, что все равно ничего не теряю.
 Отказаться всегда можно. К тому же денежный подарок Федора так и лежал на карточке в полной неприкосновенности.
 Мы договорились, что я приеду завтра с утра. Хотя риелтор настаивала, что лучше определиться уже сегодня. И получилось так, что уже к вечеру я забрала ключи. В обед к бабушке прибежала моя мама и с порога начала кричать. Видно было, что она просто не в себе. Алла, которая только налила нам борща, поставила еще одну тарелку на стол и пригласила маму. Но та резко отказалась и велела мне сегодня же вернуться домой.
 – Завтра с утра ты выйдешь ко мне в бухгалтерию, – угрожающим тоном сказала она. – Наша уборщица сломала ногу, пока будешь ее подменять, а там посмотрим. Хватит уже бездельничать! И объедать бабушку! – добавила она.
 – Да уж тарелку борща могу внучке налить, – спокойно ответила Алла. – Тем более Катя сейчас совсем мало ест. Ты же видишь, это даже не тарелка, а крохотная пиала.
 – Я вижу, как она исхудала, – тише проговорила мама. – Решила, что уже голодает. Деньги-то, поди, все закончились?
 Но я решила молчать.
 «Уеду сейчас! – думала я, глядя на покрасневшее лицо матери. – Автобус в два часа. Как раз на него успею. Тем более риелтор хотела, чтобы я сегодня же дала ответ».
 – Будешь борщ? – еще раз спросила Алла, глядя на маму.
 – Нет! На работу уже пора. В бухгалтерии перекушу. Катя, чтобы сегодня же вечером была дома! – строго проговорила она и ушла.
 Я вздохнула и принялась за еду. Алла молчала все время обеда. Я поблагодарила ее за вкусный борщ, расцеловала в обе щеки и сказала, что сейчас же уезжаю.
 – Возможно, так лучше, – заметила она. – Что будешь делать в столице?
 – На работу выйду. Ты не волнуйся, все будет хорошо. Я уже и жилье нашла. К тому же я не хотела говорить нашим, но дед дал мне внушительную сумму, это типа подарок на окончание школы. Так что на первое время мне хватит. Но здесь оставаться я больше не могу. Ты же сама видишь!
 – Знаю, как вы, молодые, стремитесь к самостоятельности, – сказала Алла. – Понимаю, что отговаривать тебя бесполезно. Кать, ты если что, звони мне, не стесняйся. А уж если совсем невмоготу будет, то приезжай. Всегда тебя жду! И вот еще что…
 Она открыла ящичек в шкафу и достала конверт. Я с любопытством наблюдала за ней. Неужели и бабушка решила снабдить меня деньгами?
 – Тут тысяча евро, – сообщила она. – От меня. Правда, я всегда считала, что деньги молодых только балуют, и вы совсем не умеете с ними обращаться. Но когда же и учиться, как не сейчас, ведь ты решила жить самостоятельно! Распорядись ими с умом.
 Я взяла конверт и горячо ее поблагодарила.
 Доехала я благополучно. С риелтором мы договорились встретиться в вестибюле метро. Я увидела пожилую подтянутую женщину и начала расслабляться. Выглядела она благожелательно, на улыбки не скупилась. Правда, первым делом попросила мой паспорт и даже хотела предъявить свой. До квартиры мы дошли пешком. Я увидела довольно старый на вид панельный девятиэтажный дом. За тысячу долларов можно было рассчитывать на нечто и получше. Но я решила вначале посмотреть квартиру, а потом уже высказывать свое мнение. Подъезд оказался чистым, что меня сразу обрадовало. Внушительная металлическая дверь в квартиру выглядела новой. Риелтор открыла ее и пропустила меня вперед.

 
– Вот, Катюша, – радостно проговорила она и включила свет в прихожей, – здесь очень уютно. Для молодой девушки в самый раз. Хозяева решили постоянно жить за городом, они милые интеллигентные люди из профессорской среды.
 Я вошла в комнату. Мне понравились персиковые обои, ковер на полу, мягкая мебель. И правда, это была очень уютная квартира. Имелся и балкон. Я вышла на него и увидела территорию зоопарка. Квартира была на восьмом этаже.
 – И какой вид! – услышала я голос риелтора и вернулась в комнату. Она одарила меня широкой улыбкой.
 На кухне тоже все было в полном порядке. Имелся холодильник, набор необходимой мебели и даже посуда. Мы уселись за стол. Риелтор достала папку, но отчего-то медлила заполнять документы. Я с недоумением смотрела на нее.
 – Вселяешься? – спросила она странным тоном.
 – Конечно! – уверенно ответила я.
 – Знаешь, я тут подумала… – она пристально посмотрела мне в глаза. – А ты где взяла мой телефон?
 – Я же говорила, на сайте агентства недвижимости, – с удивлением сказала я.
 – Катя, давай так договоримся, я сдам тебе эту квартиру частным порядком. Не возражаешь?
 – В смысле? – не поняла я.
 – Без договора. Если оформлять через агентство, то тебе нужно будет сразу заплатить цену за первый, последний месяц и плюс агентству месячную оплату.
 – Это что же, три тысячи долларов сразу? – испугалась я.
 – Даже больше, – ответила она. – Еще и страховой сбор. Ладно, вижу ты девушка совсем неглупая, так что давай начистоту. Просто я хочу заработать, поэтому возьму только половину месячной оплаты аренды квартиры, то есть пятьсот долларов. Тебе это выгодно, и мне тоже. Все равно я не внесла эту квартиру в список, ее нет на сайте, про нее никто не знает. Это мне приятельница нашла. Я уже говорила тебе, что для племянницы старалась.
 – Но это как-то… незаконно, – растерянно ответила я.
 – Да почему же? – начала она раздражаться. – Расчеты ты будешь вести с хозяйкой, ей и деньги отдавать из рук в руки. А я возьму свои проценты за работу. Ты можешь всем говорить, что приезжая родственница и тебя просто пустили пожить по знакомству, только и всего. У нас с хозяевами такой уговор и был. Ну как?
 – Хорошо! – согласилась я.
 – Они просили за два месяца вперед, – сообщила она. – Как?
 – Хорошо, – повторила я. – Значит, за октябрь и ноябрь?
 – Тут еще три дня сентября у нас остается, но думаю, за это с тебя денег не возьмут. Давай мне пятьсот, и я пойду. А то еще две встречи сегодня. Хозяйка должна скоро подойти. Я ей уже отзвонилась.
 – Как? Зачем? – растерялась я.
 – Познакомиться с тобой, да и деньги взять, – ответила риелтор и снова начала улыбаться.
 «Господи! – метались мысли. – Отдам сейчас аж две с половиной тысячи долларов. И неизвестно, сколько проживу в этой квартире! А вдруг уже через неделю пойму, что хочу домой и не в состоянии жить одна! И что тогда?»
 – Давай деньги! – услышала я и пришла в себя.
 – У меня в рублях, – сообщила я.
 Риелтор только кивнула, достала калькулятор и посчитала по курсу сумму. Я выдала ей деньги, она пожелала мне удачи и ушла. Я вертела в пальцах связку оставленных ею ключей и пребывала в полной растерянности. Все произошло слишком быстро. Еще утром я была дома, и вот сижу на кухне в чужой квартире и жду неведомую хозяйку. Я достала из сумочки пачку денег, которые сняла в банке с дедовой карточки, и пересчитала их. Отложила нужную сумму, осталось еще и на жизнь. С карточки я сняла не все, еще были и евро, подаренные Аллой. И я приободрилась.
 «Ничего! Найду любую работу, не сидеть же мне дома! – размышляла я. – А там видно будет. Зато я могу жить одна! И никто мне не указ».
 Я прислушалась. В квартире было тихо, тоска охватила меня. Одна, без друзей и родных, в чужом городе – а Москва сейчас казалась мне именно чужой, хотя я с детства ездила сюда, – без работы и каких-либо перспектив на учебу в престижном вузе или хотя бы в колледже, было от чего затосковать. И я чуть не расплакалась от жалости к самой себе.
 «Но ведь здесь живет Ираклий, – мелькнула мысль. – Он всегда относился ко мне по-доброму. Могу и ему позвонить!»
 И я схватила телефон. Но тут же положила его на стол. Возврата к прошлому не было, это я отлично понимала. Ираклий никогда не ответит мне взаимностью, у него теперь другая жизнь и даже появилась любимая девушка. Зачем я ему? В нашу последнюю встречу он ясно дал понять, что надеяться мне не на что. После той неудачной для меня, да и для Марты, вечеринки я две ночи проплакала. Но потом все эти неурядицы дома полностью заняли мое внимание, я довольно быстро перестала думать об Ираклии. И мне даже начало казаться, что по-настоящему я его никогда не любила. Это была всего лишь симпатия, мои амбиции и какое-то стадное чувство: раз все девушки в него влюблены, то и я должна. Чем я хуже других? Давно заметила, что в классе так обычно и бывает: стоит хотя бы двум парням влюбиться в одну девушку, как и другие начинают обращать на нее внимание, хотя ничем особым она от одноклассниц не отличается.
 И я задавала себе вопрос: а любила ли я Ираклия? И даже появились опасения, что я в принципе не способна на это чувство. Ведь мне уже семнадцать, а ни одного романа у меня до сих пор не было. Конечно, я выглядела как пугало. Сейчас я это четко понимала и с ужасом вспоминала поставленные гелем черные волосы, густой макияж, вульгарные наряды и мой тогдашний пятьдесят второй размер одежды. Сейчас я уже носила сорок восьмой и все равно считала, что имеется лишний вес. Поэтому максимально уменьшила порции, хотя ела по-прежнему часто, чуть ли не по пять раз за день. Правда, отказалась от хлебобулочных изделий и конфет. И меня радовала моя чистая свежая кожа, хотя шоколада все еще очень хотелось. Но я твердо знала, что стоит начать его употреблять, и я снова покроюсь прыщами.
 «Нет, не буду я звонить Ираклию! – подумала я. – Хотя мне сейчас так тоскливо! Но я должна сфокусироваться на хорошем: так быстро нашла жилье, квартира очень симпатичная и чистая, а чувствую я себя не очень уютно потому, что не привыкла».
 Телефон загудел, я вздрогнула и глянула на дисплей. Номер мне был незнаком. Видимо, это хозяйка!
 – Алло, – напряженно ответила я.
 – Екатерина? – раздался приятный женский голос.
 – Да-да! – торопливо проговорила я.
 – Меня зовут Ирина Витальевна, – представилась она. – Я должна была приехать, чтобы обо всем договориться и забрать деньги, но, увы, не получается по не зависящим от меня причинам.
 – Но как же? – растерялась я. – Я тут ничего не знаю… и как платить по счетчику? Мне нужно заполнять не только за свет, но и за воду… а квитанции где?
 – Катенька, ничего, что я на «ты»? – ласково начала она.
 – Да-да, так даже удобнее, ведь мне всего семнадцать!
 – Прекрасно! – чему-то обрадовалась она. – Слышу по голосу, что ты милая и воспитанная девушка, и проблем у нас быть не должно. Ты не волнуйся. Сейчас заедет мой племянник, зовут его Виктор, он тебе все объяснит и заберет деньги. За два месяца. И до первого декабря мы можем даже не встречаться. Но если возникнут вопросы, звони мне без стеснения по этому телефону. Мы хоть и далеко забрались с мужем за МКАД, но не в роуминге, можешь не беспокоиться из-за этого.
 Когда мы попрощались, я аккуратно внесла ее телефон в память. На душе стало легче. Мне понравилось, как разговаривала Ирина Витальевна, создавалось впечатление, что она интеллигентный и приятный человек, и мои страхи улетучились. Я переобулась в домашние тапочки, поменяла свитерок на футболку, тщательно расчесала волосы и приготовилась ждать прихода неизвестного мне Виктора.
 Он явился примерно через час и в домофон кратко сказал: «от Ирины». Начиная волноваться, я ждала его у открытой двери. Приехал лифт, из него вышел крупный мужчина средних лет. А я-то думала, что племянник – молодой парень.
 Виктор вошел в квартиру, крепко пожал мне руку.
 – Екатерина? – баском спросил он.
 Я чуть не сказала: «Нет! Евлампия!», но вовремя сдержалась.
 – Виктор, – сказал он. – На кухню?
 Таких немногословных людей я не встречала. Мы уселись за стол. Виктор смотрел на меня, не мигая. Его взгляд показался мне тяжелым и колючим и пронизывал словно рентген. Короткие темные волосы, глубоко посаженные карие глаза, крупный нос, полноватая фигура, костюм – выглядел он обычно. Я бы дала ему лет тридцать пять. Молчание затянулось, я чувствовала себя все более неуютно. Деньги я положила на край стола и, чтобы прервать неприятный визит, пододвинула их к Виктору.
 – Здесь вся сумма, – сообщила я.
 Он даже не стал пересчитывать и сунул их во внутренний карман пиджака. Я вздохнула с облегчением, надеясь, что он сейчас уйдет. Но Виктор, словно закончив меня сканировать и сделав какие-то выводы, вдруг широко улыбнулся. И его лицо мгновенно преобразилось. Он показался мне даже милым.
 – Значит, будешь поступать? – деловито осведомился он. – А сейчас зачем приехала? На подготовительные курсы?
 Я растерялась, но кивнула.
 – И куда, если не секрет? – продолжил он.
 – В педагогический, – ответила я первое, что пришло в голову.
 – О! – чему-то обрадовался Виктор. – Значит, будущие коллеги? Я ведь преподаю математику в МИФИ.
 Я не знала, что сказать. Виктор продолжал улыбаться. Пауза затянулась. Наконец, он встал.
 – Ну устраивайся на новом месте, – ласково произнес он. – И запиши мой телефон. Я, в отличие от тети, всегда в Москве. Мало ли, что тебе понадобится! Не стесняйся, обращайся!
 – Спасибо, – кратко ответила я.
 Он показал мне, как заполнять квитанции и снимать показания счетчиков.
 Когда Виктор ушел, я легла на диван и обняла подушечку. Вот и все! Я отдала деньги за два месяца и могу спокойно жить здесь до декабря. Хозяева оказались вполне нормальными на первый взгляд людьми. Не думаю, что кто-то из них будет меня беспокоить. И надо решать, что дальше. Первым делом нужно найти хоть какую-то работу. Я начала успокаиваться. День выдался очень хлопотным и насыщенным, мои глаза закрылись словно сами собой. И я не заметила, как провалилась в сон.
 Разбудил меня звонок мобильного. Это была мама.
 – Да? – сонным голосом спросила я.
 – Ночь на дворе! – закричала она. – Где ты шляешься? И Алла молчит как партизан. Отец даже к ней пошел разбираться. Думали, она тебя прячет от нас!
 Я глянула на часы. Было почти десять.
 – И не ночь вовсе, – пробурчала я. – Мама, успокойся! Со мной все хорошо. Я сейчас в Москве.
 – Где?! – заорала она. – Не шути со мной, дочь! Сознавайся, где ты!
 – Говорю же, в Москве! – резко проговорила я и окончательно проснулась. – Я нашла работу, сняла жилье, так что не волнуйтесь… больше объедать вас не буду, – не выдержала я.
 – Так что, это правда? – уже тише сказала она. – Ты перебралась в столицу? И что ты будешь делать там… совсем одна?
 «Да уж куда лучше, чем с вами!» – подумала я, но сдержалась от ехидных высказываний.
 – Я же объяснила, буду работать. А там посмотрим! Не волнуйтесь так! Все хорошо. На выходные буду к вам приезжать.
 – Ты скажи адрес, я запишу, – деловым тоном проговорила мама.
 Но как раз открывать свое местоположение мне совсем не хотелось.
 – Я пока точно не знаю, останусь ли здесь, – ответила я. – Девочка пустила в свою комнату… на время…
 – Что за девочка? И что за работа? – нервно перебила она меня.
 – В зоопарке, убирать за животными и часть территории, – нашлась я, глядя в окно. – Типа дворника. Платят мало, но это временно. Мам, я как определюсь, сразу тебе позвоню и все расскажу. Может, я тут не смогу долго работать.
 – Господи! – простонала она. – И для этого нужно было одиннадцать классов заканчивать?! Шла бы лучше в кулинарный колледж! Единственное, что у тебя всегда по-настоящему получалось, – это выпечка! Только к этому у тебя талант. Там бы точно была на своем месте! Ведь это очевидно.
 – Только давно ничего не выпекаю, – тихо ответила я. – С моим излишним весом такие увлечения опасны.
 – Так ты же сильно похудела! – возразила она.
 – И что? – начала я раздражаться. – Сразу бросаться к плите и выпекать всякие вкусности! Чтобы потом лопать их и набирать вес?
 Мама не нашлась, что сказать. Пауза показалась мне очень неприятной, и я начала прощаться.
 – Звони, не пропадай! – грустно проговорила она. – Отца я постараюсь успокоить. А то он просто рвет и мечет, так зол на тебя.
 – Передавай ему привет, – ответила я.
 Закончив разговор, я накинула куртку и вышла на балкон. Накрапывал мелкий по-осеннему противный дождик. Сонливость совсем прошла. Было почти половина одиннадцатого, но улица выглядела оживленно. Фары едущих машин отбрасывали блики на мокрый асфальт. Люди, скрытые влажными кругами зонтов, были мне не видны, но вообще прохожих было немало. Я бездумно следила за жизнью улицы, город казался чужим и даже враждебным. Видимо, виновата была еще и погода. Мокрый, промозглый, холодный сентябрьский вечер не располагал к радужному мироощущению. И я вдруг остро ощутила свое одиночество. У меня даже не было ноутбука, чтобы я могла зайти в Интернет и пообщаться с друзьями, да и сетевые дневники я давно не вела, потеряла к ним интерес еще лет в тринадцать. Мне казалось, что все мои так называемые френды фальшивы насквозь и гонятся только за рейтингами, без конца соревнуются, у кого посты круче, статистика посещений выше, а список друзей длиннее. И общение как таковое их мало интересует. И постепенно я забросила все свои блоги, а потом и удалила аккаунты. Дольше всего я тусовалась на кулинарном форуме, это единственное, что меня по-настоящему интересовало. Я даже выкладывала собственные рецепты выпечки с фотографиями. Многие писали, что попробовали и очень довольны результатом. Но и там мне не повезло. Появилась какая-то завистница и начала писать мне резкие отзывы. Дошло до того, что она как-то охаяла и аватарку с моей фотографией, написав, что «такой толстухе не булки жрать надо, а одну капусту». И я ушла с этого форума.
 Я вспомнила Пашу и то, с каким удовольствием он общается в Сети, и сколько у него там друзей. Но, наверное, это зависело еще и от характера. А Паша, насколько я могла его узнать, жить не мог без друзей. В пустыне отшельником он наверняка не выдержал бы и суток.
 «Как раз с ним бы сейчас пообщалась, – с грустью подумала я. – Но звонить слишком дорого, подключить инет в телефоне тоже стоит денег, да и не разбираюсь я в этом. Сама навряд ли справлюсь. К тому же мне необходимо экономить, пока я не определилась с работой».
 Окончательно замерзнув, я ушла с балкона. Спать уже совершенно расхотелось, и я решила заняться обустройством на новом месте. Но вещей у меня практически не было. После того как я сбросила вес, нового ничего не покупала, ограничившись парой джинсов, свитеров и футболок. Во-первых, я сейчас старалась экономить на всем, во-вторых, была полна решимости дойти до сорок четвертого размера. Но вес сбрасывался уже значительно медленнее, чем в самом начале.
 «Курьером, что ли, устроиться? – размышляла я, укладывая вещи на полку в шкаф. – Буду много двигаться, лучше узнаю Москву. Одни плюсы. Завтра же куплю газету и посмотрю, что предлагается».
 Я вынула из сумки единственный домашний халат, который взяла с собой. Я купила его на Кипре, он был коротким, из тонкого трикотажа яркой расцветки. Главное – он запахивался и поэтому был безразмерным. И отправилась в душ. Горячая вода принесла мне успокоение. Я долго стояла под тугими струями, и когда покинула ванную, была полна умиротворения. В комнате стоял шкаф с большим зеркалом. Я едва вытерлась, кожа была влажной. Остановившись перед зеркалом, внимательно себя осмотрела. У бабушки этого не делала из-за какого-то необъяснимого стыда. Но тут я была совершенно одна и могла изучить свою похудевшую фигуру в деталях. Я встала прямо. Мое тело не отличалось упругостью, но и противных жировых складок уже не было. Загар все еще не сошел, кожа приятного персикового тона выглядела ровной и гладкой. Мое тело отличалось пропорциональностью, сейчас без этого слоя жира, которым оно было покрыто на протяжении последних лет, я это отлично видела. Ноги были ровными, прямыми, имелась и талия, грудь всегда являлась моей гордостью. Несмотря на то что я так сильно похудела, она своей упругости не утратила, что меня безмерно радовало. Я повернулась боком. Живот все-таки был рыхлым, как бы я его не втягивала. Да и бедра оставляли желать лучшего.

 
«Почему бы мне завтра же не записаться в какой-нибудь тренажерный зал? – размышляла я, изучая свое отражение. – Что курьер? Одна беготня. А мне необходима нагрузка на все группы мышц. Не думаю, чтобы это было так дорого! Можно найти какой-нибудь фитнес-клуб эконом-класса… если, конечно, такое бывает. Тренировки мне сейчас необходимы, я просто обязана выделить какую-то сумму на это важное дело».
 И я решила прямо с завтрашнего утра начать новую жизнь: еду ограничить до минимума, накладывать порции не в десертную тарелку, а в чайное блюдце, и немедленно начать ходить в тренажерный зал.
 Ночью я проснулась от каких-то показавшихся мне жуткими криков. Я мгновенно покрылась потом от неконтролируемого страха и замерла, прислушиваясь. Крики стихли. Но через какое-то время повторились снова и снова. Это было невыносимо и вообще ни на что не похоже. Я лежала пригвожденная ужасом к дивану и боялась даже пошевелиться. И вот к этим крикам добавились какие-то вопли. Нервы мои не выдержали, я схватила телефон и набрала номер хозяйки. Но она оказалась «вне зоны». Тогда я позвонила Виктору. Он ответил не сразу, но голос был бодрый.
 – Да-да, – быстро проговорил он. – Кто это?
 – Это Катя, – дрожащим голосом ответила я, прислушиваясь к непрекращающимся воплям.
 – Катя? – не понял он.
 Мне подумалось, что Виктор сидит за компьютером, такой отрешенный голос у него был. Именно так обычно отвечал мне Паша, когда я звонила ему, а он в тот момент находился в Сети.
 – Вы заняты? – уточнила я.
 – Да кое-что для диссертации ищу, – рассеянно ответил он. – Тут… на одном интересном сайте…
 – Это Катя! – повторила я. – Сегодня заселилась в квартиру вашей тети. И мне страшно.
 – Ах, это ты! – более оживленно ответил он, видимо, оторвавшись от монитора. – А я думаю, какая такая Катя мне звонит в три часа ночи! Что случилось?
 – Какие-то крики за окном, вопли ужаса, что это такое? Кого-то режут? Убивают?
 – Убивают? – изумился он. – А, я понял. Извини, что сразу не предупредил. Это из зоопарка.
 – Откуда? – не поверила я.
 – Тебе придется привыкнуть. Некоторые звери издают невыносимые вопли именно по ночам. Что-то на них влияет, наверное, им кажется, что они у себя в диких лесах. А уж в полнолуние вообще! Волки могут завыть… да так, что волосы дыбом встают. А как макаки орут! Ужас! Я ведь одно время жил у тети… сразу после развода. Год назад это было. Так тоже по ночам спать не мог. Без привычки трудно. Надо было мне сразу тебя предупредить, да как-то из головы вылетело.
 «Виктор, наверное, только по ночам такой словоохотливый, – подумала я. – Надо же как разговорился. А когда сюда приезжал, то кинул мне всего пару фраз».
 – Извините, ради бога! – торопливо произнесла я. – Но уж очень страшно. Поэтому и осмелилась позвонить вам среди ночи.
 – Да я все равно не сплю, – добродушно ответил он. – Ты закрой плотно все форточки, все-таки стеклопакеты не так пропускают шумы.
 – Спасибо! Я так и сделаю! Спокойной ночи! – вежливо пожелала я.
 – И тебе! – ответил он и положил трубку.
 Я встала и плотно закрыла все форточки. Но все равно вопли беспокоили меня.
 «Надо было попросить снизить квартплату из-за такого ночного ужаса, – подумала я. – А то я будто в тропиках в ночном лесу. Вот вам и столица!»
 Проснулась я поздно и сразу поняла, что на улице просто ливень. Я вяло позавтракала и выглянула в окно. Дождь был сильным, небо затянуто до самого горизонта и никаких просветов не наблюдалось. Уныние охватило меня. Я хотела сегодня же купить газету и начать искать работу. К тому же идея насчет тренажерного зала тоже меня не покидала. Тело необходимо подтянуть, я это понимала. Но куда можно было пойти в такой ливень? У меня даже обуви подходящей не имелось, только кроссовки и демисезонные короткие кожаные сапожки.
 «А тут только в резиновых сапогах!» – размышляла я, глядя в окно.
 До обеда я прослонялась по квартире, буквально не зная, чем себя занять. Настроение окончательно упало, в голову лезли всякие удручающие мысли. В какой-то миг мне даже захотелось вернуться к бабушке. Но я уже заплатила за два месяца вперед, да и риелтору отдала аж пятьсот долларов.
 «Хорошая у нее работа, – думала я. – Утром ответила на мой звонок, днем встретилась и отвела меня на квартиру. Затем поговорила пару минут, отдала ключи и получила такие деньжищи! Считай, за пару часов заработала приличную сумму, ничего собственно такого не делая. Может, и мне попытаться устроиться в агентство недвижимости? Обучат на месте».
 Но я тут же представила, что мне придется постоянно общаться с незнакомыми людьми. К тому же быть выдержанной и вежливой. А как раз это было труднее всего. Я знала, что выслушивать кого-то долго не в состоянии, вникать в чужие проблемы мне претит, да и особым терпением я не отличаюсь. Это было уже на уровне рефлекса, и мне казалось, что легче послать кого-то в грубой форме, чем быть притворно-любезной. Я старалась держать себя в руках, когда мне хотелось ответить кому-то резко, но как же это было трудно! А риелтору, как я представляла, нужно было весь день общаться с потенциальными клиентами и беспрерывно улыбаться. К этому я была не готова.
 После обеда дождь немного утих, и я решила прогуляться до ближайшего магазина и запастись хоть какими-то продуктами. Холодильник был пуст. На улице мне стало легче, холодный воздух освежал, мысли прояснились. Я с удовольствием вдыхала запахи мокрого асфальта, упавших раздавленных влажных листьев, ароматы духов идущих мимо девушек. Я заметила, что именно осенью хочется пользоваться сладкими насыщенными духами чуть ли не ежедневно. Видимо, и остальные девушки желали того же. Я свернула за угол и осмотрелась в поисках магазина. Этот район я совсем не знала и пошла наугад. Через пару кварталов за домами увидела что-то типа большого застекленного здания и решила, что это, по всей видимости, супермаркет. Но путь мне преграждал длинный высотный дом. Мне было лень обходить его, и я двинулась во двор, подумав, что, возможно, здесь имеется сквозная арка. Но это было монументальное сплошное здание, и я шла все быстрее, раздражаясь от его кажущейся бесконечности.
 На углу поскользнулась на влажных листьях, с трудом удержала равновесие и налетела на какую-то невысокую худенькую девушку, которая пыталась обойти меня. Весовые категории у нас были разные, и я невольно сбила ее с ног. Попытавшись удержать и ее и себя, благополучно упала в ближайшую лужу. Девушка, чертыхаясь, плюхнулась рядом. Когда мы встали, то оглядели друг друга и поняли, что походим на двух поросят.
 – Ты чего так летишь? – беззлобно спросила она, пытаясь отряхнуть грязь с голубых джинсов. – Ну и видок! А мне ведь на работу… Что ж делать-то? А, ладно, пошли со мной!
 Не успела я слова сказать, как девушка схватила меня за руку и потащила за угол здания. С торца оказался вход. Когда мы влетели, я увидела, что там сидит охранник.
 – Арина! – удивленно проговорил он. – Ты где так извалялась? А это кто? Вы, что ли, вместе в одной луже…
 – Это… подруга, – быстро сказала она. – Видишь, ей почиститься надо! Пусть она со мной пройдет, ладно?
 – Ладно! – кивнул он. – Тем более начальства нет.
 И Арина потащила меня по узкому коридору. В конце мы свернули и оказались в крохотном тупике. Она открыла дверь ключом и пропустила меня вперед. Я увидела совсем маленькую комнату, у стены стояла раскладушка, возле нее – старая тумбочка, на ней – маленький черно-белый телевизор. Я таких уже давно не видела. Тут же примостился электрочайник. В углу была занавеска. Арина отодвинула ее, я поняла, что это своего рода туалетная комнатка. На стене были развешены голубые форменные на вид короткие халаты, к ним такого же цвета брюки. Тут же стояли ведра со швабрами.
 – Иди отмывайся, – с улыбкой предложила Арина и подтолкнула меня к раковине. – А мне нужно быстренько переодеться и сделать вид, что я никуда не отлучалась. Вещи потом отчищу.
 И она, не стесняясь, начала раздеваться. Я отвернулась, пустила воду и тщательно вымыла руки, затем занялась всем остальным. Когда более-менее оттерла особо грязные пятна и повернулась, занавеска была уже задернута, Арины не было. Расчесавшись и оглядев себя в старое треснувшее зеркало, висящее над раковиной, я вышла в комнату. Арина сидела на раскладушке и уплетала бутерброд с сыром. На ней была форменная одежда: голубой халатик и брюки.
 – Тебя как зовут-то? – спросила она.
 Я представилась и замерла, не зная, как себя вести.
 – Садись, – предложила она. – Вон там табуретка, правда, она слегка кривая, так что снова не свались, – добавила она и весело засмеялась.
 Я смотрела на ее круглое веснушчатое лицо, голубые глаза, рыжеватые волосы, забранные в пучок, худощавую фигурку и прикидывала, сколько ей может быть лет. Арина казалась совсем юной, от силы лет пятнадцати. Но ведь она упомянула, что работает. И судя по ее форме, мы находились именно на ее служебном месте.
 – А мы где? – поинтересовалась я.
 – Удивлена? – снова засмеялась она. – Наверное, в таких шняжных местах ни разу не была? Прикинь, Кать, а ведь это весьма престижный фитнес-клуб, только ты видишь его с изнанки. А там, наверху, в залах все круто, все сверкает и блестит. Есть и бассейн, и душевые, и сауна, и тренажерный зал и даже кафе с фитнес-меню. А для обслуги вот такие условия. А все жмот-директор!
 – Так ты тут уборщицей! – догадалась я.
 – Еще чего! Я тут клининг-менеджер! – с гордостью заявила Арина и прыснула.
 – Кто? – изумилась я.
 – Клининг от английского слова clean, и означает оно… – Арина сделала паузу и посмотрела на меня.
 – Понятия не имею! – пожала я плечами.
 – Чистить, убирать, – весело сообщила она.
 – Ну, я же говорю уборщица! – заметила я.
 – Блин, Кать, куда эффектнее, когда говоришь клининг-менеджер! Я и дома всем так говорю. А ты чем занимаешься?
 Я замялась. Не хотелось говорить моей новой знакомой, показавшейся милой и приветливой, что перед ней человек без определенных занятий..
 – Учишься? – настаивала она. – Я вот учусь уже на втором курсе в МАРХИ.
 – А что это? – поинтересовалась я.
 – Московский архитектурный, – ответила она. – Правда, я на экономическом отделении. И вот вынуждена перейти еще и на заочное. Я же не местная, приехала из Воронежа. Надо как-то выживать, У меня только мать, помогать мне не может, вот и подрабатываю. Тут удобно, я работала две ночи и потом два дня отдых. Учиться успевала.
 – Да, удобный график, – задумчиво проговорила я. – И сколько по деньгам?
 – Маловато, всего десять тысяч, – сообщила она. – Зато я свободна была днями и могла учиться. Правда, после смен спать хотелось, тут ведь всю ночь нужно тряпкой махать, особо не отдохнешь.
 – И почему на заочное перевелась? – спросила я.
 – Да еще весной с парнем познакомилась и такая у нас любовь! Он тоже студент и тоже приезжий. Мы начали вместе квартиру снимать, живем семьей. И стал он меня поедом есть, что я по ночам работаю. Очень ему это не нравится. Хочу уйти, буду днем работать где-нибудь в офисе. А сейчас меня перевели на день, временно. Вот ищем мне замену на ночные смены, – добавила она.
 Я вздрогнула. Случай меня привел сюда, правда, я хотела попасть в тренажерный зал в качестве клиентки, а не обслуживающего персонала. Но ведь я все равно планировала устроиться на работу.
 – А служащим есть скидки? – задумчиво спросила я.
 – Интересуешься? – заулыбалась Арина.
 – Да я вот не поступила в этом году, – ответила я. – Хочу на следующий, а пока думала на подготовительные курсы и подработка не помешает. Я ведь тоже приехала, правда, из ближнего Подмосковья, но все равно жилье снимаю.
 – Не хочешь на шее у родителей сидеть, – сделала свой вывод Арина. – И правильно! Здорово ты меня сбила! Сразу и работу нашла!
 И она снова рассмеялась.
 – Может, меня не возьмут! – сказала я.
 – Чего это? Ты с подмосковной пропиской, так что проблем не будет. Директор у нас, конечно, зверь, сколько мы говорили, что нам комнату получше пора выделить и диван новый поставить, да он только отмахивается и шипит, что мы должны не на диванах валяться, а полы мыть. Нас тут трое. Я только дневные две беру, женщина одна двое суток через двое, и вот нужна мне сменщица на ночные. Начинать нужно с девяти вечера и до девяти утра. Как тебе такой режим? А скидки будут, если ты захочешь на тренажерах позаниматься. Вроде девчонки с ресепшн говорили, что им пятьдесят процентов. Но, Кать, – зачем-то понизила она голос, – ты же ночью будешь. Кто тут видит-то? Клиентов почти нет, хотя зал круглосуточно работает. Так что договоришься с тренерами и будешь себе заниматься. Если желание возникнет, – добавила она.
 – Возникнет, – уверенно проговорила я. – Мне тело нужно подтянуть.
 – С тряпкой так намахаешься, что никакие тренажеры не понадобятся! Вижу, ты почти согласна! Пошли к старшей?
 – Но… я даже не знаю, – растерялась я и глянула на свои джинсы. Они уже почти высохли, грязи видно не было.
 – Тебе что, деньги не нужны? – строго спросила Арина, хотя ее глаза улыбались.
 Я улыбнулась и кивнула. Она вышла из каморки, я двинулась за ней, решив положиться на судьбу. Все вроде складывалось удачно: я нечаянно нашла и работу, и тренажерный зал. Два в одном флаконе. Да еще и неподалеку от квартиры. Чего еще желать?
 Арина быстро двинулась по коридору, затем свернула к какой-то широкой, мраморной на вид лестнице. Перила были украшены богатым позолоченным орнаментом. Мы поднялись и оказались в уютном холле. Несколько мягких диванчиков, множество живых растений, красивые репродукции на стенах, полукруглая стойка в углу, за которой стояли две девушки модельной внешности в одинаковой спортивной форме, – именно так выглядел «предбанник» этого фитнес-клуба. Я никогда не была в подобных местах, и мне показалось, что это очень круто. Пол был выложен плиткой под мрамор и блестел.
 – Арина! – раздался грозный голос.
 Мы обернулись. К нам спешила подтянутая женщина в строгом деловом костюме и с осанкой первой леди государства.
 – Ангелина Георгиевна, добрый день! – заулыбалась Арина, делая вид, что не замечает, что женщина злится.
 – Где ты ходишь? – строго спросила та и окинула меня ледяным взглядом. – Давно нужно быть на рабочем месте. Обед сорок пять минут! А не шестьдесят и уж тем более не девяносто!
 – Я привела подругу, – ответила Арина все так же жизнерадостно. – Зовут Катя. Она согласна занять мое место на ночных сменах.
 – Студентка? – спросила Ангелина Георгиевна более любезным тоном. – Учти, пропускать смены нельзя. А то начнутся сессии, пересдачи. Меня это мало устраивает.
 – Нет, я только собираюсь поступать на будущий год, – ответила я, глядя ей в глаза. – А пока буду учиться на подготовительных курсах.
 Я ее не боялась, и она это сразу почувствовала. Ее лицо приняло заинтересованное выражение. И я решила быть как можно любезнее и сразу произвести на потенциального начальника хорошее впечатление. Я отлично понимала, что передо мной «глава клининг-менеджеров», но хлопнула ресницами и спросила восхищенным тоном:
 – А вы директор этого шикарного фитнес-клуба?
 Арина глянула на меня заискрившимися от внутреннего смеха глазами.
 – Пройдемте в мой кабинет, обсудим условия, – любезно произнесла Ангелина Георгиевна, не ответив на мой вопрос. – А ты марш на рабочее место! – кинула она Арине.
 После краткой беседы со старшим менеджером я отправилась искать Арину. И решила заодно осмотреть клуб. Он был довольно большим и состоял из солярия и тренажерного зала, они находились на верхнем уровне. Ниже располагалось помещение с прямоугольным бассейном, тут же были кабинки сауны и выход в раздевалки. Арину я обнаружила в женской раздевалке, она спокойно мыла пол, не обращая внимания на девиц, которые разгуливали обнаженными, изучали себя в больших зеркалах, заходили в душевые открытые кабины и тщательно мылись. Я поняла, что многие клиенты давние посетители клуба и знакомы друг с другом. Они перекидывались замечаниями, делились мнениями о тренерах, болтали о всяких пустяках. Арина была для них человеком-невидимкой.

 
– Поговорила? – спросила она, не переставая водить шваброй по полу. – Все в порядке?
 – Спасибо тебе! Правда, у меня нет медкнижки, но она обещала, что мне ее быстро сделают.
 – Так справка-то у тебя есть? Ну для поступления в институт брала? – уточнила Арина. – Тут при клубе есть два врача, – понизив голос, сообщила она. – Быстро все сделают. Они тут чисто для денег, а основное место работы в поликлиниках.
 – Да, меня Ангелина к врачу и направила, чтобы решить вопрос с медкнижкой, – ответила я, глядя на голую девушку, зашедшую в душевую кабинку. Она была сильно загорелой, поджарой, к тому же с очень короткими ярко-рыжими волосами.
 Девушка воду не включила, а начала пристально смотреть на дно кабинки.
 – Уборщица! – истерично позвала она. – Немедленно уберите! Здесь чьи-то волосы!
 – Гадость какая! – откликнулась другая клиентка.
 – Абонемент стоит дорого! – возмутилась третья. – За свои деньги мы хотим наилучшее обслуживание. А эти девицы стоят тут и болтают.
 – А ну тихо! – не выдержала я. – Ишь разгалделись! Сейчас все уберем! Подумаешь, пара волосков в сливе застряла. Нечего здесь головы мыть. Тут вам не баня!
 – Ну ты даешь! – шепотом сказала Арина и кинулась убирать волосы.
 Клиентки, видимо, не ожидали такого отпора. В раздевалке воцарилась мертвая тишина. Они смотрела на меня во все глаза, словно увидели какую-то диковинку. К тому же я была без форменной одежды, и они явно не могли понять, какие функции я здесь выполняю. Видимо, поэтому «указывать мне на место» не стали. Арина шустро вымыла кабинку, подхватила ведро со шваброй и, не поднимая глаз, юркнула в коридор. Я вышла следом. Она уже загибалась от смеха, привалившись к стене.
 – Кать, с таким норовом ты тут долго не продержишься, – задыхаясь, заметила она. – Эти гламурные штучки в жизни не слышали, чтобы с ними здесь так разговаривали. Перед клиентками все лебезят. Леся, ну та, которая возмущалась по поводу волос, вообще генеральный директор какой-то там компании, она очень богата, Ангелина перед ней всегда стелется, а та любит пожаловаться на плохое обслуживание. И как ты ее осадила! «Тут вам не баня!» Ой, не могу!
 И Арина снова затряслась в приступе смеха.
 – Главное, чтобы они Ангелине на тебя не накапали, – озабоченно проговорила я. – Попадет тебе, а не мне!
 – Знаешь, за такое удовольствие я готова даже на выговор! – ответила Арина. – Давно уже злят меня эти девки. Разденутся догола и расхаживают прямо при уборщицах. Будто нас тут и нет. Смотреть противно. А многие еще и ноги бреют тут же или интимные места. Сама сколько раз видела. Вот это гадость и есть!
 – Ужас! – прошептала я.
 Мне уже не казалась такой удачной идея работать именно здесь.
 – А ты старайся вообще на них не смотреть! – посоветовала Арина. – Я в женской раздевалке особо не задерживаюсь. А уж в мужской тем более!
 – А что, мы еще и у мужчин моем? – испугалась я.
 – А как же! Весь клуб! От и до. Твоя смена начинается в девять вечера, и до девяти утра в идеале ты должна бродить тут со шваброй и за всеми подтирать. Но ночью, сама понимаешь, по-любому работы меньше. Посетители обычно к часу расходятся. Бывают компании, которые любят посидеть в сауне до утра, но это обычно в выходные.
 – И проституток вызывают? – шепотом спросила я.
 – Нет, слава богу! Директор в этом вопросе строг. Но клиенты со своими девушками приходят, а те иногда еще хуже проституток себя ведут. Так что днем в этом плане работать проще, да и ставка выше. У меня на три тысячи больше, чем у тебя.
 – Значит, я с девяти и примерно до часа постоянно хожу по клубу с ведром? – уточнила я фронт работ. – А потом?
 – Если клиентов не будет, то смело уходи в каморку. Только предварительно все капитально вымой, чтобы нигде ни пятнышка, протри все зеркала, положи свежие полотенца, вынеси все мусорки. И можешь отдыхать. Но учти, первые клиенты у нас ранние пташки. Многие уже в пять утра здесь. И к этому времени будь в зале. А в девять я тебя сменю. Мы с тобой в паре будем.
 – Вот и отлично! – обрадовалась я.
 – Пошли, я тебе мужскую раздевалку покажу, – с улыбкой предложила Арина.
 Медицинскую книжку мне сделали за два дня, и я вышла на работу. Мое настроение за это время повысилось, особо тосковать было некогда, я была занята устройством на работу. Меня оформили по трудовой книжке, нужно было заполнять анкеты, фотографироваться, входить в курс дела. Но эта суета меня только радовала. Я внезапно ощутила себя нужной, к тому же могла сама себя содержать, так я думала. И хотя десять тысяч рублей в месяц для Москвы ничтожно мало, но ведь это были мои первые самостоятельно заработанные деньги. К тому же такой график оставлял мне массу свободного времени, ведь я была занята всего две ночи через две. Но конечно, мое нынешнее жилье с такой работой я не могла себе позволить. Однако я решила, что подумаю об этом позже. Ведь я уже заплатила за два месяца вперед.
 Первая смена прошла без особых проблем. Арина сразу не ушла, а осталась со мной на час. Она находилась рядом, пока я со шваброй проходила по клубу. Я вымыла вестибюль, там было особенно много грязи с улицы. Девушки с ресепшн мило мне улыбнулись и поздоровались. Но мне показалось, что их приветливость уже автоматическая, они так улыбались вообще всем.
 – Ты сюда почаще заглядывай, – посоветовала Арина. – Здесь обычно самая грязь. Ангелина спросит строго, если посетители утонут в слякоти прямо на входе. Она и оштрафовать может, так что учти это. Система штрафов тут изощренная, можно вообще без зарплаты остаться. Снимают деньги за все: за опоздание, за сон на работе, если поймают, за грубость клиентам, а ты, как я поняла, за словом в карман не лезешь, и особо за грязь в клубе.
 – Учту, – ответила я.
 И когда Арина ушла, я продолжила мыть полы. Решила, что буду работать на отлично и не дам повода себя оштрафовать. Закончив убирать коридор, я двинулась к раздевалкам. Но спокойно видеть голых женщин все еще не могла, без привычки меня даже тошнило, поэтому я решила начать с мужской раздевалки. Клиентов там было полно. Я открыла дверь и, стараясь не поднимать глаз, начала уборку. Но мужчины на меня даже и не смотрели. Они переодевались, перебрасывались фразами, шли в душевые. Главное – они все были в трусах. Закончив в мужской, я перешла в женскую. Она находилась через коридор напротив. Обе раздевалки имели выход через душевые в бассейн. Я открыла дверь и сразу поняла, что девушек даже больше чем мужчин. Но я знала из рассказов Арины, что от десяти и до полуночи самое горячее время, потому что многие предпочитают заезжать в клуб именно после тяжелого трудового офисного дня. В женской раздевалке беспорядок был налицо. Пол был залит водой и какой-то пеной, кое-где валялись полотенца, салфетки уже вываливались из урн.
 – Ну наконец-то! – громко возвестила уже знакомая мне рыжеволосая Леся, директриса какого-то там предприятия, и подскочила ко мне.
 Она, видимо, только что пришла и начала раздеваться, так как была в строгой серой юбке и малиновом кружевном бюстгальтере. Черная блузка болталась у нее на руке. Леся вперила в меня ненавидящий взгляд. Я понимала, что она с трудом сдерживается. Возможно, у нее был трудный день и ее ненависть и жуткое раздражение лично ко мне не относились. Я упорно говорила это себе, стараясь даже не начинать злиться.
 – Вы что же это, милая, – зашипела она, – пренебрегаете своими обязанностями? У нас тут воды по колено, кругом грязь, а вас и след простыл! Будьте добры, немедленно все уберите! Иначе я буду жаловаться вашему менеджеру. Сотрудники должны выполнять свои обязанности неукоснительно, а не чаи распивать в подсобке!
 Мне невыносимо хотелось сказать, что нечего тут такую грязь разводить и что у мужчин намного чище, чем у девушек, но я стерпела и смолчала. Опустив голову, начала быстро убирать. Девушки перестали меня изучать и занялись кто чем. Но Леся все никак не могла успокоиться. Она ходила за мной по пятам и указывала, где я плохо вытерла или не заметила какую-то там соринку. И когда я начала отмывать раковины, она заворчала, что таким сильно хлорированным средством не стоит пользоваться, что это вредно для здоровья, а тут всегда влажные пары и химия мгновенно проникает в легкие.
 – Что мне выдают, тем я пользуюсь, – не выдержала я. – По поводу моющих средств все вопросы к Ангелине Георгиевне.
 – А вы еще и разговаривать умеете! – злобно засмеялась она.
 «А у вас что, критические дни?» – хотела ответить я, но снова сдержалась и смолчала.
 Я постаралась как можно скорее вымыть раковины и перейти в душевые. Но Леся не отставала. Одна из девушек, миниатюрная блондинка, не выдержала и сказала ей, чтобы она оставила «девчонку» в покое и лучше бы шла в бассейн. Леся тут же развернулась к ней и громко спросила:
 – Сразу в бассейн? Вообще я хотела еще на тренажерах жирок согнать.
 – Понимаешь ли, – спокойно ответила блондинка, – известны три способа сбросить нервное напряжение. Это алкоголь, секс и плавание. Причем бассейн на первом месте. А ты последнее время чересчур нервная. Видимо, тебя бросил очередной мальчик-альфонс, до которых ты такая падкая, – добавила она.
 Раздался смех.
 – Дуры! – бросила Леся и подскочила к своему шкафчику. Она уткнулась в него лицом и замолчала.
 «Да тут целый террариум! – подумала я. – Одна другой ядовитее. А вроде спортом занимаются и все успешные. Недешево сюда ходить! Так что все дамы при деньгах».
 Но я была рада, что Леся отстала от меня. Быстро убрав в душевых, я с облегчением покинула женскую раздевалку.
 Месяц пролетел как один день. Но я никак не могла втянуться в режим. И хотя мне удавалось поспать пару часов за смену, но весь следующий день я чувствовала себя разбитой и часто болела голова. Мне ничего не хотелось, даже просто прогуляться по району. И после смены я обычно спала часов до трех, а потом дремала возле работающего телевизора. Следующие свободные два дня я снова спала чуть ли не до обеда, затем что-то готовила для себя низкокалорийное, убирала квартиру, иногда выходила, чтобы купить продукты в ближайшем супермаркете. Как-то я заглянула в книжный и приобрела трехтомник Александра Грина. Пошла на такие траты, но уж очень хотелось почитать его произведения. К своему удивлению я втянулась, и чем больше читала, тем больше мне это нравилось. К тому же беря томик в руки, я всегда вспоминала Пашу, и на душе становилось тепло. Мне понравилось проводить время за книжкой, погружение в созданный писателем мир было полным. Я могла весь день пролежать на диване, читая очередную историю. Но и погода располагала. Осень выдалась необычайно дождливой. И мне совсем не хотелось гулять. Правда, Арина со своим парнем дважды вытащили меня в ночной клуб. Но никакого особого удовольствия я не получила. Танцевать я не любила, к тому же подходящих вещей у меня не было. Я продолжала худеть, по этой причине ничего себе не покупала, довольствуясь двумя джинсами, футболками и свитерами. К тому же после такого времяпрепровождения я снова хотела спать и совсем выбилась из режима. И когда Арина в очередной раз позвала меня потусить с ними, я отказалась.
 – Смотри, Катюха, – озабоченно заметила она, – так и до анорексии недалеко! А ты на пути к этому кошмарному заболеванию! Все худеешь, одни глаза уже остались, и точно пропадает интерес к нормальной жизни.
 Но я только улыбнулась и заверила ее, что не собираюсь доходить до состояния «бряцания костями», и на сорок четвертом размере остановлюсь.
 Пару раз я встретилась с Виктором. Он периодически позванивал с вопросами: «Как дела?» и «Все ли в порядке?» Мы перебрасывались ничего не значащими замечаниями. Он даже предлагал помощь в подготовке к поступлению. Мне надоело врать, и я как-то сказала, что уже не хочу поступать именно в педагогический и пока не определилась, какой институт меня привлекает больше всего. Он удивился и спросил, чем же я занимаюсь, я кратко ответила, что устроилась на работу. Однажды Виктор заехал, чтобы завезти новые комплекты постельного белья, якобы его попросила тетя. Я поблагодарила, хотя очень удивилась. Налила ему чай. Было почти десять вечера. Виктор выглядел уставшим, он сидел за столом, сгорбившись, и все мешал чай ложечкой.
 – Может, вы хотите поужинать? – зачем-то предложила я, хотя в холодильнике кроме салата, огурцов и яблок ничего не было.
 – Извини, – вяло откликнулся он, – как-то я не подумал. Нужно было к чаю хотя бы тортик прихватить!
 – Нет, что вы! – испугалась я. – У меня строгая диета, хочу сбросить вес.
 – Так ты вполне… – удивленно проговорил он. – Ох уж эти девушки! Вечно вы недовольны своей фигурой!
 Я взяла свой телефон, открыла папку с фотографиями и показала ему ту, которую делал Паша на пляже Кипра. Я только что приехала и еще была во всей красе своего пятьдесят второго размера.
 – Кто это? – изумился Виктор и вгляделся в дисплей.
 – Я! А что, непохоже? Это почти три месяца назад.
 – Невероятно! Ты очень изменилась! Это ж какую силу воли нужно иметь! – с уважением произнес он. – Тебя, наверное, не узнает никто!
 – Да я особо ни с кем и не общаюсь, – призналась я.
 Виктор не вызывал у меня никаких чувств. Я была к нему абсолютно равнодушна, но это давало странное спокойствие в общении. К тому же он казался мне слишком взрослым.
 – А сколько вам лет? – неожиданно для себя спросила я.
 Он вскинул брови и заулыбался. Потом ответил:
 – Тридцать два.
 – А я думала, что все тридцать семь, – заметила я.
 – Намекаешь, что и мне не мешало бы похудеть? – спросил он. – Чтобы выглядеть моложе!
 – Нет, мне все равно! – честно сказала я.
 И Виктор сразу засобирался уходить. Он даже чай не допил. Но я не придала его визиту никакого значения.
 Примерно через неделю он позвонил и пригласил меня погулять. Это уже начинало настораживать. Я не могла понять, что у него за интерес. За квартиру я заплатила вперед, паспорт предъявила, молодых людей не водила, вела себя тише воды, ниже травы. Поэтому считала, что постоянные проверки излишни. И я отказалась, сославшись на сильную усталость. Но он позвонил на следующий день. Я решила встретиться, чтобы понять, что ему нужно на самом деле. Мы договорились на половину восьмого возле метро. Виктор приехал раньше, и когда я подошла к назначенному месту, он уже стоял и оглядывался по сторонам. Я подумала, что он, видимо, только что после лекций, уж слишком официально он выглядел и от этого казался еще старше. Темно-серый костюм, голубая рубашка, галстук, распахнутый черный плащ и какая-то нелепая велюровая кепка, и в довершение облика «законченного препода» – потрепанный коричневый портфель. Я подошла и вежливо поздоровалась. Он заулыбался и зачем-то взял меня под руку, но я мягко высвободилась. Из метро выходили целые толпы, говорить тут было неудобно, и я вопросительно посмотрела на Виктора. Мне хотелось сразу выяснить, что ему от меня нужно, и отправиться домой. В голове отчего-то вертелось, что хозяйка решила поднять квартплату и подослала ко мне племянника. Хотя я понимала, что глупо так думать и ей проще было бы просто мне позвонить.
 – Пошли, перекусим? – вдруг предложил он и снова взял меня под руку.
 На этот раз я уже не сопротивлялась, хотела быстрее от него отделаться.
 Виктор привел меня в небольшое кафе неподалеку от метро. К моему удивлению, посетителей было совсем мало, хотя внутри все выглядело уютно и достойно. Но когда нам подали меню и я заметила, сколько тут стоит чашка обычного эспрессо, то сразу поняла причину малочисленности гостей этого заведения.
 – Я не могу себе этого позволить, – спокойно проговорила я. – Поэтому вы ужинайте, а я просто посижу.
 – Но… – растерялся Виктор, – что же я буду есть, а ты смотреть? Давай я возьму тебе что-нибудь? Хотя бы горячий сэндвич и чай.
 – Мы не в тех отношениях, чтобы вы за меня платили, – твердо ответила я. – И потом, не думаю, что зарплата преподавателя в государственном вузе такая уж высокая.
 
– Да, невысока, – грустно проговорил он.
 – Зачем же мы пришли в такое дорогое место? – задала я резонный вопрос.
 Но испытала неловкость, глядя на смутившегося Виктора. Мужчина в принципе не должен показывать, что он стеснен в средствах и уж тем более приглашать девушку в такой дорогой ресторан.
 – Увидел через окно, что здесь почти никого нет, – признался он. – А я хотел… поговорить с тобой… Катя… И не ожидал, что будут такие цены!
 – Так давайте уйдем! – улыбнулась я. – Ведь заказ еще не сделали!
 Виктор глянул на мокрое от дождя стекло. Видно было, что сырой вечер для него малопривлекателен, и бродить по залитым потоками улицам ему совершенно не хочется. Но приглашать его в квартиру я была не намерена. В конце концов, я платила за возможность жить одной. По идее, я выкупала территорию для своего личного пользования, и не пускать туда чужаков имела полное право. Поэтому я решила сегодня же выяснить, чего ему от меня нужно на самом деле.
 – Уходим? – спросила я, видя, что он колеблется.
 – Нет, – наконец, решился Виктор. – Выпьем хотя бы чаю, а там посмотрим.
 Подошла официантка.
 – Вы определились? – любезно поинтересовалась она.
 – Два зеленых чая, – ответил Виктор и начал краснеть.
 Неловкости за него я уже не испытывала, мне было интересно наблюдать за изменением выражения лица официантки. Я понимала, что она не имеет права обсуждать желания клиентов, но все-таки она не выдержала. Скривив губы, уточнила:
 – И все?!
 Виктор густо залился краской. И я вмешалась.
 – Вы плохо слышите? – спросила я.
 Официантка сжала губы и повернулась ко мне.
 – Или вас не устраивает, что хоть кто-то заглянул в ваше заведение? Я вот что-то не вижу, что народ сюда ломится. Может, и нам встать и уйти? – строго проговорила я.
 Виктор вздохнул с явным облегчением и заулыбался. Наверное, он хотел именно встать и уйти.
 – Простите, – тихо ответила официантка. – Чай обычный? У нас есть с жасмином, бергамотом…
 – Обычный, – сказала я.
 И она ушла.
 – Как ты ее осадила! – заметил Виктор, глядя на меня с непонятным выражением. – А ты не так проста, как кажешься!
 – Каждый должен выполнять свои обязанности, а не высказывать мнение, которое никого не интересует! – отрезала я. – Понимаю, что ей хочется чаевых, но мы-то тут при чем? Если мы хотим только горячего чая, так предоставьте нам это, а не навязывайте ужин из десяти блюд!
 – Так она вроде и не собиралась, – тихо проговорил он.
 – Как бы не так! – резко ответила я. – Начала распинаться, какие у них превосходные десерты… Ладно, закрыли тему.
 – Какая ты… – задумчиво проговорил он, не сводя с меня глаз.
 И я постаралась успокоиться. Сейчас привести себя в состояние равновесия было уже легче. Я научилась переключаться, и злость быстро проходила. И немотивированную агрессию я тоже научилась быстро гасить. Я решила немедленно, не дожидаясь чая, перейти к делу и выяснить, что Виктор от меня хочет.
 – Виктор, – серьезно начала я, – давайте поговорим без обиняков! Вы часто мне звоните и даже назначаете встречи. Вы не могли бы внятно объяснить, что происходит? Ваша тетя не доверяет квартиросъемщице? Но я заплатила за два месяца вперед, веду себя тихо, можно у соседей осведомиться, я никого не вожу в квартиру, пьянок-гулянок не устраиваю. Так в чем же дело?
 – Катя… – начал он.
 Но в этот момент подошла официантка. Она составила с подноса большой фарфоровый чайник, чашки с блюдцами, положила приборы.
 – Сахар у нас бесплатно, – все-таки не удержалась она от ехидного замечания.
 – За ваше поведение чаевых не получите, – с улыбкой сообщила я ей. – Деньги будут точно по счету и ни копейкой больше. Это понятно?
 – Да какие уж тут чаевые с такого-то заказа, – пробормотала она, но ее лицо померкло. – Приятного аппетита!
 И официантка удалилась.
 – Как ты с ней, – тихо заметил Виктор.
 – Перейдем к делу! – оборвала я его.
 – Ты мне нравишься, – заявил он.
 Я даже вздрогнула и пролила чай на скатерть. Такого поворота событий я не ожидала.
 – В смысле? – уточнила я совсем другим тоном, поставила чайник и пристально посмотрела на Виктора.
 Он был сильно смущен, не поднимал глаз, мял край скатерти и уже начал краснеть. И мне вдруг стало смешно от нелепости всего происходящего. Взрослый мужчина не мог точно сформулировать мысли, вел себя как закомплексованный инфантильный подросток. Неожиданно я ощутила себя намного взрослее его и мудрее, хотя опыта именно в таких делах у меня не было. Можно сказать, что это было первое признание в моей жизни. Хотя Паша пытался перед отъездом сказать что-то в этом роде, но он прятался за маской парня-друга, своего в доску, поэтому его признания звучали размыто и двояко. Их можно было понять и так, что я нравлюсь ему просто как подруга. Но тут Виктор прямо заявил, что я нравлюсь ему как девушка. А как иначе я могла истолковать его слова?
 – Нравлюсь? – все-таки уточнила я. – Вы что же, влюблены в меня?
 – Какие вы, девушки, – окончательно смутился он. – Зачем так четко расставлять акценты?
 – А как еще? – удивилась я. – Предпочитаю определенность. К тому же не забывайте, что в некотором роде я завишу от вас. Вернее от вашей тети, но для меня это одно и то же.
 – Катя, ты знаешь, что я в разводе, – более решительно начал Виктор. – По правде говоря, расстались мы со скандалом, и это вселило в меня некоторую неуверенность. Я сейчас с опаской смотрю на всех без исключения девушек. Студентки, правда, заигрывают со мной, но чтобы я в институте заводил отношения? Боже избавь! Сплетни мне не нужны! А ты понравилась с первого взгляда, честно!
 – Да ведь я намного моложе вас! – не выдержала я.
 – Ну… всего-то на пятнадцать лет, – растерянно ответил Виктор. – Но разве я для тебя не выгодная партия? У меня есть работа, своя квартира, я одинок, руки-ноги на месте.
 И тут мне на ум пришли наставления бабушки о том, что выходить замуж нужно с умом и браки по расчету самые крепкие и удачные. Молнией пронеслись картины, как я выхожу замуж за этого основательного, но скучного, на мой взгляд, мужчину, заселяюсь в его квартиру, он помогает мне с устройством на работу или поступлением в его же институт, затем появляются дети и жизнь идет по накатанной колее… как у всех. Зато я получаю полную свободу от родителей и бытовых проблем. А уж как родители-то будут довольны! Дочка подцепила мужа-москвича, и не какого-нибудь слесаря-пьянчужку, а преподавателя института, да еще и с квартирой. Но едва я все это представила, как мгновенно поняла, что никогда не смогу так расчетливо выйти замуж. Я была абсолютно равнодушна к этому мужчине, а ведь мне всего семнадцать! И что же, так рано выскочить замуж, погрязнуть в бытовухе и при этом без любви? Это как же нужно не уважать себя, чтобы лишить возможности найти любовь, жить полной жизнью молодой и свободной девушки?
 – Я не предлагаю тебе немедленно отправиться в загс, – продолжил Виктор. – Давай встречаться, узнаем друг друга получше. Но ты мне кажешься очень милой и неизбалованной девушкой без особых запросов. А мне нравятся именно такие. Не выношу гламурных зацикленных на себе стерв!
 – Да, может, я и есть такая стерва, только замаскированная? – засмеялась я, но на душе стало тоскливо.
 Я уже точно знала, что никакие квартиры, московские прописки и другие блага не заставят меня принять предложение этого человека, и видела для себя всевозможные неприятности, связанные с отказом. Ведь я жила в квартире его тети, и именно Виктор вел все дела. Мало ли, как он воспримет мой отказ, а вдруг обозлится на меня?
 – Что ты! – заулыбался он. – Я разбираюсь в людях. Ты очень милый человек.
 – Однако я вам отказываю, – твердо проговорила я. – Причем во всем: и в любви и в дружбе. Виктор, возможно, вы достойный мужчина, но не мой. Я к вам ничего не чувствую. Совсем, понимаете?
 – Но… как же… – он окончательно растерялся, и я поняла, что такого поворота разговора он не ожидал. – Может, стоит узнать друг друга?
 – Для чего? – начала я злиться.
 Ведь я выразилась предельно ясно.
 – Если ты не хочешь отношений, – после паузы сказал он, – то, может, просто секс?
 – Что?! – взвилась я.
 – Ты не кипятись! – умоляющим тоном продолжил он. – Так даже удобнее. Сейчас очень распространен такой вот секс без каких-либо обязательств. Чисто для здоровья, понимаешь?
 – Еще бы! – ехидно проговорила я. – И как удобно! Приехал пару раз в квартиру к тете, а там девочка ждет, постель уже разобрала. Слились в экстазе страсти, как мартовские кошки, и до следующего раза? Да за кого вы меня принимаете?!
 Я уже с трудом сдерживалась, чтобы не нагрубить ему. Я-то решила, что Виктор на самом деле увлечен мной, а оказалось, что все его слова, будто я ему нравлюсь, все это смущение были всего лишь неуклюжим заходом к приглашению периодически заниматься сексом. Ну и ну! Вот это нравы! Хотя чему тут удивляться? Я знала, что такое «секс по дружбе», но сама была далека от этого.
 – Катя, прости! – быстро сказал Виктор. – Но…
 Он замялся и замолчал.
 – Что?! – раздраженно спросила я.
 – Ты очень привлекательная девушка, – продолжил Виктор. – Мне кажется, что ты сама не понимаешь, как ты хороша собой! К тому же у тебя твердый характер, что удивительно в таком юном возрасте. Но ты определенно знаешь, чего хочешь. Фото, которое ты мне показала, только подтвердило мое мнение. Так похудеть! Ты умеешь ставить цели и идти к ним! И мне это импонирует. Уж поверь, я насмотрелся на молоденьких студенток. И хотя МИФИ весьма уважаемый институт, но мне иногда не совсем понятно, каким образом некоторые абитуриентки к нам поступают. Честно! Такое ощущение, что мозгами они пользоваться так и не научились. На их фоне ты очень выгодно отличаешься. Конечно, я не так хорошо тебя знаю… Но ведь ты живешь самостоятельно, сама платишь за съемное жилье, к тому же я знаю, какую сумму, готовишься к поступлению… Ты молодец!
 Я слушала его с изумлением. Обычно немногословный, Виктор разошелся не на шутку, и я понимала, что он на самом деле заинтересовался мной. И это мне необычайно льстило. Дома я только и слышала о своей никчемности, тупости и лени. И вот посторонний человек, к тому же достойный, успешный и умный, видит меня совсем в другом свете. Мало того, я привлекаю его как сексуальный объект. Было отчего вырасти крыльям.
 – Может, ты изменишь свое мнение? – спросил Виктор и заглянул мне в глаза.
 После его признаний мне не хотелось грубить и отвечать слишком резко. Да, мне польстило, что я так понравилась ему, но при одной мысли, что я перейду с этим мужчиной на другой уровень отношений, меня передернуло. Я поняла, что никогда и ни за что не смогу быть с мужчиной, который мне не нравится. Браки по расчету – точно не моя история.
 – Не изменю! Вы совершенно не в моем вкусе! – твердо ответила я. – И с чего вы взяли, что у меня нет парня? – решила я окончательно расставить все точки над «и».
 – Но ты… всегда одна, – пробормотал он.
 Я взяла сумочку и вынула ламинированную фотографию Ираклия.
 – Вот мой парень, – сообщила я. – Зовут Ираклий, спортсмен, студент МАИ.
 Виктор ошалело уставился на снимок улыбающегося Ираклия.
 – Да он у тебя просто кинозвезда, – глухо произнес он. – Извини, я понятия не имел!
 Я убрала фотографию в сумочку и громко попросила счет. Виктор вздрогнул и сказал, что заплатит сам.
 После этой встречи я его не видела. И звонить Виктор перестал. Я была рада, что он все правильно понял и оставил меня в покое. И в то же время эта ситуация сильно подняла мою самооценку. Я четко поняла, что в моем нынешнем облике очень привлекательна для мужчин.