Глава 22
— Ань, ты сейчас на полном серьёзе? — Никита оттолкнулся руками от земли, сел удобнее и с опаской посмотрел на меня.
— На полном. Почему не попробовать? Мы можем остановить поиски в любой момент, никаких обязательств, всё исключительно на желании. Лучше потерпеть крах, чем потом всю жизнь жалеть об упущенной возможности.
— Наверное, это не самая худшая из твоих идей, только давай я начну этим заниматься самостоятельно, пока ты разбираешься со своими экзаменами, а потом подключишься? — он раскрыл ладони и через несколько секунд взял мои пальцы.
— Я хочу помочь тебе! — вздохнув, поняла, что он говорит всё правильно. — Ну хотя бы информируй меня о том, что будешь находить.
— Обязательно. Уже поздновато, давай собираться домой?
***
Яркое солнце в этот день заглянуло ко мне на чай, освещая комнаты и мысли. Приятная погода располагала к ранним подъёмам, которые совсем недавно я всячески избегала, ведь так день кажется дольше, теперь эта же причина рассматривалась в положительном ключе, к прогулкам в сквере, что заряжают энергией, спонтанным путешествиям по стране, что навсегда останутся в памяти, но никак не к подготовке к экзаменам.
Не успела погрузиться в рабочее состояние, как позвонила Юля. Признаюсь, в последнее время девушка вела себя странно: могла сутки не отвечать на сообщение, а потом писать несколько часов о всякой ерунде, при одной встрече отделаться неловким "привет", а при другой повиснуть на шее.
— Алло. Ань, можно к тебе сейчас придти?
— Спрашиваешь? Жду тебя.
Я аккуратно складывала бумаги. В сотый раз. Некая дрожь слышалась в голосе подруги. Та непонятная дрожь, что по итогу приводит либо к тихому плачу, либо к поджогу какой-то тачки.
— Привет, — Юля постаралась сказать это слово быстрее, будто это какая-то игра на скорость.
— Привет, — я обняла девушку, вдыхая ваниль её волос.
Объятия длились около двадцати секунд. Красавица, с порога показавшаяся безразличной, руками обвила моё тело и никак не хотела отпускать.
Налив зелёный чай с ягодами в прозрачные кружки, мы сели за кухонный стол. Где-то слышала, что лучше не кормить партнёра на первом свидании мороженым, так как он закрывается — лучше выпить по кружке кофе или чая, что расслабит и даже сделает человека более открытым. Возможно, именно по этой причине только после нескольких глотков напитка Юля начала разговор.
— Ань, вот представь. У тебя есть цель, над которой ты работаешь немало времени, но в какой-то момент понимаешь, что она не так уж и важна, да и последствия могут быть нежелательными, ну и глуповата она. Отступишь или пойдёшь до конца?
— Ох. Скажу так: всё индивидуально. Иногда действительно лучше свернуть, а иногда мы заканчиваем путь, когда остаётся один шаг до победы. Это нормально, что какие-то цели спустя время кажутся глупыми, ведь мы меняемся. Нормально, что мы боимся последствий. Без знания ситуации тяжело рассуждать. Расскажешь? — лицо Юли переливалось от цвета слоновой кости к бордовому.
— Не могу, — неожиданно выпалила подруга. — Ты бы знала как тяжело с этой странной целью, как тяжело с самой собой. Я запуталась. Не понимаю что хорошо, а что плохо. Вот бы как в детстве! Есть герои, есть враги — не как сейчас. Что делать когда ты пытаешься перейти из одной категории а другую, но ни черта не получается?! — совершенно не понимала девушку, сидящую напротив меня. Мне показалось, что это совсем не Юля, лишь ваниль и чёрные локоны убеждали в обратном.
— Прости, мне очень стыдно. Тебе так плохо, а я совершенно не замечала этого, — взяла её руку в свою. — Если честно, то совершенно не понимаю твоих слов, загадок, наверное, не настало время раскрыть их мне, но скажу, что при любом исходе ты можешь придти ко мне и обнять. Договорились?
— Я ни в чём не уверена, но спасибо тебе за всё.
* * *
Через неделю были сданы английский и обществознание, оставался русский и профильная математика. Если русский не вызывал никаких волнений, то второй предмет делал это ежедневно. Я уже по третьему кругу перечитала сборник формул, прорешала десяток вариантов, но, несмотря на хорошие результаты, всё равно не могла расслабиться. Пару раз Никита вырывал меня из этой рутины в уютную кофейню и угощал любимыми напитками: пряным латте и банановым рафом, они оказались невероятно вкусными. В этот вечер молодой человек снова предложил провести с ним время. Рука всё реже тянулась к спортивным вещам, в последнее время хотелось выглядеть женственнее, поэтому Никита снова встретил меня в платье.
Играли акустические версии зарубежных хитов, в воздухе витал аромат кофе и кокосового молока. Мы заняли столик у окна — это стало нашим постоянным выбором. Очень приятно беседовать, периодически останавливаться и смотреть на город. Яркие фонари освещают серые плиты тротуара и часто проезжающие машины. Люди ходят из стороны в сторону. За стеклом столько движения, шума, а мы спокойно сидим за приятным разговором с кружками мятного капучино.
— Я не хотел тебя тревожить до экзаменов со своим расследованием, поэтому и сам приостановился. Всё-таки мне нужно постоянно делиться информацией, а мне не хочется так напрягать обстановку. Но кое-что уже разузнал. Я выпустился из детдома номер 336, он находится в маленьком городке, всегда думал, что был там всегда, ну сразу после дома малютки, но оказалось, что это мой третий детский дом. Странно, но я этого совсем не помню. Мой второй детдом был в более крупном городе, а самый первый в северной столице. Один вопрос: зачем было меня переводить? — его лицо выражало растерянность, он поник головой. Я взяла его за руку, лежащую на коленке.
— Мне тоже кажется это подозрительным. Может у тебя были какие-то проблемы или неполадки с размещением, ну что-то в роде сокращения мест или финансирования? — я заметила, как грудная клетка парня стала дёргаться реже, и вскоре дыхание стало статичным.
— Наверное, ты права, а то я уже таких странностей понавыдумывал. Рад, что сказал тебе, мне значительно легче. Спасибо тебе, — он привстал со стула и крепко обнял меня. Запах его туалетной воды перебил кофе.
Остаток вечера мы говорили о всякой ерунде и ели чизкейк. Пришло время отправиться домой. Никита, как обычно, проводил меня до дома, но мне совсем не хотелось расставаться с ним.
— Мы только из кофейни, но может зайдёшь на чай? — щёки покрылись румянцем, и я смущённо отвела взгляд на камень у дороги. Парень был слегка удивлён; посмотрев на экран телефона, он хлопнул ладонью по животу и заговорил.
— Чай в меня точно не влезет, но мы можем просто посмотреть фильм. Конечно, это хорошо, что усердно готовишься к экзаменам, но ты вообще видела новинки кинематографа?! — я уже вертела ключи на пальце и направлялась к двери.
* * *
Капли дождя играли забавную песню на крыше, прохладный ветер запускал свежесть через открытую форточку, заставляя вздрагивать при каждом дуновении. Светодиодные ленты, прикреплённые к потолку, излучали приятный фиолетовый цвет, создавая необычную атмосферу для просмотра драмы.
Мы сидели на кровати, опираясь на подушки, прижатые к стене. Никита держал на ногах ноутбук и время от времени приподнимал его из-за высокой температуры. Фильм уже заканчивался, но события разворачивались совсем не так, как я желала: герой ударил свою возлюбленную под воздействием наркотических препаратов. Если это я перетерпела, то на последних минутах рыдала навзрыд.
— Ань, ты чего? Это же просто фильм? — Никита отложил ноутбук на прикроватную тумбочку и прижал моё тело к себе.
— Я-я просто не понимаю, — когда начала говорить, то слёзы потекли градом. — У них же всё было хорошо. Ну не могло же всё так закончится? А вторая часть будет?
— Нет, режиссер ещё перед съемками заявил, что это первая и последняя часть. На самом деле мне тоже грустно. Не понимаю, как этот оболтус мог упустить такую девушку. Чёрт. У меня даже глаза блестят, — косточками больших пальцев юноша притронулся к векам и дёрнул руками в сторону. — Ладно, пореви немного и успокаивайся, голова ещё разболится.
Сердцебиение участилось. В голову ударил адреналин. Я не пьяна, но в эту минуту Никита показался самым красивым во всём мире. Наши глаза встретились. Его зрачки задержались на моих губах; он наклонил голову, запустил руку в мои волосы и поддался вперёд.
Как только парень коснулся верхней губы, я почувствовала запах фруктовой жвачки. Соль на губах местами щипала микротрещины. Руки загуляли по его спине. Не отрываясь от губ, он улыбнулся каким-то своим мыслям. Это было настолько чувственно, что я ощущала каждую клетку, молекулу его кожи. Красавец открыл глаза и отстранился.
— Ань, странно себя чувствую. Скажу честно, что я никогда не целовался ради поцелуя. И вообще... Боже, что за бред я несу? — Никита перекинул ноги на пол и уставился в пол.
Я пододвинулась к нему и медленно положила ладонь на спину. Свет молодого месяца заполз в комнату и смешался с неоном, создавая мягкий сиреневый тон и очерчивая наши силуэты.
— Всё хорошо. Честно. Ты можешь сказать всё что угодно, — после моих слов парень обернулся, приподнял уголки губ и вернулся в обратное положение.
— Пойму, если попросишь больше не звонить, но не могу не сказать. В детдоме, как ты понимаешь, было не до любви, я об этом даже и не думал. Выпустился. Не буду врать, лицо у меня вполне удачное, спасибо предкам, из-за него девушки быстро стали обращать на меня внимание. Я, дурак, думал, что кому-то интересен: первые две особы на мои приглашения в парк рассмеялись, следующая прямым текстом сказала, чего хочет. Год от этого отнекивался, думал, что всё это неправильно, но свыкся, научился проводить ночи и после этого писать "пока". Как видишь, я к этому привык. Время от времени пробовал начать какие-то отношения, но сдавался. Помнишь нашу первую встречу? Месяц что-то пытался строить с девушкой, но когда сказал, что я детдомовец, она ответила презрением. И я... Я думал, что тогда, в нашей с Максом квартире, пересплю с тобой, но вовремя включил мозги. Сейчас не хочу с тобой спать. То есть нет. Хочу, но не сейчас. Да чёрт! — Никита подскочил, сделал несколько шагов вправо и влево, обернулся и присел, чтобы смотреть мне в глаза. — Я хочу отношений с тобой. А ты? Ты хочешь быть со мной?